Первой работу нашла Наталья. Она устроилась помощником дизайнера в модный дом. Вся слава блестящих новых коллекций доставалась дизайнеру, Наталья оставалась в тени и была этим вполне довольна. Дизайнер не скупилась, понимая, что другого такого помощника, который будет делать за неё почти всю работу и не требовать своей доли лавров, ей не найти.

Потом устроился водителем грузовика Николай — из всех его умений востребованным оказалось только умение водить любую технику. Они сняли уютную квартирку, где было достаточно места для них и для ребёнка, который скоро должен был родиться. Теперь у них было всё, что им нужно.

А потом них родилась дочь. Лиза. Самый милый ребёнок, о каком только можно было мечтать.

Вот только характер у неё оказался в родителей — решительный и упрямый.

— Я буду пилотом меха, — заявила эта кнопка, когда ей было всего пять.

Кто в этом возрасте не мечтает походить на героев голофильмов про крутых и отважных рыцарей в мобильных доспехах?

— Перерастёт, — решили родители.

Но Лиза не переросла.

В школе был тренажёрный зал с капсулами виртуальной реальности, и туда она убегала буквально в каждую свободную минуту. Что ещё хуже — у неё отлично получалось. И это очень беспокоило её родителей. Их ребёнок решил стать солдатом!

К тому же это было невероятно дорого — на мобильный доспех им бы не удалось скопить даже к старости. Всё, что они могли для неё сделать — это купить ей старую капсулу вирт-реальности, чтобы дочь могла заниматься дома.

— Не делаем ли мы ошибку? — спросил Николай, когда мастер закончил отладку и настройку капсулы и подключил её к сети, а счастливая Лиза исчезла в её недрах. — Мы сами поддерживаем то, что не одобряем…

— Она всё равно не вылезает из капсулы в школе, когда у неё есть свободное время, — вздохнула Наталья. — Так, по крайней мере, она будет заниматься этим дома, и мы сможем контролировать её увлечение. А там, может быть, оно всё-таки пройдёт?

Но увлечение оказалось настоящей страстью и отказалось проходить. Так что они вздохнули с облегчением, когда Лиза не прошла отбор в Академию. Им было жаль видеть дочь такой обиженной, потерянной, обманутой в своих надеждах, но она по крайней мере останется с ними. И вдруг она примчалась сияющая, счастливая, и сообщила, что в Академии освободилось место, и её берут, и у неё теперь есть спонсор, который уже выслал на станцию для неё «Палача»…

Вся их жизнь была сосредоточена на дочери, и когда Лиза улетела, дом опустел. Теперь только письма могли рассказать им о её новой жизни, и каждое они встречали радостью и волнением: как у неё дела? Лиза радовала их успехами в учёбе, ростом рейтинга, но и волновала тоже.

— Не нравится мне, что она общается с этим принцем, — вздыхал отец. — Что, если он обидит нашу птаху?

— Тогда ему придётся иметь дело с нами, — грозно отвечала мать.

И это тоже были не пустые слова: чтобы защитить дочь, Наталья дошла бы и до короля Родриго. Но очередное письмо поведало, что с испанского принца дочь переключилась на индийского раджу, и родители совсем перестали понимать, что там у неё происходит.

«Камал очень милый, но его свита всё время танцует, это иногда ужасно раздражает», — писала Лиза. И тут же непоследовательно добавила, что Камал учит её индийским танцам. И у неё неплохо получается.

Затем последовал перевод на крупную сумму. Очень крупную. Пришлось звонить и выяснять, откуда взялись деньги.

— Выиграла на ставках, — ответила Лиза. — И мне тут работу обещали, я думаю согласиться. Так что буду время от времени переводить, мне здесь не нужно столько денег…

Деньги родители оставили, но тратить не стали. Отложили на будущее своей полной сюрпризов дочери.

Потом была победа в прохождении задачи Коба-Яши-Мару, наполнившая их сердца родительской гордостью.

И вдруг — звонок.

— Папа, мама, вы только не волнуйтесь, — зачастила Лиза.

Наталья подумала, что зря не рассказывала дочери о предохранении, и потянулась за успокоительным.

— У меня тут братик появился, и он очень хочет с вами познакомиться! За вами скоро приедут, вы приезжайте пожалуйста, он вас очень ждёт!

Разговор прервался. Родители переглянулись.

— Ты что-нибудь понимаешь? — спросил Николай у жены. — Какой-то братик…

— Может, кто-то из родственников? — предположила Наталья. — Но если за нами приедут… Надо собираться. И если там кто-то из моей или твоей родни, нам нужно выглядеть соответственно.

За ними действительно скоро приехали. Кортеж с охраной, словно для вип-персон, наделал переполоху в их тихом квартале. Роскошь, о которой они давно забыли, была во всём — в моделях люксовых машин, в костюмах охраны и сопровождения.

— Вы родители сестры господина, — сказал один из сопровождающих, когда Николай и Наталья вышли к ним. — Не сочтите за грубость, но вам желательно соответствовать, чтобы госпоже Елизавете не пришлось за вас краснеть…

Как ни неприятно это было сознавать, но он был прав — даже водитель выглядел одетым более роскошно, чем чета Романовых.

— Так, — хлопнула в ладони Наталья Толстая, собравшись. — Тогда нам сперва нужно кое-куда заехать…

Их сбережений хватило, чтобы одеться действительно достойно и соответствовать уровню присланного за ними кортежа. Их долго везли куда-то.

Пока не высадили под перекрёстные взгляды давно потерянной родни.

Для встречи-примирения было выбрано необычное место: берег небольшого озера, заросший высокими соснами. Просторная беседка со скамейками вдоль всех стен, увитая диким виноградом, была достаточно велика, чтобы вместить всех собравшихся. У одной стены собрались Романовы, у противоположной — Толстые, а посередине Николай и Наталья увидели свою дочь, висящую на руке рослого, гармонично сложенного юноши, совершенно не похожего ни на испанского принца, ни на индийского раджу. Рядом с ними стояла невероятной красоты девушка с длинными серебристо-белыми волосами и рубиновыми глазами.

— Не знаю, кто этот парень, но девушка с ним рядом — Снежана Медведева, — негромко обронил Николай, под руку вводя жену в беседку.

Родственники расступились, пропуская их к центру строения, и продолжили буравить друг друга яростными взглядами, немалая часть которых досталась и новоприбывшим. Но стоило Романовым или Толстым взглянуть на группу в центре, и их взгляды словно гасли, как гаснет пламя, встречаясь с холодной водой. Причём Романовы смотрели на Лизу и её спутников куда более дружелюбно, чем Толстые — у тех во взглядах читался откровенный страх. На Наталью и Николая Толстые смотрели с нескрываемой неприязнью: если бы те явились бедными просителями, возможно, к ним отнеслись бы с некоторым участием, но они прибыли одетыми с явной роскошью, значит, после побега не бедствовали, жили в своё удовольствие, и это было прямым вызовом их родственникам.

— Папа! Мама! — радостно защебетала Лиза, кидаясь к родителям. — Я так соскучилась! Знакомьтесь, это мой братик Юлий, это его невеста — Снежана, а это…

— Мы знаем их всех, — Николай ласково приобнял дочь за плечи, подтолкнул к матери. — Кроме твоего брата… Николай, — он протянул руку Юлию, и тот уверенно пожал её, поклонился Снежане и повернулся к жене: — Моя супруга Наталья.

— Очень приятно. Юлий Рюрик, — назвал себя парень.

— Кто⁈ — Николай подумал, что ослышался, или парень пошутил так неудачно, но все присутствующие отнеслись к услышанному серьёзно.

— Настоящий Рюрик, представляешь, пап! — затараторила Лиза. — Он летел на «Ковчеге», а тот потерпел катастрофу, и колонисты пролежали в стазисе сотни лет…

— А теперь разморозили на наши головы… — проворчал старик Толстой. — И заставляют якшаться с этими Романовыми…

— Вы знаете, где мы находимся? — ровным голосом спросил Юлий.

Собравшиеся недоумённо переглянулись и пожали плечами.

— Озеро какое-то, — сказал наконец кто-то из Романовых.

— Именно здесь, на этом месте, сотни лет назад была совершена попытка примирить два ваших рода, — сказал Юлий. — Она закончилась убийством моего старшего брата Антона. Теперь то же самое для вас намерен сделать я.