— Нас с женой заселите в один номер, пожалуйста, — высказал просьбу.

— Простите, — он ещё раз заглянул в компьютер, — у нас нет информации о том, что вы женаты.

— Мы в разводе, но предпочитаем проживать вместе, — улыбнулся, но совсем не весело, — старые привычки.

Опять он принялся бегать глазами по экрану монитора.

— Вы знаете, у нас нет подходящей по комфорту комнаты для вашего проживания. Две отдельных будут значительно удобнее.

— Не нужно других комнат. Сохраним вам деньги. Просто дайте ещё один ключ от вот этого номера. Они же должны быть одинаковые?

— Да. Верно, — вежливо кивнул мужчина.

— Замечательно, — кивнул ему в ответ.

— А я заберу вот этот ключик, — сориентировался Старов, — чтобы между этажами не бегать.

Только сейчас заметил, что капитану дали комнату на другом этаже.

— Мы пойдём, — опередил возможные новые возражения разведчик, — не потеряемся! А с вещами я помогу.

Мы и пошли, не услышав в итоге возражений. Вещи, как и обещал, в помещение помог занести усатый мужчина, а потом быстро удалился. Без договорённости со второй стороной я решил занять ватерклозет, название которое неожиданно всплыло на местном языке. Решение такое принял не потому, что уж очень разобиделся — просто в дороге от тяжких раздумий упустил момент, когда понадобилось в эту самую спасительную комнату.

Запас белья у меня был в чемодане сверху, потому я захватил свежую одёжку, чтобы не продувать достоинство. Может и стоило это сделать, потому что погода и на западе континента выдалась жаркой и солнечной.

Все процедуры заняли у меня пятнадцать минут. Поторопился, чтобы освободить помещение. Вышел, ещё вытирая голову сухим полотенцем. Супруга ожидала моего появления, сидела в кресле. Тогда уже принялась раздеваться.

— Предупредил бы, насколько собираешься занять ванную, — выдала она претензию, но совсем не претенциозным тоном.

— Как видишь, я быстро, — пробормотал через закрывающий край белой ткани.

— Мог бы сказать.

— О, это должно быть тебе знакомо! Не только я мог бы сказать.

Мне не ответили. Я стянул полотенце с головы, чтобы посмотреть на женщину напротив. Блузка уже покидала плечи.

— Ты знала, — вопросом мои слова не прозвучали.

— Да, — легко ответила она.

— Чудесно! Знала ты, потому что знала Вика. Но она не сказал из-за очередной с тобой договорённости. Как вы стали хорошо сотрудничать, однако!

— У нас общие интересы.

Второй с фигуры Лены слетела юбка. Осталась она в нижнем белье интересного оливкового цвета далеко не рядового пошива. А я искал простую белую майку, чтобы не ходить с голым торсом — не люблю так.

— Не в этом вопросе они общие, я уверен. В твои интересы странным образом не вошла возможность мне сообщить о том, что я могу стать отцом.

— Тоже мне новость неожиданная. Когда это на что-то влияло, я тебе такую новость сообщила. В итоге ты стал замечательным отцом нашей дочери. А здесь толку от этой информации никакой не было.

— Замечательный анализ, выполненный про мою жизнь без моего участия!

— А что бы ты сделал? И сделаешь? Мы оба понимаем, к чему идёт приезд твоей японки. Станешь мужем при жене? Или же подопытным в собственном научном центре? Гораздо успешнее это можно делать в родной стране.

Она верно определила возможное предложение от представителей страны восходящего солнца. Могут попробовать приманить меня женщиной и выгодным предложением по работе. Единственный весомый довод — свой институт.

Но тут столько подводных камней, что пока я буду обихаживать Изуми с разных сторон, компетентные ребята пристроятся ко мне исключительно сзади.

— Мда… — такое вышло у меня заключение.

Мы стояли друг напротив друга и метали молнии. Небольшие такие, даже обоим знакомые. Но настроение они не добавляли.

— Я бы в любом случае не уехал жить в другую страну и не бросил Яну, — высказал осмысленный итог, — но мог бы уже найти какое-то решение, чтобы поддерживать связь с матерью моего ребёнка.

— У тебя уже есть одна мать твоего ребёнка! — выкрикнула Лена, — со мной возьмись поддерживать связь! Одно дело, когда ты просто с одной бабы на другую перепрыгиваешь. Это ещё можно терпеть. Но эту иностранку…

— А какое твоё дело? Мы не женаты! Зато когда были женаты, ты сама спокойно позволила себе прыгнуть в койку к другому мужику!

— Я была ещё злее, чем сейчас! Я ревновала тебя к твоей широкозадой начальнице! Каждый раз, когда ты уезжал, мне думалось, как вы там развлекаетесь и посмеиваетесь за моей спиной. Поэтому я просила тебя не ехать в тот раз.

— На тот момент я просто устал объяснять, что ничего между нами не было.

— Так и поверила! — саркастично припечатала супруга, — у меня ведь не было поводов для ревности. Всего-то мой муж покупал дамское бельё в подарок не только мне.

— Не стал я покупать в тот год ничего, — раздраженно, но уже более спокойно ответил, — и хотелось мне остаться, но только это бы отбросило мою карьеру назад. Ты это знаешь. Не мог я подумать, что ты утроишь мне такой показательный ответ.

Оба мы смотрели в стороны, старались не пересекаться взглядом.

— Не собиралась, — вздохнула Елена, — сначала внимание к себе игнорировала. Но потом начались изменения. Тогда мне стало физически не хватать мужской близости, а тебя рядом не было. И спать я с Валентином не собиралась, просто он оказался очень чутким мужчиной.

— Ну, знаешь, — посмотрел на неё с большим сомнением, — я когда возвращался, разводиться тоже не планировал. А когда увидел, с какой злостью ты мне ставишь всё случившееся в вину, и как вожделенно ты могла посмотреть на своего любовника. Да и глаза твои, ставшие светящимися изумрудами говорили мне всё.

— Ты ошибся, — уже тихо сказала она, — я хотела, чтобы ты за меня боролся.

— Тогда у меня сомнений не было, — усмехнулся, — да и как ты себе представляла борьбу с Валентином? Морду ему набить? Я собирался. Только ты прислала мне приглашение на свадьбу.

— Всё равно ты не пошёл.

— Ещё бы! Не хотелось на глазах у дочери становиться убийцей, пускай она слабо понимала тогда происходящее.

— Я ошиблась…

Быстрый взгляд на супругу показал, что она теперь не отводит взгляд. Наоборот, внимательно смотрит.

— … желание физической близости прошло за месяц, — продолжила Лена, — а я не забеременела. Уже позже стало ясно из исследований, что подсознательно ребёнка от Валентина я не хотела. Значит и жить с ним не хотела. Но уже была замужем, а ты далеко.

— Лен… — я принял ей взгляд, — а что поменялось? Хорошо, переехала ты в Фемоген, а сейчас даже ко мне. С мужем разводиться собираешься…

— Документы уже подала, — прервала она меня.

— Вот. Всеми силами ты хочешь возобновить отношения! Только уже поздно…

— Ничего не поздно! — категорически отбросила она моё утверждение.

Во взгляде снова злость. Нет — ожесточённость и уверенность.

— У меня есть Астра, — решился озвучить конкретику.

— У Астры есть не только ты…

— Мы работаем над этим, — теперь я стал огрызаться.

— Догадалась… — она кивнула.

После кивка голову вернула так, как лошадь встряхивает гриву — мощно и необычайно красиво. Ещё и грудью колыхнула, привлекая моё внимание.

— … Пока вы работаете, я уже здесь, — услышал самоуверенное утверждение.

— Мы здесь пробудем недолго, да и переезжать тебе скоро, — хищно улыбнулся.

Воронцова сверлила меня взглядом.

— Просто скажи, что не любишь меня, — ласковым голосом проговорила воинственная фемина.

— Не люблю, — спокойно заявил, — ты, знаешь ли, по мне изрядно потопталась со своим… мужем. А ведь могла бы приехать работать уже в состоянии развода. Вот это было бы открытое заявление!

— Не могла, — она разочаровано поджала губы, — документы готовила, чтобы быстро поделить имущество. И была уверена, что у тебя что-то не так с восприимчивостью касательно аттракции фемин.

Она зашипела и взъерошила волосы. Такого я ещё не видел.