Мой взор быстро отыскал неприятного типа, который выглядел прямо-таки хрестоматийным жуликом. Щербатая ухмылка с неполным набором зубов, широченный плащ, начисто скрывающий фигуру, бегающие мутные глазки, прохиндейская бородка. Но при всем этом, Ризант откуда-то его знал. Вот только сознание молодого аристократа почему-то наотрез отказалось делиться со мной подробностями. Будто на этих воспоминаниях стоял какой-то блок. Такого раньше еще не бывало…
— Гляньте-ка, малыш Риз поверил в себя, — не укрылось от проходимца моё движение. — Ужель ты думаешь, что сможешь меня ткнуть этой своей красивой игрушкой?
— А ты подойди поближе, да проверь, — изрек я, цепко следя за каждым движением мелкого проныры.
Мой ответ вверг его в ступор. Видимо, настоящий Ризант этого шныря боялся. И от меня ожидали совершенно другой реакции.
— Ты что, Риз, заболел? — натурально удивился доходяга. — Ты угрожаешь… мне?
— Чего тебе нужно? — предпочел я не развивать эту тему, чтоб ненароком не выдать своей неосведомленности.
— Да так, соскучился. Ты совсем перестал ходить по кабакам. Носа не кажешь из родового гнездышка. Неужели скрываешься? Но это же глупо. Ты ведь знаешь, от нас не спрятаться… — елейная улыбочка на лице собеседника вдруг сменилась злобной гримасой, от которой прежний Ризант мог и портки обмочить. — Хватит морочить мне голову, Адамастро! Где товар⁈ Ты должен был принести его еще к началу роста луны!
От такой заявки у меня едва глаза из орбит не выскочили. Че-е-е-го⁈ Какой еще, ко всем чертям, товар⁈ Откуда у юного повесы могло найтись хоть что-то, помимо долгов? Да что вообще связывало высокородного наследника и уличное отребье из торговых кварталов⁈ Как он…
Неожиданно мои мысли споткнулись об одну маленькую деталь. Одион в самом нашем первом разговоре обронил фразу, на которую я не обратил особого внимания. «Несколько лет ты где-то находил деньги на выпивку и дорогостоящее зелье для озарённых. Отыщешь их и на сей раз, ежели они вправду тебе так нужны.» И я должен был признать, что Ризант действительно любил крайне затратный досуг. Недешевое вино текло рекой, когда он вваливался в питейные дома. А уж пристрастие наследника Адамастро к Ясности обходилось в еще большие суммы! И как бы я не напрягал мозг, докопаться до ответа на вопрос: «А откуда дровишки?» у меня так и не вышло. Неужели доходы глупого аристократического сынка шли от криминала?
— Обстоятельства изменились, — сухо отрезал я, по-прежнему избегая конкретики. — Теперь я буду работать на своих условиях.
— Это на каких же? — позабавило проныру мое нахальное заявление.
— Ты предлагаешь мне обсуждать эту тему здесь? — красноречиво обвел я взглядом оживленную вечернюю улицу. — Да еще и с тобой?
— В чем дело, Адамастро? Откуда в тебе столько безрассудной отваги? — посерьезнел мужчина в плаще. — Я ведь пока говорю с тобой по-хорошему. Но могу и по-плохому…
Сухопарый собеседник коротко свистнул, и из-за ближайшего угла возникла пара плечистых молодчиков такого же разбойничьего вида, как и он сам. Они принялись показательно похрустывать пальцами и бросать в мою сторону многозначительные взгляды. На что я уже не таясь извлек кинжал из ножен, лихо перекрутил его кистью, перебросил в другую ладонь и взял обратным хватом. Всё это я проделал достаточно уверенно и быстро, не глядя на короткий клинок. Разогретые упражнениями с монеткой пальцы слушались меня хорошо. И слава всем богам, в этот раз мне удалось не уронить оружие так же позорно, как это произошло перед поединком с Велайдом.
Уличное отребье продемонстрированными навыками впечатлилось. По крайней мере, сухарь в плаще сразу же решил вернуться на стезю дипломатии.
— Слушай, парень, ну зачем ты загоняешь самого себя в тупик, из которого не будет выхода? — сделался его голосок обманчиво добрым и сочувствующим. — Дядюшка Лис подарил тебе редкий шанс закрыть долги. Тебе ведь совсем чуть-чуть оставалось! Но теперь ты сорвал сроки, чем ужасно подвел влиятельных людей. Очень многие из-за тебя понесли убытки, понимаешь, Риз? Особенно пострадал Дядюшка Лис. Его обещания сильно обесценились и перестали иметь железную гарантию. Видишь, как ты всё усложнил?
Вся эта бандитская ересь прозвучала настолько схоже с блатными базарами из моей прошлой жизни, что мне захотелось поморщиться. Господи, криминал и его методы во всех мирах остается неизменным! Долги, вменение вины, постановка на счетчик… Словно бы я опять вернулся в шкуру Горюнова. Кстати, вовсе не удивлюсь, если окажется, что над Ризантом тоже какой-нибудь игровой долг висит…
— Ладно, Риз, спрячь клинок, давай-ка для начала всё обсудим, — продолжал щербатый негодяй. — Пойдем, не будем торчать на виду. Нам ведь ни к чему лишние уши, да?
Сухарь призывно кивнул в сторону темного переулка, откуда вылезли его мордатые подельники. И я осознал, что если заверну туда вместе с ними, то обратно могу уже и не выбраться. Ну или выйду, но уже без мешка серебра и шпаги, которой я так и не научился владеть. А то и вовсе без одежды.
— Мне нет интереса куда-либо с тобой ходить, — безапелляционно отрезал я. — Передай Дядюшке Лису, что я стану говорить только с ним.
— Ты совсем обезумел, Адамастро⁈ Уже забылся, с кем имеешь дело⁈ — с жулика моментально слетела вся напускная дружелюбность. — Да я же тебя сейчас…
— Я вспорю брюхо любому, кто ко мне приблизится, — уверенно перебил я сухаря. — И мне даже ничего за это не будет, потому что на ваших рожах написано, кто вы есть.
— А-а-а, так ты, сраный экселенс, вдруг вспомнил о своем высоком происхождении? — понятливо протянул мутный тип. — Решил, сосунок, будто красивые колечки твоего папаши защитят тебя? Не глупи, ведь ты прекрасно знаешь — тебя достанут отовсюду, где ни спрячься! Поэтому завязывай скалить пасть, щенок, и следуй за мной!
— Нет.
— Нарываешься⁈ Значит, мои мальчики тебе помогут…
Мужчина в плаще сделал знак своим вышибалам, и оба двинулись на меня. Нас отделяло меньше десятка метров, и мне срочно надо было решать, что делать. Биться, либо бежать? Последнее вроде как недостойно аристократа. Еще слухи поползут о том, как нор Адамастро первый бегает от всякого мужичья. А драться сразу с двумя бугаями… блин, да страшно как-то! Я еще не настолько опытный боец, а у этих верзил тоже могут пырялки прятаться под одеждой. Один раз моргну невовремя, и привет! Полоска стали уже в животе. Ладно, придется прибегнуть к третьему варианту. Назову его «Оптимальный». Береженного и бог бережет, как говорится…
— Поди прочь, подлый грабитель! — оглушительно заорал я, напуская на себя оскорбленный и вместе с тем бесстрашный вид. — Поищи добычу полегче! От меня ты не получишь ни единого медяка!
Мой крик пронзил привычную сутолоку и шумную суету торговых рядов подобно скрипу пенопласта, ворвавшемуся в слаженную игру оркестра. В нашу сторону тотчас же обернулось полтора десятка прохожих. Несколько лавочников высунули любопытные носы из своих магазинов. И даже парочка проезжавших мимо карет сбросила ход, а потом и вовсе остановилась. Ну еще бы! Ведь зрелище намечалось весьма интересное.
Ставлю свой мешок серебра, что люди подумали, будто на богато разодетого молодого человека напал какой-то перебравший ханыга с ножом. А он, то есть я, сначала обезоружил его, а теперь великодушно отпускал, вместо того чтобы прирезать тут же. Парочка мордоворотов, кстати, моментально срыгнула куда-то в неизвестном направлении, бросая предводителя самому разгребать заварившуюся кашу. Такая вот она, крысиная верность. Дожидаться прибытия стражи им явно не мечталось. А тут еще и у каждого пятого купца личная охрана имелась.
— Пыряй! Пыряй его, экселенс! — эмоционально выкрикнул какой-то чумазый мужик с необъятным тюком на плечах. — Неча такой падали на нашенских улицах расхаживать! Доброе дело сотворишь!
— Точно!
— Да!
— Стража! Кличьте стражу!
— Совсем обнаглели, ужо темноты не ждут!
Возмущенные и подбадривающие меня выкрики зазвучали со всех сторон. Кто-то из самых смельчаков даже поспешил мне на помощь, чтобы сообща скрутить распоясавшегося разбойника. Но тут сухарь в плаще затравленно оглянулся и предостерегающе выхватил из-под своих просторных одежд клинок, длиной в полтора локтя. Такого легкого намека хватило, чтоб желающие погеройствовать прохожие нерешительно замерли.
