Невзирая на то, что мальчишка явно подражал отцу, старался держаться гордо и претенциозно, по его лицу было заметно, что встреча со мной ему страсть как интересна. По сути, парнишке исполнилось всего двенадцать, и он оставался ребёнком. А этот самый ребенок мечтал наплевать на все условности и приличия, да послушать захватывающие истории о приключениях дважды выжившего героя Патриархии. То есть, о моих.

— Экселенс нор Адамастро, а правду говорят, что вы два года жили в подземелье кьерров, а потом при побеге уничтожили весь их улей? — не смог совладать с подростковым любопытством Ниас.

— Нет, неправда, — хмыкнул я.

— А… вот оно что… — потух взгляд у юнца.

— Я провел в плену около полугода. И спалил не целый улей, а только инкубаторий, в котором абиссалийцы взращивали тварей из тел моих павших сослуживцев.

— О-о-о… наверное, это было очень захватывающе! — оживился сын Инриана.

— Скорее утомительно и нервно. Особенно после того, как шаксатор ужалил меня в спину.

— А шаксатор, это… — начал было подросток, но тут вмешался его отец.

— Ниас, не следует так докучать гостю! — одернул он паренька. — Что я тебе всегда на этот счет говорил?

— Кхм… да, простите, господин нор Адамастро, — смутился мальчишка и немного покраснел.

— Ерунда, молодой человек, — покровительственно отмахнулся я. — Если захотите, обращайтесь ко мне в любое время. У меня найдется, что вам поведать.

— Обязательно, экселенс Ризант! Спасибо! — просиял юноша.

Гран Иземдор повел мальца дальше по залу, обходя по очереди всех дворян. А я снова оказался предоставлен самому себе. Постоянно одёргивал себя, но нет-нет, да начинал рыскать взглядом по залу, высматривая точёную фигурку Вайолы. Но вместо обольстительной красавицы мне постоянно попадалась на глаза чета Мисхейв и их сторонники. Они кружили вокруг меня словно коршуны. Так и выискивали момент, чтобы завлечь на приватный разговор. Уверен, их, как и всех остальных, волновали события Кровавого Восхождения. Но откровенничать с кем бы то ни было на эту тему в мои намерения не входило. Даже с ними.

— Экселенс, вы уделите мне каплю вашего времени? — устав бегать за мной, Адилин Мисхейв вторгся в мою праздную беседу с какой-то дамочкой, имя которой я даже не запомнил.

Сам по себе сей диалог не нёс никакой смысловой нагрузки. Обычная болтовня обо всём и ни о чём. Но это не значило, что нас можно вот так невежливо прерывать!

— Господин Адилин, ну что вы? Разве совесть позволит вам отнять меня у этой обворожительной миларии⁈ — нарочно уколол я аристократа.

Девица, услышав комплимент, сразу же заулыбалась и спряталась за опахалом веера. А вот Мисхейв немного растерялся. Ну а ты как хотел, уважаемый? Дерзость за дерзость, получи и распишись!

— Я… э-эм… прошу меня извинить, но это важно… — сбивчиво пробормотал мужчина.

— А я пока составлю компанию вашей собеседнице! — вынырнул как чёртик из табакерки Фенир Мисхейв, спасая главу своей фамилии. — Милария, а вы знаете, как мы укрывались от проливных дождей на западном фронте? Когда вода падает с неба таким потоком, что не видно пальцев вытянутой руки…

Настойчиво прихватив дамочку под локоток, дворянин оттащил её в сторону, оставляя меня наедине со своим лидером. Ты погляди, как естественно сработали! Будто репетировали.

— Ризант, почему вы не отвечаете на мои письма? — нахмурился Адилин.

— Разве? — наигранно удивился я. — Не может быть такого. Уверен, что не пропустил ни единого послания.

— Да, простите, я неверно выразился. Я имел в виду содержание ваших ответов…

— Вы же понимаете, экселенс, что невозможно доверить бумаге всего, — многозначительно поиграл я бровями.

— Но вы могли бы хотя бы намекнуть о том, что собираетесь предпринять…

— Исключено, — отрицательно мотнул я подбородком. — Рисковать я не намерен.

— Кхм… понимаю, и не могу настаивать. Но всё же, есть некоторые вопросы, требующие прояснения. Ради нашего всеобщего блага. Кроме того, мы наверняка чем-то сумеем помочь…

Хе-хе… это ты правильно говоришь, что не можешь настаивать. Поэтому ничего я тебе не скажу, гражданин Любопытный.

— Я уже сообщил всё, что вам необходимо было знать, — отбрил я собеседника. — О любых изменениях вы будете уведомлены, экселенс. Если мне что-нибудь понадобится сверх того, что я обозначил ранее, то я обязательно вам скажу.

Мисхейв скрипнул зубами, явно не удовлетворенный отповедью. И уже набрал воздуха для очередного возражения. Но почти сразу же осёкся, потому что к нам подошел именинник.

— Экселенсы, мой отец приглашает вас заглянуть к нему. Позвольте мне проводить.

Адилин досадливо поморщился. И тут в мою голову закрались первые подозрения. Аристократы явно затеяли вокруг меня какую-то возню. Ставлю все свои металлофоны, что гран Иземдор неспроста подослал именно сынка. Он точно понимал, что дорвавшийся до меня Адилин так легко не отступится. Но виновнику сегодняшнего торжества не посмел отказать даже Мисхейв.

Ох, не нравится мне, откуда ветер дует. Как бы не заигрались почтенные граны. Как бы не пришлось умывать их кровью, дабы привести их в чувство.

Тем не менее, пока что явных причин для тревоги не наблюдалось. Когда мы с Адилином вошли в кабинет Инриана, там нас дожидалось уже полдюжины участников революционного кружка и богато накрытый стол. Потекла вполне обычная праздничная трапеза. Разве что сопровождалась она более откровенными разговорами. Такие темы, как правило, с кем попало не рискуют обсуждать. А только с самыми близкими и доверенными людьми. И красной нитью сквозь всю беседу шел лейтмотив: «Государству нужен правитель! И чем скорее, тем лучше!»

Однако какие-либо конкретные планы пока не обсуждались. Либо же делалось это настолько тонкими оговорками, что я даже не замечал. Я успел окончательно расслабиться и позволил себе опустошить целый кубок вина с западных склонов. Довольно неплохое, надо заметить. Пусть не такое сладкое и мягкое, как блейвендское.

Но, как показало время, расслабился я рано. Когда гости уже потянулись к выходу, Инриан Иземдор остановил меня.

— Экселенс Ризант, мне неловко просить, но вы произвели исключительное впечатление на Ниаса. Не соблаговолите ли произнести небольшую наставительную речь для моего сына? Этим вы очень меня обяжете.

— Не вижу ни малейшей причины отказывать, — манерно приложил я ладонь к груди, прекрасно понимая, что это лишь повод, чтобы отвести в сторонку.

Так оно и оказалось. Когда двери кабинета закрылись, отсекая нас от других аристократов, никакой Ниас здесь так и не появился.

— Прошу прощения за этот спектакль, но вы должны меня понять, — произнес Инриан в манере человека, который вообще не привык не перед кем извиняться.

Я лишь сдержанно кивнул, предлагая хозяину поместья продолжать.

— Скажите Ризант, что на самом деле произошло во время Кровавого Восхождения? — без всякой подводки осведомился дворянин.

— Отвечу вам то же, что и остальным, экселенс, — показательно печально выдохнул я. — Пятый Орден запретил мне распространяться на эту тему.

— Жаль… очень жаль. Я думал, что у нас с вами полное взаимопонимание, — поджал губы Иземдор.

Я развёл руками, показывая, что ожидания собеседника меня нисколько не трогают. А Инриан, не сводя с меня пристального взгляда, многозначительно постучал ногтями по столешнице.

— Вы недооцениваете меня, Ризант. Сильно недооцениваете, — с оттенком то ли предостережения, то ли намёка на угрозу процедил он. — Мне и без того известно содержание ваших бесед с Пятым Орденом. Но для установления более тесного контакта между нами, я всё же хотел добиться от вас откровенности.

— Сожалею, экселенс, но меня сдерживает клятва, — соврал я.

— Что ж, ожидаемо. Значит, вы всерьез полагаете, что Леоран гран Блейсин всё ещё жив? — продемонстрировал свою осведомленность аристократ.

Хм-м… а вот это интересно. Значит, Иземдор не блефовал, утверждая, что ему сливают информацию из Пятого Ордена? Выходит, не так уж я и врал, когда убеждал Иерию, что среди её братьев завёлся крот?