Погони родичей Кайя тоже не опасалась, и на то у нее были причины.

Словом, все шло совсем неплохо, покуда Кайя, двигаясь вниз по течению лесной речки, не вышла из леса на берег Змеева моря.

Песчаные дюны зимой выглядели огромными покатыми сугробами. Постепенно становясь все ниже, они переходили в белое пространство, раскинувшееся до самого горизонта. Змеево море замерзало не каждый год. Бывало, оно вскрывалось ранней весной, бывало и так, что стояло подо льдом до самого лета. Сейчас оно выглядело как заснеженная равнина, обманчиво гладкая издалека, покрытая лабиринтами торосов, если подойти поближе. Безупречная белизна… И никаких признаков человеческого жилья.

У Кайи упало сердце. Она остановилась на опушке, оглядывая пустой берег. А ведь могла бы заметить и раньше! Ни разу в лесу ей не попадались силки охотников, нигде не было лыжного или санного следа… Она должна была почуять безлюдье…

«Да, может, и чуяла, но себе признаться не хотела», – подумала Кайя, устремляясь вперед.

Не без труда она отыскала место, где прежде стояли зимние вежи Проклятых. Сейчас они ничем не отличались от прочих сугробов. Ни саней, ни собак…

– Да, ушли, – пробормотала Кайя, силясь как-то принять происшедшее. – Куда?!

Она попыталась раскопать вход в вежу, заглянуть внутрь, чтобы найти хоть какие-то следы, понять, давно ли погас последний очаг, но скоро оставила это занятие. Следы саней искать бесполезно – разумеется, их давно замело…

Над лесом показалась огромная птица, и вскоре тунья опустилась рядом с Кайей.

– Ты что-то потеряла, Чайка?

– Да! Племя Проклятых! Они жили раньше здесь, в устье реки, – а теперь их тут нет! Они сбежали от моей мести!

Мара хмыкнула:

– Почему же не попросила меня полететь вперед?

– Не хотела тебя впутывать, – буркнула Кайя. – И что мне теперь делать?

– То, что нужно было сделать раньше! Давай поищем твоих предателей. Я полечу вдоль побережья на юг – наверняка они удрали туда. А ты попробуй отыскать их через мир духов. У тебя теперь тоже есть крылья!

За спиной что-то еле заметно шевельнулось, легонько толкнуло. Кайя подумала было, что малыш просыпается, и лишь потом сообразила: это не колыбелька…

Дождавшись, когда тунья скроется вдалеке, Кайя нашла тихое подветренное место за одной из брошенных веж, опустилась на колени, открыла короб и вытащила великую корону.

Синие камни на очелье сверкнули в дневном свете. Кайя лишь взглянула в них, и стал внятен голос духа.

«Как давно я не видела неба! Долго ты не вспоминала обо мне, гейда!»

– Они сбежали, – мрачно произнесла Кайя.

«Пусть бегут… Невелика потеря!»

Перед внутренним взором Кайи на миг возникло видение.

Низкое серое небо, полное снега. Мертвые скалистые берега. Весна еще не добралась сюда. Возможно, она вообще никогда сюда не приходит… Цепочка саней и людей на лыжах. Псы, хромая, тащат нарты с поклажей… Люди качаются от слабости и голода. Еще немного, и начнут падать в снег. А пурга воет все злее…

«Эти тупые ножи сбежали на север, боясь гнева старого Куммы, – звучал в голове презрительный голос Синеокой. – Они будут бежать все дальше, пока не встретят свою гибель среди льдов, все до единого. Тебе незачем за ними гнаться. Твой путь лежит к югу, на Соляные острова. Там – твоя судьба, там тебя ждет великая сила. Там ты станешь самой могущественной шаманкой Змеева моря. Там встретишь своего истинного супруга… Мужа-из-моря…»

– Мой муж погиб, – сказала Кайя. – Мне не нужен новый.

«Ты хочешь отомстить или нет? Брак с мужем-из-моря даст тебе невероятную силу, как это заведено у шаманок. Я отведу тебя к сильнейшему – такому, которому даже аклут считает честью служить…»

– Хорошо, – процедила Кайя, – Мне все равно. Я пойду, куда ты велишь, и лягу с тем, на кого ты укажешь, если это поможет отплатить Безымянному!

Про себя же подумала, что хочет большего. Не просто увидеть смертные корчи врага, а вырвать его черную душу… И отнести в Нижний мир, к Подземной Бабушке, выкупом за Анку!

«Хорошо придумала, – хихикнула Синеокая. – Тогда вперед! Слушай лишь меня и ступай без сомнений!»

Кайя встала, оглядела заснеженный берег. Итак, на юг.

В полуденные края вели два пути: долгий и короткий. Оба были опасны, каждый по-своему. Великая корона всячески направляла Кайю самым быстрым путем, через Змеево море. Вдоль берега оно было покрыто льдом, но Синеокая утверждала: чуть южнее начнется открытая вода.

«Лишь раздобудь лодку, – нашептывала она. – А дальше все силы моря помогут тебе, гейда! Я прикажу ветру дуть тебе в спину, а волнам – нести лодку так бережно, что хоть спи всю дорогу, если пожелаешь! Водяные духи проводят тебя…»

Кайя не слушала. Нет уж, она не доверится морю. И сына нипочем не доверит.

Она отлично знала, что Синеокая считает ее сына обузой в этом странствии. Да, она больше не твердит об этом, но…

Кайе вспомнился их последний разговор. Он состоялся той ночью, когда принято было решение отправляться на юг и великая корона была извлечена из-под Медведь-Камня.

«Я готова отправляться в путь, о Синеокая! Мое тело выздоровело после родов, я снова полна сил. Одного боюсь: как бы дед Кумма не догнал меня и не заставил вернуться…»

«Старый Кумма? Да кто он против меня! Кумма – просто хитрый древний камень, не шаман, не колдун. Мне не подчинить его волю, но укрыть тебя от его глаз я вполне смогу…»

«А еще я боюсь, как бы туны не попытались отобрать у меня сына! Если налетят стаей…»

«Так и отдала бы. Тебя ждет долгий путь, впереди великая цель, а Яннэ – его родная бабка…»

– Оставить ребенка?!

Как можно предлагать ей такое? Анка-младший – часть ее самой! Он – тот, кто еще не рожденным выдержал великий бой, чтобы прийти в мир вратами ее тела. Кайя часто вспоминала роды и дивилась, насколько они подобны сражению. А еще – шаманскому полету…

А Синеокая снова твердит, что ребенок помешает?!

– Ты опять за свое? – еле сдерживая гнев, рявкнула Кайя. – Может, вернуть тебя под Медведь-Камень еще на пару лет? Нет, я не отдам Птенца тунам!

«Как хочешь», – равнодушно отозвалась корона.

Кайя сердито хмыкнула. Она догадывалась о причине покладистости могучего и своевольного сайво. Синеокая собирается вести Кайю путем поиска силы, путем гейды. А младенец все равно погибнет в дороге, не выдержав тягот…

«Этого не будет! Ни духи, ни люди не отнимут его у меня!»

Кайя с яростной нежностью поглядела на берестяную люльку, стоявшую на снегу. Надо проверить, не намочил ли Птенец моховое гнездо, поменять его, если потребуется, и можно отправляться.

– Я пойду берегом моря, – сказала она вслух, хотя корона и так уже знала о ее решении. – Пусть я не знаю дороги – я буду просто идти все дальше по берегу и спрашивать встречных, где Соляные острова. И когда доберусь туда – я сделаю это сама, никому не обязанная!

«Что ж, в твоих речах есть правда, – снисходительно отозвалась корона. – Жене великого мужа-из-моря надлежит быть сильной. Пусть твое тело и дух крепнут, закаляясь в пути…»

Остаток дня Кайя шла на лыжах вдоль опушки леса, укрываясь за дюнами от пронзительного ветра со льдов. Знакомые места давно остались позади; справа тянулись сосняки и ельники, слева гуляла по бесконечной глади поземка.

На закате Кайя зашла поглубже в лес и выбрала место для ночлега в уютной сосновой роще. Быстро возвела шалаш из пахнущих смолой ветвей, накидала внутрь лапника, застелила меховыми одеялами. Зажгла костер-нодью, чтобы медленно горел всю ночь до утра. Встретить людей она не боялась. Кумма говорил: чужие в Похъеле не живут. Первых кочующих саами Кайя ожидала встретить еще очень нескоро.

А вот о защите от диких духов юная гейда позаботилась со всем тщанием. Очертила круг, не поленилась обойти всю рощу. Сайво-оляпка облачком летел над ней, привычно осматривая незримое людям пространство.