Но такую бабу хотелось себе! Всю. Пока позволяют здоровье и интерес ещё и часто.

«Хороший у меня ассоциативный ряд, однако.»

На подлёте удивился обилию лесов вокруг аэропорта. Искренне считал, что в Европе остались только лесные парки и заповедники. А тут — словно в дикие германские земли сейчас попадём. Потом нам в город, так местный лес я вижу, скорее всего, последний раз.

Выгружались на этот раз через рукав сразу в здание терминала.

— Надо Яне позвонить, что мы прибыли, — проинформировала Лена.

— Хм, а из Москвы ты звонила?

— Да, — она добавила чуточку превосходства в интонацию.

Чтобы я знал, кто тут у нас главный родитель! Вообще ни разу не сомневался в этом никогда.

— Ви, позвони Яне, — взял инициативу, чтобы тоже перед дочерью показаться ответственным, — видео на планшет выведи. Заодно проверим качество связи.

Подмигнул жене. Старов стоял неподалёку и тоже занимался активной навигацией в смартфоне.

— Привет, па! — увидел приподнятый носик дочурки, — прилетели?

— Да, всё хорошо. Мама тут, — повернул к ней экран.

— Хорошо, вижу вы ещё в аэропорту. Поезжайте, потом позвоните.

— Разумно! Пока!

Лена слово сказать не успела. Посмотрела на меня с укоризной и кулачком в бок двинула.

— А что? — лицом изобразил слегка недалёкого человека, — потом поговорите. А сейчас надо бы ещё позвонить нашему начальству…

Приятно было видеть вопросительный и весьма скептический взгляд изумрудных глаз. Точно дуется, но делает это с изяществом.

— Надо, — покачал головой, — надо перед начальством отчитываться! Ви?

— Соединяю.

Кажется, и она вздохнула. Может, и передуриваю немного, но лучше обстановку разрядить.

— Да? — Вика была удивлена звонку. Рассматривала внимательно не только меня, но и обстановку.

— Виктория Павловна, матушка! Прибыли! Челом бью!

Прямо с планшетом на вытянутых руках принялся кланяться. Картинка от этого, уверен, дико смазывалась, что должно было вызвать негативные позывы организма. На третьем поклоне я закончил, потому что меня самого укачало, а лицо моей начальницы выражения не поменяло.

— Добрались до земель Остляндских. Это как Эстляндских, только западнее, — продолжил свой доклад, — должно тут быть всё чудом чудное, но пока дальше порта воздушного нас не пущают. Галактион Гордеевич нести околесицу закончил и откланивается!

Улыбку на лице Вики заметил под самый конец звонка. Замечательно! Надо же как-то налаживать отношение с директором. За жопы щупать и сиськи мять — это что-то из другой области к нормальному деловому общению.

«Ну да, вокруг ограничений в сексе всё общение строить — это высший деловой этикет!»

Ладно, надо двигаться дальше, тем более нас уже зовут.

Позитивная часть путешествий под присмотром ответственных персон — отсутствие необходимости самостоятельно суетиться и организовывать себе перемещение и проживание. Развлечение, надеюсь, они при этом мне оставят. Протяжённое здание терминала мы покидали не абы как, а уже к движущейся нас встречать машине. Вышло даже, что прибыла она раньше нас из-за нашей же необходимости забрать свой багаж.

Если бы не сопровождающий капитан, выглядел бы я как навьюченный громоздкими чемоданами мул. Позволить Лене самой возиться со своей поклажей, конечно, не мог. Зато Старов оказался нормальным мужчиной и разделил со мной тяготы транспортировки. Он же с помощью водителя загрузил все вещи в багажник.

— В машине можно свободно говорить, водитель из посольства, — предупредил Дмитрий.

— А если бы не из посольства? — настороженно поинтересовался.

— То не стоило бы обсуждать личные темы или планы. Например, не стоило бы мне сейчас говорить о том, что Изуми Нарита всё-таки прилетела во Франкфурт вместе с делегацией от Японии. У нас уже есть данные её личного телефона, потому что девушка сумела выбрать из-под опеки отца. Прибыла, правда, с матерью.

— Рад буду видеть Изуми, — поделился ожиданиями вслух.

На Лену одним глазом посмотрел, но она не реагировала.

— Вы всё ещё хотите переманить девушку на работу в нашу страну? А её мать работает в качестве важного фактора, который, скажем, моё приглашение ограничит, — решил прояснить по-возможности этот вопрос, — понимаю, что Изуми перспективная девушка, но только я не заметил в ней чего-то гениального. Не много ли мороки вокруг сильного, но всего лишь аспиранта?

— Гениального? Кхм-хм, — поперхнулся разведчик, — кажется, я кое-чего не учёл.

Он смотрел довольно долго на меня, а потом коротко на мою супругу.

— Семнадцатого июня Изуми Нарита обратилась в больницу Научного Центра «Фемоген» с жалобами на самочувствие. Госпитализация была рекомендована руководством вашего Института…

Помню. Виктория Павловна поспособствовала этому событию, чтобы спрятать Изуми от отца Ферапонта.

— … на третий день её пребывания был сделан тест на беременность. Он оказался положительным.

— На третий день? — просил я слишком громко, — это анализ крови надо брать на какой-то протеин, что плацента вырабатывает. Зачем?

— Не могу сказать, но сделали его вовремя. На связь с девушкой вышли её родители, а у нас на руках уже была информация о новой изменённой. Беременной изменённой.

— По этой причине её заставили уехать?

— Такой информации у нас нет, — ответил Дмитрий, — но скорее всего просто родители уже в родной стране хотели иметь возможность влиять на дочь. Возможно, хотели настоять на прерывании беременности. Только наши коллеги из Поднебесной очень рады новой изменённой, да ещё и беременной. Тест ДНК скорее всего сделали тоже они.

— На ранней стадии? — опять я удивлялся.

— На второй неделе. Дорогое удовольствие, но оно окупилось к их великой радости. Вас, Галактион Гордеевич, — перешёл он снова на уважительное обращение, — можно настороженно поздравить с будущим рождением ещё одной дочери. И сразу же изменённой.

— Так вот почему так всё закрутилось! — пришло осознание.

— Верно. И нам бы очень хотелось, чтобы вы не теряли связь с матерью вашего будущего второго ребёнка.

Оптимистично они смотрят в будущее. Ещё надо выносить. Но беречь плод и мать будут на высшем уровне.

— Поэтому, — продолжил капитан, — вам нужно позвонить Изуми. Наладить общение, которое охладело за эти несколько недель.

Ответил не сразу.

— Можно… чуть позже?

— Очень желательно это сделать до завтрашней конференции. Уверен, девушку убеждали, что вы не очень то усердствовали в поиске контакта.

— Хорошо.

Большего сказать мне сейчас было нечего. Мысли крутились каруселью по кругу. Ничего не было ясно, кроме очевидного — осознания произошедшего у меня пока не было совсем. По пути не обратил особого внимание на архитектуру. Заметил только, что проезжали долгое время мимо разносортной застройки, начиная от совсем небольших частных домов до коммерческих многоуровневых зданий. Проехали длинный мост через Майн, на английский манер река звалась бы Мейн, а ещё миновали крупный железнодорожный вокзал.

В какой нас привезли отель, я тоже не особо интересовался. Только услышал предупреждение нашего сопровождающего:

— Проживание предоставляется организаторами для всех участников. Неудобно было отказываться, поэтому просто будем об этом помнить. И лучше бы вам остановиться в общем номере.

Супруга поддержала кивков моё молчаливое согласие.

С этим мы вошли в вестибюль гостиницы, что занимала всё здание. Находились мы в той части города, где постарались восстановить исторический облик. Поэтому место нашего проживания выглядело весьма скромным в своих размерах, сродни той гостинице, где мы останавливались с Изуми в Москве.

«М-да, с Изуми. Там и справились, наверное, с будущим пополнением. Или уже после возвращения.»

На стойке оказался мужчина, примерно мой ровесник. Он обслужил пожилую чету итальянцев, если я не ошибся на слух с языком. После сотрудник отеля занялся нашим заселением. Изучил документы, переговорил с Дмитрием Степановичем (кстати на английском) о цели визита и протянул нам три ключа от разных номеров.