– Именно, – с довольным видом кивнул Красный Волк.

Встав к кормилу, он приказал:

– Гребите вперед!

И запел песнь, долгую и протяжную, перечисляя имена морских духов и богов…

Белая хмарь колыхалась стеной прямо за бортом, и с кормы было не видно даже мачты. Где тут перед – поди разбери! Но весла дружно опустились и толкнули драккар прямо в туман.

– Сейчас налетим на скалу – и все, конец походу, – проворчал младший Хальфинн.

Зазубренные скалы, в самом деле напоминающие клыки, выплывали из тумана то справа, то слева. Но корабль проходил между ними, даже не касаясь камней веслами.

– Как у Ульвара это получается? – прошептал Дарри, задрав голову и глядя, как прямо над ним проплывает каменный выступ. – Словно морские духи и впрямь ведут его сквозь туман!

– Милость богов? Великое искусство кормщика? – отозвался Арнгрим. – Или все же зачаровал духов? А, Крум?

Старший Хальфинн рассеянно кивнул. Он пытался вспомнить, сталкивался ли прежде с подобным зловонным туманом. Где-то он слыхал о нем… Казалось, все море вокруг провоняло рыбой. На борту дрожали капли воды, лица у людей будто покрылись росой…

«А туман-то теплый!» – отметил старший Хальфинн, и ему стало еще тревожнее.

– Гребите медленнее! – донесся хриплый шепот с кормы. – И не орите…

Корабль вскоре остановился, мягко ткнувшись в замшелый берег очередного островка.

– Ну, вот мы и на месте…

Хёвдинг-чародей как-то неожиданно появился рядом с троицей из Ярена.

– Слышите? – прошептал он, склоняясь к уху Арнгрима.

– Только плеск волн, – с недоумением отозвался тот. – И ветер свистит…

– Ветра нет, – возразил Дарри, вслушиваясь. – Но в самом деле будто дыхание…

– Не как будто, – ухмыльнулся Ульвар. – Туман тут неспроста. В этих скалах логово морского чудовища. Имя ему хафгуфа – Морской Смрад.

– Точно! – воскликнул Крум и тут же прикусил язык. – Прости, хёвдинг. Просто я вспомнил! Я ведь слышал об этом чудище, когда проходил здесь в прошлый раз. Небо было ясное, и мы прошли мимо скал, никого не встретив…

Ульвар кивал.

– Мерзкая тварь и опасная… Как вздумает поохотиться – поднимется на поверхность, напустит туман и давай отрыгивать рыбу, съеденную накануне, чтобы приманить на нее треску и лосося…

– А насколько велик Морской Смрад? – спросил Дарри.

– Кто знает? – развел руками Красный Волк. – Из-за тумана его никогда не видели.

– Да и впредь видеть не особо желают, – угрюмо ответил Крум.

Он начал догадываться, куда гнет Ульвар.

– …В таких местах поднимается смрадный туман, зато рыба в море так и кишит, – продолжал глава йомсвикингов. – Рыбаки устремляются туда на лов – и тут хафгуфа начинает всасывать воду. А вместе с ней и треску, и тех, кто подошел слишком близко… Ну, хотите половить рыбу, парни?

– Ты хочешь, чтобы мы поймали того, кто ловит рыбаков? – спросил Арнгрим, чувствуя, как чаще застучало сердце.

– Вы? – хёвдинг усмехнулся. – Не «вы» – а ты, сын ярла!

Он ткнул пальцем в Арнгрима.

– Твоих приятелей мы знаем – а вот с тобой дел прежде не имели. Пришло время разобраться, чего ты стоишь, любимец морских богов. Добудешь хафгуфу – станешь одним из нас!

Арнгрим расправил плечи.

– Что я должен сделать?

Красный Волк зубасто улыбнулся.

– Испытание тебе будет по силам. Ты просто встретишься с хафгуфой первым. Ступай на берег и разожги костер. Когда огонь привлечет тварь, в дело вступят твои товарищи…

– Скверное дело ты задумал, хёвдинг, делая из моего побратима приманку! – не выдержал Крум. – Или ты знаешь то, чего не знаем мы. Как выглядит эта хафгуфа? Насколько велика? Каковы ее повадки?

– Весьма велика, – невозмутимо ответил Ульвар. – Ее порой называют морским вепрем. Представь, финн, огромного вепря с плавниками, клыками, чешуей… Что, никогда на вепрей не охотился?

– Мы пойдем вместе! – выступил вперед Дарри.

– Утопленник пойдет один, – отрезал Ульвар. – Хочу испытать его удачу. А также поглядеть, на что хилый сын ярла способен в бою… То, что он не слишком умен, я понял еще в Ярене. Держать в руках власть над фьордом и выбросить ее, как разбитый горшок!

– Арнгрим давно не был в море, – проговорил Крум, чувствуя подступающее отчаяние. – Он изнурен долгой болезнью…

– Мы не можем ждать, пока он окрепнет, – холодно ответил Красный Волк. – Среди йомсвикингов нет места слабакам. Если победит морского зверя – докажет, что достоин ходить на моем корабле. А если нет – я жалеть не буду…

– Уж не собрался ли ты скормить моего побратима этой вонючей морской свинье?! – наконец сообразил Дарри.

– Именно так, братец, – прошипел Крум, сверля Ульвара взглядом. – Арнгрима предназначили в жертву, чтобы безопасно пройти мимо этих скал. За тем и позвали.

– Он сам сказал, что не тонет! – хохотнул Красный Волк. – А вдруг он еще и несъедобен?

За его спиной раздался смех йомсов, предвкушавших славное развлечение. Арнгрим же слушал этот разговор так спокойно, словно речь шла не о нем.

– Я заскучал, слушая ваши препирательства, – проговорил он наконец. – Пойду-ка на берег, разведу костер!

Его слова вызвали новый взрыв хохота. Впрочем, многие из йомсвикингов глядели на него уже без былого презрения. Человек, на краю гибели отпускающий шутки, заслуживает уважения!

– Что ж, ты, по крайней мере, смел, – сказал Ульвар. – Морские боги не дали тебе умереть в Ярене… Кто знает, вдруг они помогут тебе еще раз?

Дарри шагнул вперед, стискивая кулаки. Арнгрим успокаивающе положил руку ему на плечо и сказал, глядя в глаза Круму:

– Не вмешивайтесь, друзья! Я тоже хочу испытать свою удачу.

Викинги Ульвара, столпившись у борта, наблюдали, как Арнгрим, спрыгнув на берег, неторопливо поднимается на покатый замшелый холм. Вот он поднялся на пригорок, огляделся в поисках растопки… Вот принялся бродить, то и дело нагибаясь…

Братья Хальфинны следили за ним, затаив дыхание. Оружие из укладок им взять не позволили, оставив лишь ножи на поясе. За спиной у каждого брата маячила пара воинов, сторожа малейшее подозрительное движение.

Через некоторое время на вершине пригорка возникла куча обломков, выброшенных приливами. Арнгрим ударил кресалом, сноп искр посыпался на трут. Сыроватые дрова долго не хотели разгораться, но вот наконец в небо потянулась струйка дыма. Плавник разгорался, треща и разбрасывая огненные угольки. Вскоре в тумане ярким пятном заполыхал костер.

– Такого достаточно? – послышался голос Арнгрима. – Что теперь?

– Подкинь еще дров, маловат! – крикнул Ульвар, а воинам тихо сказал: – Держитесь крепче, йомсвикинги…

Заросший мхом берег, в который упирался нос драккара, вдруг дрогнул. Сперва слабо, потом сильнее…

– Гребите назад! – заорал Ульвар, хватаясь обеими руками за борт.

Могучий удар едва не перевернул корабль. Доски заскрипели, затрещали, но выдержали. Весла поднимались и опускались, унося йомсвикингов прочь от внезапно ожившего острова.

Замшелая скала начала вырастать из моря. У берегов забурлила вода. Арнгрим упал ничком, цепляясь за густой вереск. Остров тем временем увеличился в ширину едва ли не вдвое, а в длину – вчетверо. Рыбная вонь стала невыносимой, на корабль налетела волна жаркого смрадного воздуха. Раздался странный, подобный звуку сходящего ледника то ли визг, то ли рев. А потом остров, ломая выступающие над водой скалы, устремился от берега прочь – в открытое море, – и вскоре туман окончательно его поглотил.

Несколько мгновений на «Красном Волке» царила ошеломленная тишина. А потом йомсвикинги принялись хохотать как бешеные.

Дарри внезапно кинулся на Ульвара, собираясь схватить его за горло. Но хёвдинг явно ждал этого и встречным ударом сшиб Дарри на палубу. Через миг там же оказался и Крум. Обоих прижали к сырым доскам, а потом крепко связали по рукам и ногам.

– Это был лингбак! – прохрипел Крум, бессильно дергаясь в путах. – Вересковая Спина!