— Саш, ну ты сдурел, да? Ты видел их цены?

— А ты думаешь, с фига они такие? — «горячился» Саша. — Закупай, не жмоться! Все, кто не будет на четвертых демогоргонах, вообще из конкурентов вылетят.

— Ну хрять… Я-то понимаю. А начальство моё? Оно еле эти одобрило. А можешь мне письмо прислать с обоснованием?

— Не могу. Не хотел тебе говорить, но кто-то копался в моей почте. Я не смог выяснить кто, но факт есть факт. Начальству скажи, если они не согласны, то можно вообще эту затею бросать. Мы закупим всё, что есть.

— Ладно-ладно, не кипятись. Всё сделаю. Только ты это… молчи и почте больше не доверяй, бро.

— Да понятно. Ладно, давай суетись уже, а то не факт, что информация ещё откуда-нибудь не вылезет.

Через час человек Добрыни притащил специальный контейнер, куда Саша и положил «жучок». Теперь у него там была полная имитация звуков пустующей квартиры при полной изоляции от реальности. При необходимости можно достать и что-то на него ещё наговорить.

— Скрепка, ну что, удалось отследить хоть что-то?

Скрепыш: Работаю. Это кто-то в соседнем от тебя доме, но там много квартир, пытаюсь выйти на конкретную. Хитрожопый кто-то делал.

Крис: Если получится…

Дальше она прислала несколько восторженных смайликов.

Скрепыш : Что значит «если», детка?

Ася : Отставить флирт! Сначала дело, потом награда!

— А мне будет награда? — не удержался Саша.

Скрепыш: Тогда и вам отставить флирт!

На этот раз Крис прислала стикер, показывающий язык.

Настроение у Рогозина невольно поднялось. Он поужинал и решил ещё раз пересмотреть меры по борьбе с демпингом. То, что они с Асей выявили конкурентов, никак не решило проблему с заниженными ценами. А в этом секторе галактики регулирующие соглашения выполнялись ни шатко ни валко.

Саша же был активно против ответного снижения цен, отлично зная, что это путь в никуда. Поэтому вместе с подчинёнными разработал несколько других предложений. Немалая проблема заключалась ещё и в том, что отдел продаж, пусть и не целиком, но работал отвратительно и явно не на «ЭкзоТех». Впрочем, сейчас они притворялись умничками и одновременно непонятыми гениями. Но Саша не убирал руки с пульса, хоть и жрало это немало ресурсов. Особенно моральных.

Сейчас, за чашкой чая — эх, жалко, что не с Асей за компанию — он просматривал одобренные меры по борьбе с демпингом. Правда, первую — и самую эффективную, на его взгляд — в документ не вписали, ибо заключалась она в очень простом пожелании — работать с клиентами. Объяснять, почему цена такая, а не ниже, рассказывать о дополнительных плюсах, качестве и надёжности. Лояльный клиент — это уже половина победы.

Перед созданием этого файла Саша с коллегами долго анализировали товары, которые оказались под угрозой, и разделил их на несколько групп. К первой предложили увеличенную гарантию, ко второй — бесплатную сборку или установку. Третьей группе можно было добавить индивидуальные настройки и скидки на обучение персонала.

Рогозин выковырял техников у Ирочки и заставил их проверить скрипты клиентской техподдержки, памятуя, что Асе со Скрепышем пришлось выколупывать эти данные из истории переписок уволенных сотрудников. Кстати, ошибок нашлось не так уж много. Да и приходились они в основном уже на новые модели.

Предстояло ещё и вздрючить отдел доставки, чтобы пересмотрели маршруты и цены, а то привыкли работать по привычным вариантам, не ища более быстрые и дешёвые, а они появляются же!

В планах был и пересмотр программы лояльности. Такие вещи могут удержать клиента, даже если цена на конкретный товар чуть выше. Но главную ставку Саша делал на комплексные предложения, куда входили бы, кроме более дешёвого у конкурентов товара, другие услуги и оборудование. Клиенту должно быть выгоднее брать всё вместе, чем по отдельности, а «ЭкзоТех» при этом не оставался бы внакладе. Поэтому прежде всего нужен был грамотный, лояльный и заинтересованный отдел продаж. Получится ли выбраться из ямы с нынешним, Рогозин не представлял. Менять же его сейчас будет очень затруднительно. Особенно с учётом того, что новый человек — это не гарантия безопасности. Он точно так же может быть засланцем от конкурентов.

За этими всеми мыслями вечер и прошёл, а утро началось со звонка Аркадия Петровича и сакраментального вопроса:

— Саша, какого хрена?!

— Доброе утро, Аркадий Петрович, — спокойно ответил Саша, откидываясь в кресле. — Какого хрена что именно?

— Что именно! — голос Аркадия Петровича дрожал от возмущения. — Ты чем там занимаешься, Рогозин? Я тебя нанял порядок наводить, а ты мне что устроил? Проверка! Штрафы! Денег и так кот наплакал, а теперь ещё и это! Ты хоть понимаешь, во что мне это выльется?

Саша молча слушал, давая старику выговориться. Аркадия Петровича он знал с детства, и ещё когда ловил в декоративном пруду в его имении декоративных же карпов, выучил, что перебивать бесполезно, только сильнее разозлишь.

— Я тебе отдел не дал создать, так ты решил мне отомстить? — продолжал Аркадий Петрович. — Я, знаешь ли, был о тебе лучшего мнения! Думал, взрослый человек, понимающий… А ты!

— Я всё понимающий, Аркадий Петрович, — ровно сказал Саша, когда пауза затянулась. — Вы закончили? Теперь можно мне сказать?

— Говори, — буркнул старик. — Но учти, оправдания меня не интересуют.

— Это не оправдания. Это отчёт о проделанной работе. — Саша подался вперёд, хотя Аркадий Петрович его не видел. — Проверку инициировала Лина Коржакова. Цель была — найти нарушения у меня. Посадить меня на крючок, а лучше — убрать из компании.

— И что? — в голосе старика появились нотки сомнения.

— А то, что я всего лишь подсунул им тех, кто на самом деле нарушает всё на свете, и кого не жалко бросить псам на растерзание. Широухову из кадров и Ошивалова из орл… э-э, маркетинга, если его можно так назвать. Нарушений у них нашлось столько, что проверка забыла, с чего вообще начинала. — Саша позволил себе лёгкую усмешку. — Так что теперь у нас есть официальное заключение. И идеальная возможность уволить этих двоих без скандала и выходных пособий.

Аркадий Петрович молчал. Саша дал ему время переварить.

— А там, — добавил он негромко, — и до Рыбьёшка рукой подать. У меня есть прекрасная запись того, как Рыбьёшек на пару с Ошиваловым договариваются развалить отдел маркетинга.

— Ну не знаю, — протянул старик, но уже не так агрессивно. — Для тебя это, может, и игра, а для меня — живые деньги и репутация. Штрафы-то платить мне!

— Штрафы — копейки по сравнению с тем, скорлько эти двое потеряли для компании за последние годы. — Саша знал, что денежные аргументы на Аркадия Петровича действуют наилучшим образом. — А насчёт репутации, вы поймите, они не могли уйти с пустыми руками. Если бы я не скормил им эту парочку, они бы тут штукатурку от стен пальцами отодрали, но что-нибудь нашли бы. И я не знаю, что это могло быть. Тут ведь куда ни ткни, везде прогнило. Поэтому я предпочёл контролируемый слив, который к тому же ведёт к избавлению от балласта.

— Хм, — сказал Аркадий Петрович. — Ладно, допустим. Но насчёт Рыбьёшка… Ты уверен?

— На все сто.

— А я вот теперь не уверен, делом ли ты занят, — неожиданно заявил старик. — Я с этим Рыбьёшком на днях общался. Не знаю, чего ты на него наговаривал, но он вроде нормальный мужик. Адекватный.

Саша начал закипать. Спокойно, Рогозин. Нельзя сейчас сорваться.

— Аркадий Петрович, — сказал он максимально ровным тоном, каким только мог. — Он ненормальный. Он саботирует компанию, нанимает бездарей, разваливает отделы, покрывает воровство. Я вам отчёты слал. Вы их читали?

— Читал, — буркнул старик. — Но сейчас, понимаешь, не до того. Голова другим занята. Давай так: по итогам квартала приезжай ко мне домой. С подробным отчётом. Со всеми цифрами, фактами, доказательствами. И тогда будем решать. А до тех пор я никаких решений принимать не буду. У меня, знаешь ли, здоровье не железное и сил уже столько нету. Я с внуками играть хочу, а не вот это всё.