Снова шум, снова гомон.

— Что за демоны? — орёт кто-то невидимый.

— Тихо! — ревёт басом Вепрь. — Дерхан говорит, все молчат!

— Творец говорил со мной! — продолжает колдун. — Ещё прежде, в Предземье. В Братстве врут про Создателя! Его силы имеют границы! Низверженный давит! Его слуги уже среди нас!

Снова гул.

— Такой огненный шар уже падал в Предземье, — перекрикивает Ло шум толпы. — И последствием — небывалое нашествие хортов. Все вы слышали про него. Демонам, что приходят с небесным огнём, занять тело, что человека, что хорта без разницы. Мы здесь вовремя спрятались, но за стенами, — колдун машет рукой себе за спину, — в городе сейчас одержимые. Они очень сильны и хитры. И они очень скоро придут и сюда, если мы не вмешаемся!

— Чушь! Не верю!

Это Сатос. Трактирщик протиснулся вперёд и стоит, уперев руки в бока, в самом первом ряду, среди повернувшихся к нему заблудших. В квартале он самый влиятельный живчик. Его надо срочно заткнуть. Надеюсь, Ло знает, что делает.

— Мы в Ковчеге не верим во все эти сказки! — продолжает трактирщик. — Создателю нет до нас дела, а Низверженный и так свои души возьмёт через Бездну, вас наивных своими дарами заманивая. Хорош баламутить народ! То упала звезда — вот и всё.

— Он — мертвец, — выносит Сатосу приговор Ло, направив на него указующий перст. — Все же, кто хочет жить, слушают дальше.

И в голосе колдуна столько силы и твёрдости, что трактирщик не отваживается повторно перебить Ло. Даже среди живчиков Сатос не находит поддержки, на которую он вестимо надеялся.

— Если Создателю нет до нас дела, — обводит Ло взглядом толпу, — то, кто тогда дал мне силы на это?

Колдун приседает и тут же взвивается в воздух в прыжке. Взлетев на три десятка локтей — тут хоть всю тысячу долей ловкости в троеросте имей так не прыгнешь — Ло падает обратно с поднятой в замахе рукой. Раз — и резкий удар разваливает деревянный столб, на котором колдун прежде стоял, надвое. Ребро его ладони словно превратилось в топор.

— Создатель со мной говорил ни единожды! — прокричал колдун уже с верхушки другого столба, на который успел перебраться, пока все оторопело таращились на свершённое чудо. — В первый раз ещё три оборота назад, там за морем, в Предземье. И второй раз сегодня. Все вы видели, на что я способен. Мои сила и мастерство — дар Единого. И к дарам Бездны он отношения не имеет. Мы здесь в глухом месте.

— Избранный! Дерхан — избранный! — приходит в себя раньше всех Вепрь.

Верёвочная ограда ринга с одной стороны завалилась вместе с держащим её рассечённым столбом. Перешагивая её, мы всем скопом устремляемся к Ло и снова окружаем колдуна плотным кольцом сподвижников.

— На нём благодать Творца! — вторит Вепрю Его Величество. — Внемлите ему! Только он спасёт нас! Он — мессия!

Вернувший дар речи народ возбуждённо гудит. Трактирщик задвинут назад — его больше не видно.

— Единый дал мне силы, но я не всесилен! — продолжает колдун. — Мне нужна ваша помощь! Если демонов не остановить здесь и сейчас, погибнет не только Ковчег! Они вырвутся на Порог и начнут губить полис за полисом! Вы со мной⁈

— Да! — ревём дружно отрядом и вскидываем вверх руки со сжатыми кулаками.

И наш рёв заразителен. Люди подхватывают. Поначалу достаточно робко, не все и не сразу, но постепенно вокруг нас поднимается целый лес рук, трясущих сжатыми кулаками. Причём, призыв колдуна поддержали не только гости Ковчега. Большинство живчиков пылкая речь Ло вкупе с предъявленным чудом тоже смогла зацепить.

— Веди нас, Дерхан!

— Мы с тобой!

— Избранный!

— Не отдадим Ковчег! Защитим наш дом!

— Мессия! Мессия!

Ну, колдун! Ну, даёт! Как он смог это сделать? Эти люди сейчас по его приказу готовы рвать голыми руками врагов, которых даже ни разу не видели. Про которых четверть часа назад и не слышали даже. Повелитель лжи. Кукловод. Мастер слова. А ведь он, и действительно, избранный.

— Что нам делать, Дерхан⁈

Этот выкрик с самым важным вопросом становится отмашкой для Ло. Колдун раскидывает руки в стороны, требуя тишины, и мы, видя это, тут же дружно принимаемся шикать на толпу.

— Творец дал мне дар — находить одержимых, — в очередной раз врёт Ло. — Дотронувшись до человека, я сразу узнаю сидит ли в нём демон.

А, может, и не врёт. Гахары, те точно узнают Ло, если тронут. Но они и присутствие колдуна чувствуют, если находятся рядом. Этот момент мы не обсуждали с Ло. Может, в возвышенном теле Хо он на это способен. Уже малость проще.

— Нам нельзя им позволить захватить власть в Ковчеге! Мы проверим всех! Мы найдём одержимых! — гремит голос Ло над тренировочным полем. — И начнём с бессмертных. Если скверна проникла в Совет, её нужно немедленно выкорчевать. Но прежде…

Ло находит взглядом Чопаря.

— Режьте простыни. Мне нужны тонкие ленты в два локтя длиной. Быстро!

Чоп кивает и ловко скидывает со спины набитый, видимо, теми самыми простынями рюкзак. Охранники Его Величества тут же повторяют его движение, сбрасывая с плеч свою ношу. Жаль, что ножницы всего одни. И потому Клещ немедля отбирает тупоносый, как и все кухонные ножи в квартале, инструмент у Чопаря. У шустрого коротышки оно быстрее получится. Теперь понимаю, зачем Ло просил принести сюда всё это.

— Все мы прятались, когда демоны летали над городом незримыми духами, — громко продолжает колдун, — но мне нужно убедиться, что нашим призывам внял каждый. Квартал чист. Я уверен. Но лучше перебдеть, чем обратное. Женщин и детей не касается. Демоны вселяются только в мужчин. Когда есть выбор. А сегодня он у них был. Мужчины, подходим по одному вон с той стороны, — указывает колдун на противоположный от себя угол ринга и тут же спрыгивает в его центр.

— Всем проверенным вяжем ленту на голову, — бросает колдун уже нам. — Через лоб. И себе повяжите.

Толпа же тем временем приходит в движение. Народ перестраивается, спеша оказаться поближе к указанной колдуном стороне ринга. Сам ринг пуст, если не считать стоящего в его середине Ло. Впрочем, колдун уже сдвинулся с места — пока суть да дело решил ускорения для убрать лишнюю преграду на пути проверяемых. Натянутые между столбами верёвки — препятствие так себе, но, когда каждый миг на счету, и такая помеха за лишнее.

Вот для тех, кто поближе, и ещё одно чудо. Народ охает. Не каждый день видишь, как человек голыми руками разрывает верёвки. Теперь путь свободен. И первые смельчаки уже двинулись по нему к колдуну.

Протянутая вперёд ладонь Ло, рукопожатие, громкое: «Чист!» — и вот я уже повязываю поданную мне Сёпой белую ленту на голове оказавшегося проворнее всех Рэма. Не успеваю закончить, как слышу ещё одно: «Чист!». Мне на помощь приходит принц Штольгарда. Вдвоём с Валей у нас получается справляться с работой. Но Клещ режет простыни со скоростью лучшей швеи. Запас лент растёт на глазах, как и число проверенных Ло заблудших. Скоро и до живчиков дело дойдёт.

Гляди, кто нашёлся! У ринга ронхийцы. Блут первым шагает к Ло. На лице здоровяка страх выглядывает из-под маски решимости.

— Прости нас, Дерхан! — выдыхает царевич. — Ронх с тобой!

— Забыли, — распахивает объятия колдун.

И стоит недавним врагам обняться под одобрительный гул народа, как Ло громко выкрикивает:

— Чист! Ронх с нами!

А следом ещё трижды: «Чист!» звучит после примирения Ло с остальными царевичами. Одной бедой меньше. Не было бы счастья, да несчастье помогло. Где там про пустяковые обиды помнить, когда тут такое творится.

Всего десять минут — и вот уже три без малого сотни мужчин, включая одумавшегося трактирщика, обзавелись белыми повязками на головах. Молодцы мы! Смогли вовремя всех загнать по домам. Ни одного гахара среди проверенных не нашлось. Впрочем, те бы и не дали проверить себя.

Но беда в том, что здесь не все жители квартала. Части живчиков, на что указывают и сами местные, нет. Кто-то вовсе не являлся на поле, кто-то был, да удрал под шумок. Тот же хозяин «Обменки» отсутствует. Как не видно, и продавца зелий, и ещё пары лавочников, кого помню в лицо. Небось, испугавшись творящегося, бросились к воротам — звать стражу.