– Ладно, – вздохнула она. – Вижу, я поторопилась. Истинная память еще не пробудилась в тебе. Твое тело, похоже, еще слишком цепляется за земную жизнь… Да и моя новая плоть еще не вполне выросла, не набрала должную силу… И все же не забудь нашу встречу, муж мой.

– Я не твой муж. В этом мире я Арнгрим…

– А я не с Арнгримом разговариваю, – холодно ответила богиня.

И растаяла в небе.

Ярл пожал плечами и пошел вниз, мимо кладбища, мимо землянок – на берег моря.

Зимние сполохи понемногу угасали в небе. Море шумело, волны набегали на песок. Арнгрим вошел в воду по колено и хлопнул в ладоши.

Вскоре море вспенилось, и над волнами поднялся острый черный плавник.

– Волк Моря! – приказал Арнгрим. – Покажи мне дорогу к моим людям!

Огромная косатка развернулась и устремилась прочь. Арнгрим вошел в воду вслед за ней. В миг, когда волны сомкнулись над его головой, исчез человек – и дальше, извиваясь, устремился в темные глубины огромный морской змей.

В голубом небе пронзительно кричали чайки. Безжизненный скалистый берег, когда-то показавшийся викингам таким неприветливым, теперь радовал взгляды и согревал сердца. Еще бы, ведь теперь он тянулся не справа, а слева.

Драккар шел на север.

Пройти Горло, а там…

– Неужели получилось? – сказал Крум, незаметно перекрестив пальцы, чтобы не сглазить.

Снорри заметил его движение и усмехнулся.

– Небесным Воином клянусь, у нас получилось! – воскликнул Дарри, глядя, как ветер медленно наполняет полосатый парус. – Боги благоволят нам! Глядите, попутный ветер поднимается! Еще немного, и покажется тот ледяной фьорд, где мы чуть не заночевали… Дождемся отлива и вылетим на нем из Змеева моря, как на крыльях!

– Пока не пройдем Горло – не поверю, – проворчал Крум.

Но и его сердце билось радостно, хоть он и боялся спугнуть удачу. Все эти дни, которые «Красный волк» шел на восток, то под парусом, то на веслах, нордлинги каждый миг ждали каких-нибудь неприятностей. Гребли они или валялись на палубе, отдыхая, все равно их глаза то и дело убегали в сторону моря. Вот сейчас поднимутся острые скалы в таких местах, где их отродясь не было! Или налетит внезапная буря, или покажется из воды плавник свирепой косатки…

Но море было просто морем, причем добрым. Казалось, оно чему-то радуется, и все птицы, рыбы, скалы, течения и ветры радуются вместе с ним. Днем пригревало солнце, ночные туманы рассеивались с рассветом. И вокруг снова было полно тюленей, моржей, нерп…

Крум невольно вспоминал то, что говорил ему когда-то Арнгрим, – Змеево море приветствует их, оно радо их прибытию, – и теперь невольно соглашался. Даже как-то жаль было покидать такие щедрые воды…

«Всего лишь поверхность, голубая пленка над черной бездной», – напомнил себе старший Хальфинн.

– Братец, – подошел к нему Дарри. Вид у младшего был озабоченный. – Что-то я не соображу. При таком ветре и отливе корабль должен идти намного быстрее…

Крум вздрогнул и поглядел на море.

– Сейчас все еще прилив, – сказал он. – И берег удаляется. Нас сносит к югу…

– Мне кажется, уже давно должен был наступить отлив…

– И не только тебе, – подошел к нему Мороз. – Час отлива давно прошел. Нас несет течение, которого прежде не было.

Нордлинги переглянулись. Вся радость в их глазах погасла.

– Ветер меняется! – раздался голос Дага с кормы.

– Убирайте парус! – отозвался Крум. – Живо на весла! Попробуем пройти Горло, мы совсем рядом…

Все тщетно. «Красного волка» сносило неудержимо. Левый берег пропал из виду, потом появился снова – но это был уже совсем другой берег. Море не выпускало их.

– Ладно, на юг так на юг, – спустя долгое время вздохнул измученный Крум.

К тому времени гребцы уже совершенно выбились из сил, а Горло лишь отдалилось. Небо заволокло тучами, пошел мелкий дождь…

– Мы сделали ошибку, пойдя морем, – сказал Бранд Мороз. – Здесь владения злых духов, одним из которых стал наш ярл… Надо было идти сушей! Глядишь, к концу лета вышли бы к какой-нибудь карельской деревне…

Дарри, работая веслом, бросил усталый взгляд на брата:

– Попробуем пристать и дальше пойдем пешком?

– Мы не знаем берега, – сказал Крум.

– Да и пристать нам не дадут, – заметил Снорри, указывая за борт.

По левую руку в тумане едва виднелся незнакомый берег. А между берегом и кораблем выпрыгивали из волн и вновь ныряли серые пятнистые тела, увенчанные острыми бивнями.

– Нарвалы! Они преследуют нас!

– Никогда не видал, чтобы нарвалы гнались за кораблем, – заявил Даг Вилобородый.

– А я видел, – процедил Крум.

Ему вспомнился поход Ульвара Красного Волка и его тело, пронзенное витым костяным стержнем…

– Теперь понимаете? За нами следили! И сейчас ведут куда-то на юг, – сказал Снорри. – Сдается мне, разумнее подчиниться. Если нас не потопили сразу, значит, надежда еще есть…

Еще два дня и две ночи нордлинги плыли на юг, а вокруг них сходило с ума море. На поверхность поднимались уродливые рыбы, каких прежде никто из моряков не видел, и внимательно глядели на людей, будто запоминая. Однажды рядом с кораблём зародился огромный водоворот. Нордлинги решили: конец! Однако водоворот лишь взбаламутил море до самого дна и исчез. А по волнам потом плавали то ли остатки домов, то ли куски древних кораблей…

– Кто там хотел сокровищ? – вслух подумал Снорри, во все глаза рассматривая обломки. – Кто мечтал о затонувших городах?

Крум твердой рукой увел корабль в сторону.

Наконец на третий день вечером раздался крик:

– Вижу острова!

Когда Крум услышал это, в сердце шевельнулась надежда. Неужели течения и ветры привели их к Соляным островам? Тогда спасение близко – даже если корабль разобьется о скалы, тут уже можно выплыть и есть у кого искать подмоги…

Однако, когда корабль приблизился к берегу, Круму пришлось признать, что эти острова совсем другие, и он их прежде не видал. Зеленой цепью они протянулись на юге, словно что-то закрывая собой от бурь Змеева моря…

– А я знаю это место, – заявил вдруг Смиди Тощий. – Я тут бывал!

Все повернулись к нему с недоумением. Врет поди, бывший закуп!

Но Смиди настаивал на своем.

– Бывал, бывал, мальчишкой ещё! С дядей сурянам огненное зелье возили. Дядя потом потонул, ну и я больше в море не ходил…

– Суряне? Они же по рекам живут, – покачал головой Даг.

– Так это и есть река. Вон те острова зовутся Волчье взморье, а сразу за ними – устье Виньи, всем рекам реки. Дальше самые сурянские земли и начинаются.

– Что ж, боги нас все же привели не в самое худшее место, – признал Крум. – Если мы войдем в устье, то пойдем вверх по течению и со временем попадем в Хольмгардские земли… Дальше я уже дорогу найду.

– А еще в море одни боги, а в реке другие, – заметил Снорри и убрал харпу в чехол.

Дарри покосился на него с ухмылкой. Все уже знали, что Снорри собрался умереть с харпой в руках, распевая последнюю песнь.

Еле живые от усталости, они пристали к ближайшему, поросшему сосновым лесом острову.

Вскоре на поляне жарко пылал костер. Измученные моряки, собравшиеся у огня, чувствовали, как понемногу возвращаются силы. Сытная трапеза, крепкий сон на берегу – что еще надо для счастья?

Разосланные во все стороны разведчики вскоре вернулись с вестями. Островок, приютивший беглецов, был совсем невелик; но, как ни удивительно, здесь жили люди.

– Мы бы их вовсе не заметили, если бы не знали уже, как они строят свои норы! – торжествующе заявил Мороз, держа за воротник парки маленького человечка, свирепо сверкавшего глазами на незваных гостей. – А потом вспомнил: в такой же большой кочке мы поселились на берегу печор! Ну, я нашел лаз, заглянул – а вот этот оттуда на меня с копьем! Пришлось копье отобрать и его скрутить. Хотел придушить, а потом думаю: сперва допросить бы…

– Их тут целое племя, – заметил Дарри. – Вон, из-за деревьев следят. Думают, не замечу…