Он прятался на ровной, покрытой мхом поляне среди елей и сосен, тянущих к путникам свои крючковатые лапы. В незапамятные времена кто-то – то ли боги, то ли сейды – поднял стоймя огромные валуны и заставил их выстроиться в причудливом беспорядке. Стоя рядом, можно было и не догадаться о том, что здесь таится, – видна была лишь каменная стена выше человеческого роста, вся в белых и ржавых пятнах лишайников. Даже шаман, пролетая духом над вершиной горы, не сумел бы разгадать узор лабиринта – днем и ночью над ним вился легкий туман, в котором все казалось призрачным.

Да и взглядам пришедших по тропе лабиринт не открывался. Моргни, отвернись – и камни уже совсем не такие, как миг назад…

На входе стоял высокий, с человека, серый камень. Его-то и рассматривали трое нордлингов.

А камень, казалось, смотрел на них.

– Ярл, этот камень очень непрост, – произнес Снорри. – Я чую, он сторожит вход…

– Тут и чуять не надо, – добавил Бранд. – Тоже мне, прозорливец. Можно просто посмотреть на руны.

Камень и в самом деле был сверху донизу покрыт рядами вырезанных на нем знаков.

– Это не наши руны, – заметил Арнгрим, рассматривая знаки.

– То-то и оно! – отозвался Бранд. – Это колдовские знаки финнов. Они древнее наших, а значит, сильнее. Некоторые мне знакомы. Например, вот этот, – он указал на косой крест, вырезанный в верхней части валуна, – означает «добро пожаловать». Видимо, здесь вход в лабиринт.

Налетел ветер, и с валуна посыпались хвоинки. Арнгриму почудилось, что и сам стоячий камень едва заметно качнулся.

– Почему вокруг знака «вход» везде точки?

– Опасность…

Бранд запнулся, нахмурившись. Мрачной тенью явилось воспоминание об игре в саххко с Оддом Сушеной Треской…

– Как же так – «добро пожаловать» и опасность? – усмехнулся ярл.

– Войти может всякий, – подал голос Снорри. – А вот выйти…

– Гм… – Арнгрим ткнул пальцем в странное круглое существо с торчащими по сторонам короткими лапами. – Это кто?

Бранд призадумался.

– Может, лягушка? Саами их боятся, неведомо почему. Я вот слыхал сказку о девке-лягушке. Она в полнолуние красоткой оборачивалась, из парней кровь пила…

– А по-моему, – скромно заметил Снорри, – это существо больше похоже на толстую, откормленную нерпу.

– При чем тут нерпа? – раздраженно спросил Арнгрим. – Я хочу понять, о чем нас предупреждают, а вы мне о нерпах, девках… Вот это кто такие?

Он указал на двух человекоподобных существ, вырезанных в нижней части камня. Одно было изображено голым и имело невозможно страшную зубастую морду. Второе, в длинном одеянии, держало в руках два весла.

– Ну, тут все понятно. Это саамские боги, – уверенно сказал Бранд. – Бог и богиня.

– Боги чего?

Мороз вновь погрузился в раздумья. Снорри ухмылялся.

– Ты хоть что-то знаешь о саамских богах? – не выдержал Арнгрим.

– Небось, пару раз сыграл в саххко с финнами, – подсказал Снорри. – А теперь похваляешься, что все знаешь…

– Всяко побольше твоего! – вскинулся Мороз. – Тут и так все понятно! Вот эта баба с двумя веслами – покровительница моряков! А зубастый…

– Какая еще баба с веслами?! – раздался вдруг гневный голос.

Замшелый стоячий валун неуловимо для глаз обернулся старым саамским шаманом.

– Это лопаты, невежда! – рявкнул нойда-оборотень. – Две лопаты для сгребания снега, неужели не видно? Ильмар-атче, бог зимней бури, с помощью этих лопат насмерть закидает снегом любого, кто осмелится приблизиться к священному кругу! Эх вы…

Бранд схватился за оружие, больше от неожиданности. Арнгрим и Снорри даже не шевельнулись. Они сразу поняли, кто перед ними.

– А скрещенные кости, – шаман ткнул пальцем в Бранда, – не «добро пожаловать», а знак проклятия! Проклятия, несущегося по воздуху! Нарочно для таких, как ты!

– Поклон тебе, хранитель тайных троп, – сказал Арнгрим. – Твое лицо кажется мне знакомым.

– Да, ты меня едва не утопил, – сварливо ответил сейд. – А потом чуть не раздавил льдами. Нам пришлось очень постараться, чтобы остановить морскую стену. Моим сородичам до сих пор нездоровится…

Нордлинги удивленно разглядывали старика-нойду. Теперь и Бранд понял, кто встретил их у входа в лабиринт. Да, старичок был совсем не похож на величественного шамана, что преграждал им путь на льду Змеева моря! Он весь как-то усох и стал меньше ростом едва ли не вдвое. Но, глядя, как светятся саамские руны на его кожаной парке, Бранд понимал – этот сейд еще на многое способен…

– Как прикажешь хвалить тебя, страж острова? – спросил Арнгрим.

– К чему имена? – вздохнул тот. – Если все будет идти так, как идет, очень скоро Солово-Кэлесь исчезнет с лица земли.

– Исчезнет? – нахмурился ярл.

– Да, опустится на дно морское или сгорит… Или то и другое сразу!

– Почему?

– Из-за тебя!

Арнгрим недоверчиво усмехнулся:

– Я не собираюсь причинять вред Соляным островам! Напротив, я решил здесь жить. Я занял усадьбу какого-то ярла тут, как раз под этой горой. Тот ярл грабит неведомо в каких краях и мало заботится о тех, кто остался дома, поэтому они сами пришли под мою руку. Перезимую, а весной привезу сюда жену и моих людей из Ярена. Будем жить здесь, ловить рыбу, бить зверя…

Седой нойда склонил голову набок.

– Поди-ка, ведь не врешь, – протянул он. – Зачем пришел-то?

– Кто-то пытается вредить мне, о страж. Не выпускает мой корабль из моря. Я хочу узнать кто… А больше мне ничего не надо.

Камень-оборотень вздохнул:

– А вот сейчас солгал, хоть и сам об этом не знаешь. В тебе еще много человека, парень. Только это не поможет…

Сейд вдруг оказался прямо перед Арнгримом. Тот взглянул ему в глаза и увидел, что в них нет зрачков. Только серый камень с кровавыми прожилками – тот самый, из которого были сложены богами Острова Дедов.

– Ты одолел нас в бою. Воля человека и мощь Змея сошлись вместе; они были словно стрела, летящая в цель. Однако сейчас ты не знаешь, что делаешь. Послушай доброго совета! Не торопись заходить в лабиринт. Это место обладает великой силой, и беда, если эта сила обратится не на пользу, а во вред…

Арнгрим задумался.

– Бранд, Снорри, – повернулся он к товарищам, – отойдите подальше. Мне надо побеседовать со старцем наедине…

Когда те отошли к деревьям, Арнгрим спросил:

– Скажи мне, вековечный мудрец, мощь Змея, о которой ты говоришь… разве она не часть меня? А раз так, значит, я могу управлять ею?

– Нет, – кратко ответил сейд. – Эта сила не подчиняется ни смертным, ни богам.

Арнгрим медленно кивнул. Он не был ни удивлен, ни огорчен. Слова сейда лишь подтвердили то, что он и так чувствовал.

– И второе. Для чего предназначен лабиринт?

– Если бы ты спросил, для кого, я ответил бы: для шаманов и богов. Лишь они смогут пройти до самой середины и разбудить его силу. Одним нойдам он – ловушка для ветра. Другим пригождается для пленения духов. А третьи, самые искусные, проходят его путями в иные области мира…

– Я хочу войти, – решительно сказал Арнгрим.

– Ты уверен? Бывало, даже опытные нойды входили в подобные лабиринты – и больше их никто не видел.

– А я войду и выйду.

Сейд воздел руки к небесам:

– Ты не вернешься! Ты – воин, ты ничего не знаешь, ничего не умеешь! Ты заблудишься – а вернется кое-кто другой. Возможно, в твоем теле, но вот тебя там уже не будет…

– Ярл, дозволь, мы пойдем с тобой! – крикнул Бранд. – Вместе проще найти верную тропу!

– Я знаю способ получше, – подал голос Снорри. – Пусть хранитель острова войдет туда вместе с ярлом.

Саами прищурился, покосившись на скальда:

– Ишь, хитрец! Я, конечно, могу это сделать. И я буду беречь тебя, чтобы ты не превратился снова… Ох, парень! Я вижу, чего ты хочешь. Поверь, подобную силу смертному не запрячь в свою нарту…

Старый нойда на миг запнулся и закончил:

– А впрочем, пошли.

Он отступил в сторону, пропуская Арнгрима. Тот без колебаний направился к окаймленным валунами воротам, уводящим в переплетение тропок.