В столице всё гладко прошло. После знамения народ живёт в страхе, но происходящие изменения имперцами приняты. Слова про Спасителя-Ло и гахаров отныне у всех на устах. История звёздного колдуна, ни раз и ни два рассказанная мной в других городах, превратилась в легенду. Теперь я, сирота из Предземья — носитель Посланца Единого, Кэйлор, Вепрь и все остальные соратники Ло — его верные апостолы-спутники. Хо — могучий отступник, возжелавший занять место Творца, а гахары — стремящиеся извести род людской первые слуги Низверженного, демоны в человечьем обличии.

Переврали всё напрочь, напутали, недопоняли, приукрасили. Но это неважно. Главное, что теперь Ло — добро, мы — герои, гахары — неоспоримое зло, а бездушные искупили свой грех и отныне стоят, как и Орден, на страже нашего мира, взвалив на свои плечи бремя борьбы со звёздными демонами.

Обо всём этом мне давеча рассказал Отец Лука, посетивший дворец перед своим отъездом в Бенжин. Он отправился в гости к Верховному Отцу-Настоятелю Светлого Царства, чтобы лично поведать тому о создании нами союза. С тех краёв новостей не так много. Свежих так и тем более нет. Вроде тоже восстание Тёмных, но подробности принесут Летуны, какие умчались туда накануне. Устанавливать новый порядок непросто. Огромные расстояния не дают разогнаться.

От Хайтауэра, улетевшего с Отцом Кузьмой в Княжества, вестей пока тоже нет. Вепрь с Валей же уехали с частью Идущих и Светлых в дальние графства — приводить те к покорности, так что я здесь один. Из всех тех, кто участвовал в первом совете, в Эспероне остались лишь мы с императором и Братишка Лоренцо.

Но так надо. Гахару, которого ждём, отвлекаться нельзя. Потому и убрали Апостолов Ло из столицы. Вепря, Валю и Кэйлора нелюди знают. Находись кто из них в Эспероне в момент появления здесь гахара, тот, про это прознав, первым делом поспешит поквитаться с миньонами Ло, как они называют соратников звёздного колдуна.

Я же, вроде как, тоже уехал. Правду знает не больше двух дюжин посвящённых. Сохранение в тайне замены монарха — залог нашего успеха в предстоящем сражении с нелюдем, так что, кроме охранников и личных слуг императора, роль которых теперь исполняют переодетые паладины и бывшие Тёмные, никто ведать не ведает, что на троне уже третий день восседает подменыш.

Я не правлю. Указы, приказы, какие озвучиваю, поступают ко мне от прячущегося в какой-то дыре настоящего императора через ряженого паладина, который тайком посещает Августо с докладами. День-деньской провожу в тронном зале, чтобы гахару не пришлось меня долго искать. Ухожу лишь поспать и поесть. Коплю звёздную пыль.

Братишка Лоренцо, который торчит постоянно при мне среди прочей охраны, был прав — с плетением у меня не возникло проблем. Рисунок, какой для меня начертил паладин на бумаге, я сумел повторить к концу первого дня. Там несложно. Пыль слушается. Лоренцо сказал, что я справился с делом гораздо быстрее, чем то вышло бы у него самого. В управлении маной Идущие Светлых за пояс заткнут на раз-два. Тут Единый нам дал преимущество. Трудно чакры открыть, а вот дальше…

В общем, умею теперь усыплять. Остаётся проверить, по силам ли нелюдям защититься от этой атаки. По идее, оно невозможно, но метни я плетение издали, могу не попасть. Потому, если вдруг то понадобится, буду бить им в упор. Усыплю и немедля прикончу. Причём так, чтобы наверняка. Отрублю руки-ноги, чтобы сразу не помер, а потом уже, в самом конце, снесу голову с плеч. Если всё сделать правильно, никакая жемчужина уже не поможет гахару. Уж кому-кому, а мне прекрасно известно, как работает эта волшебная бусинка. И спасала ни раз, и сейчас защищает, и в кармане запасом лежит.

Поскорее бы только. Уже жду-не дождусь, когда нелюдь объявится. Трон удобный, но как же мне на нём тяжко сидеть… Так и тянет отправиться дальше на поиски Тишки. Это здесь мы добились того, что пиявки за собственный счёт обрезают себе пуповину, а на прочих краях Ойкумены восставшие Тёмные запросто могут прикончить былого хозяина, тем самым убив и Источника. Не дай Единый…

Нет! Не позволит Создатель такому случиться. Даже думать об этом нельзя.

Поскорее бы… Сколько можно уже? Мы готовы. Пусть только придёт. Тут могучих бойцов полный зал — измочалим в момент. В крайнем случае бахну плетением. Лишь бы только попался в ловушку. Лишь бы клюнул. Что ему пара Светлых, охраняющих императора? Не спугнёт же такая охрана гахара? А «простые солдаты», и вовсе, не в счёт. Что бояться бессилков? Ну давай уже. Где ты там? Так и хочется крикнуть:

— Эй, урод! Где ты шляешься⁈ Третий день тебя жду! А ну быстро сюда!

И он здесь! Всего сутки прошли. Наконец-то! Внезапно исчезнувший дар заставляет моё сердце забиться быстрее, но я быстро беру себя в руки. И не я один знаю, что оно началось. Все Идущие, кто под видом обычных охранников находится в зале, тоже чувствуют глушь. Народ переглядывается. Паладинам кивают — это условный сигнал.

— Если за эту седмицу мы не найдём покупателей, всё сгниёт на складах.

Пришедший с докладом министр торговли — единственный, кто ни о чём не догадывается. В отсутствии острова, куда поставлялось немало имперских товаров, переизбыток производимого здесь продовольствия грозит обернуться проблемой.

— Выводите на рынок по бросовым ценам.

Не мои слова. Говорю, что велели. Император Августо уже в курсе проблемы.

— Как прикажите, Ваша Светлость, — кивает министр.

Хитрец. Знает, что другого выхода нет, но решение, гарантирующее убыток казне, самому принимать неохота. Пришёл перекинуть ответственность со своей головы на начальство. И плевать. Мне сейчас не до ваших проблем.

Опа! Словно кто-то закрыл дверь и окна. Доносившийся снаружи шум, как отрезало. Тот был тихим, едва различимым — вон, министр вообще не заметил случившихся перемен — но я ждал, я почувствовал разницу. Хо так делал когда-то. Полог тишины.

— Ой!

Министр отпрянул от трона. Я же вскакиваю с него. Мне сыграть удивление и испуг — не проблема. Только здесь притворяться не нужно. Ужас самый взаправдашний. Те единственные два паладина, что остались в своих прежних нарядах и сейчас моей личной охраной стояли по бокам от трона, только что внезапно обмякли и рухнули на пол. Началось! Но где он? Где этот проклятый гахар?

— Тревога!

Среди бросившихся ко мне стражников хватает, что Тёмных, что Светлых. Дайте только врага — и его в тот же миг порвут в клочья. Но врага в зале нет. Как же так? Мы были уверены, что гахар нагло явится к императору и потребует подчиниться ему.

Или он под Невидимостью? Так ведь глушь. Он же сам её напустил. Ладно Хо, незаметно тогда подлетевший ко мне. Он лишил меня дара плетением. Тут другое. Гахар душит всех. В том числе и себя.

Где он? Где этот гад? Я кручу головой. Вокруг только свои. Их всё меньше и меньше. Поражаемые какой-то могучей волшбой войны валятся с ног.

Неужели, гахар убьёт всех? Он настолько могуществен, что без всяких даров, оставаясь невидимым, способен прикончить целую кучу народа? Ёженьки… Очень похоже на то. Люди падают один за одним. Мы ошиблись! Мы недооценили противника! Они слишком сильны! Вот тебе и ловушка…

— Они живы.

Вынырнувший из пустоты человек мне знаком. На том острове я видел его. Гахар из отряда Леоны.

— Но могут и умереть. Как и ты.

Широкий дверной проём, главный выход из тронного зала, перекрыт каким-то незримым барьером. Оставшиеся с другой его стороны люди безуспешно пытаются прийти на помощь своему императору, но невидимая стена не пускает сюда, ни их самих, ни их крики.

— Всё зависит исключительно от тебя.

— Кто ты⁈ Ты один из них? Да?

Притворяться бессмысленно. Императору прекрасно известно, кто такие гахары. Это мой звёздный час. Если я не сыграю сейчас свою роль идеально, мне точно конец. И не только мне. Кравч, Братишка Лоренцо и все остальные, кто лежит на полу, ещё живы. Я чувствую: нелюдь не врёт. А я вру. И я буду врать. Да, гахара обмануть очень сложно. Он почует ложь и без всякого дара. Но ведь врать ему буду не я, а император Августо. У того для брехни предостаточно поводов.