У местных правителей, оказывается, хватает жемчужин. Граф Вольцано сознался, что запас в несколько штук есть у каждого. В силу этого знания в нашу с ним сделку вошла и продажа одной для меня. Денег нет, но Его Величество оставил расписку. Разбогатеем — заплатим. Мы — не грабители. Кто к нам нормально, с тем и мы по-людски.

По итогу в нашей Освободительной Армии, как называет Хайтауэр нашу ватагу, сейчас уже целых шестеро Источников. Мальчишка на год меня младше, деваха девятнадцати лет, баба среднего возраста, два мужика и дядька в годах. Само-собой, пока все — обуза. Откуда там троерост? Вот, когда разживёмся бобами… Но спасли — не бросать же теперь? Благо лошади скачут одинаково быстро, кто бы не сидел на их спинах.

В целом же, во всём графстве, зачищенном за две недели, мы в итоге собрали двадцать шесть, присоединившихся к восстанию Тёмных. Нас теперь совсем много. Против такой силы уже не попрёшь. Держим путь на Арпецо. Посмотрим, как поведёт себя тамошний граф.

Как же всё-таки Его Величество похож на Ло. Хайтауэр такой же расчётливый, жёсткий и даже жестокий, когда оно требуется. Арпецо надолго запомнит восстание Тёмных. И станет примером для прочих глупцов, кто считал, что нас ещё можно остановить, если не силой, так хитростью.

Этот город частично был предан огню. Дилан со своей пламенной трёшкой выжег всю улицу, на которой мы попали в засаду, а потом и дворец сгорел вместе с хозяином, как и орденский храм с его школой, представлявший собой настоящую крепость. Против наших даров паладины бессильны. Вот, когда даров нет…

Граф Арпецо с местным Отцом-Настоятелем измыслили коварный план. Здешних Тёмных заранее лишили дара, заковали в душилки и от греха подальше тайком увезли в другой город. Нас же встретили у гостеприимно распахнутых ворот с распростёртыми объятиями. Не сам граф. Какой-то распорядитель — забыл его имя. Неважно. Тот человек уже мёртв, как и много других. В том числе, восемь наших Идущих.

Но могло бы погибнуть и больше. Когда нас пригласили проследовать во дворец для переговоров, Хайтауэр не стал разделять наш отряд, а лишь оставил за городом бесполезных Источников под присмотром двух Тёмных. Мы же, все остальные, не просто поехали дальше толпой, а, растянувшись по улице, двинулись вперёд пешими под присмотром сопровождавших наши основные силы по воздуху Летунов.

Эти предосторожности и не дали ловушке нормально захлопнуться. Арпецианцы планировали напасть на всех Тёмных разом, что в итоге не вышло. Когда на нас бросились Светлые, прятавшиеся в обступившей дорогу толпе, под видом простых горожан, те из наших, кого ряженые паладины не смогли в первые же секунды усыпить или лишить дара плетениями, успели прикончить половину врагов ещё до того, как Хайтауэр засиял и обрушился на них сверху.

В тот раз я за малым не лишился жемчужины. Не той, что купили у графа Вольцано, а той, что проглочена. Метнувшийся ко мне из толпы паладин своим первым и единственным ударом — второй нанести он уже не успел — едва не разрубил меня надвое. Не будь рядом Вали, который потом излечил меня, я бы точно подох. С такой раной хватило бы четверти часа.

Обратная сторона славы. Все давно уже знают, что отличающийся от прочих бунтовщиков не только возрастом, но и одеждой мальчишка — несмотря, на свой обычный наряд, тоже Тёмный. Причём, один из самых опасных. Тому Светлому ведь пришлось выбирать — кого именно лишить дара плетением. Ох и быстр он был. Я при всей своей ловкости не сумел увернуться.

Но хоть хорошо, что не все у нас так знамениты. Если меня враг узнал по одежде и возрасту, то Братишка Лоренцо так поныне и шастает в чёрном. А ведь он, хоть в отличие от меня и не Тёмный, но тоже очень и очень опасен.

Отступник тогда и не дал паладину добить меня. Редкий случай. Наверное, мало кто видел, как один Светлый убивает другого. Там секунда — весь бой. Раз — и всё. Вроде мелочь — один очень быстрый удар — а с тех пор все те Тёмные, кто поначалу относился к бывшему орденцу с недоверием, на Лоренцо больше косо не смотрят. Считай, так проверку прошёл.

Теперь кроме помощи мне в постройке Благословенной Брони, у Братишки Лоренцо появилась ещё одна очень важная обязанность — он мой личный охранник, всегда держится рядом. Приказ Хайтауэра, переживающего за самого младшего бунтовщика.

И спасибо, что Светлых тогда было меньше, чем нас, а простые солдаты в нападении не участвовали. Лучников не спрячешь в толпе. Будь у Ордена больше времени на подготовку, и сумей они пригнать в Арпецо паладинов из других графств, нам пришлось бы несладко. Впредь не станем входить даже в покорившиеся города, если правители оных не встретят нас лично. Второй раз эта ловушка уже не сработает.

Зато остальные города этого строптивого графства уже сдались без боя и каких-либо хитрых уловок. Среди родни погибшего в огне графа смельчаков не нашлось. Один сын правителя Арпецо удрал вместе с Отцом-Настоятелем, другой не последовал примеру главы Ордена своей вотчины и, оставшись, отдал нам Источника, ну, а дочь графа, в чей город свезли всех пленённых Тёмных, сразу же освободила Идущих, выйдя нас встречать в их компании.

Молодец баба. Ведь могла бы и перебить пленников. Испугалась расплаты, которая непременно последовала бы. Его Величество ещё в Вольцано принародно объявил, что правителей, кто осмелится казнить своих Тёмных, чтобы не дать им присоединиться к восставшим, мы будем вылавливать по всей Ойкумене, пока не поймаем. Таких дураков ждёт смерть в страшных муках. Людская молва, наверняка, уже разнесла слова Хайтауэра по всем окрестным графствам, как стремительно разлетаются по Империи Света и все прочие новости, какие сейчас одна другой интереснее и важнее.

Где прискачет гонец, где примчится Летун, где народ слух подкинет. Нам известно, что творится вокруг. До победы осталось всего-ничего. Наш пример заразителен. Бунт уже поддержали бездушные сразу нескольких графств. К Эспероне идём с трёх сторон. Кэйлор лично летал пообщаться с союзниками.

Или правильно называть этих Тёмных соратниками? Так-то наши идеи они поддержали и главенство Его Величества тоже. Освободительная Армия всё растёт и растёт. Вот соединимся с другими Идущими возле столицы — и можно вызывать на разговор императора. Против такой силищи уже не попрёшь. Тут ни Орден, ни Серые Братья, каких очень мало осталось, не смогут помочь. Лишь одно нас пугает — гахары.

Но этот спускающийся к нам с неба Летун с белым флагом в руках — человек. Беня даром проверил. Гость вздрогнул в полёте — из наших. Ну, то есть, не местный, не ойкуменец, что и так было ясно — уроженец Дна Мира. Или всё-таки острова? По одежде тут не понять. И не форменный чёрный наряд Тёмного, и не серый балахон Брата.

— Довольно. Глуши.

По приказу Хайтауэра наш Душитель обрезал дары, и Летун, благоразумно спустившийся к земле в сотне шагов от нас, упал вниз. Дальше ножками.

— Не из наших, — покачал лохматой головой Вепрь. — Иначе бы флаг не припёр.

— Парлаперла… Тьфу! Парламетра… — запутался в собственном языке Кравч. — Принц, как ты там говорил?

— Парламентарий, — подсказал Валя.

— Ага. Этот самый.

Остановив лошадей, мы внимательно наблюдали за идущим к нам человеком. Спешиваться и занимать оборону сейчас смысла нет. В нашей, вчера окончательно объединившейся с приходом тервинцев и монцев Освободительной Армии на данный момент насчитывалось уже сто сорок семь одарённых, один паладин и двенадцать Источников — бунтовщики в других графствах по нашему примеру тоже активно проверяли своих «пиявок» на готовность к переменам. Какой одиночка отважится напасть на такую толпу?

А он точно один. Чутьё, которое Его Величество за время похода благополучно поднял до двушки никому незаметно подкрасться к отряду не даст. Эсперона, окрестности коей очень густо заселены, ещё в дне пути, а здесь, на дальних подъездах к столице, сплошные поля и сады. Нам прекрасно известно, что творится вокруг. Наш Летун-разведчик с Орлиным Глазом как раз только недавно спустился, чтобы сообщить о приближении одарённого гостя.