Я был вынужден признать правоту собеседника.

И вернулся к Снежке, которая нетерпеливо ждала меня в кухне.

Судя по взглядам всех свидетелей моего исчезновения, они ожидали, что появлюсь я так же, как пропал — просто возникну из ниоткуда. Но я их разочаровал, сбежав по лестнице и войдя в двери. У Екатерины явно было ко мне множество вопросов, но она помалкивала.

— Дорогая, я всё могу объяснить, — начал я, — но не здесь и не сейчас. Давай вернёмся в номер.

Снежка фыркнула, задрала носик, но согласилась, что место и время не очень подходящие. Да и внешний вид у меня оставлял желать лучшего.

— Надо вызвать такси, — Екатерина потянулась за смартом, вспомнила, что сейчас творится на улицах, которые зачищают военные, и приуныла. Но тут же решительно заявила: — Пешком я вас не отпущу!

— Мой племянник может вас отвезти, — предложил было хозяин кафе.

— Военные остановят, — возразил я.

— Что же делать? — все воззрились на меня с этим вопросом.

— Вызывать военный конвой, — отозвался я. И вызвал Люциуса.

Вопрос с конвоем он решил очень быстро. Уже через пять минут рядом с кафе завис «Шершень» в камуфляжной расцветке, а в дверях появился подтянутый и очень серьёзный офицер.

— Госпожа Медведева? — спросил он.

Снежка поднялась.

— Это я.

— Прошу вас в машину, мы доставим вас в гостиницу.

— Мой жених поедет со мной, — решительно заявила Снежка.

Офицер взглянул на меня.

— Господин Марс, вам нужна медицинская помощь…

— Это не моя кровь, — я встал рядом со Снежкой. — Поехали.

Наше появление в отеле произвело настоящий фурор. Доставленные на военной машине, мы со Снежкой являли поразительный контраст: она в красивом платьице, с безупречной причёской, и я, с головы до ног заляпанный чужой кровью. Только выучка, по-моему, помешала портье упасть в обморок при виде меня. Отказавшись от медицинской помощи, мы прошли в номер. Внутри «Гнезда филина» текла обычная размеренная жизнь, только балконы с цветами оказались закрыты бронированными щитами, с внутренней стороны представляющими собой голоэкраны. Так что обитатели гостиницы видели обычную панораму города, далёкую от реальности.

С высоты я успел оценить масштаб катастрофы, постигшей Нови-Сад. Кое-где чернели выбитые взрывами окна, местами поднимался дым от пожаров, по улицам передвигались только группы военных… Даже река опустела, куда-то исчезли все прогулочные катера и лодки.

Одежду пришлось отправить в утилизатор, восстановлению она не подлежала. К счастью, у меня было при себе достаточно смен одежды, чтобы не ломать голову, во что одеться в городе, оказавшемся на военном положении. Смывая с себя кровь в душевой, я слушал через гарнитуру сводки Департамента.

Каким-то чудом удалось избежать жертв среди гражданских, хотя раненых осколками стекла и гранат хватало. Им оказывали помощь. Сопротивление уже было подавлено, шла зачистка систем городского коллектора, несколько групп наёмников пытались там укрыться от военных. Убитых и раненых боевиков вывозили спецкоманды, бригады дорожников приступили к ремонту повреждённого уличного покрытия. Для вывоза подбитых мехов был вызван летающий кран.

Уже на следующий день жизнь в курортном городке должна была войти в прежнюю колею, но отдых множества туристов был непоправимо испорчен страхом, когда мирный городок превратился в поле боевых действий. Хотя с другой стороны — для любителей экстрима это будет райское место на ближайший сезон. Ходить по улицам, на которых ещё видны следы взрывов и пожаров, слушать рассказы местных очевидцев…

Нови-Сад не пропадёт.

— Итак? — встретила меня Снежка, когда я вышел из душевой в махровом халате на голое тело.

Судя по горящему взгляду, её терпение уже было на пределе, и лучше не испытывать его на прочность.

— Ладно, — я уселся на кровать, притянул к себе невесту, усадил её на колени и обнял. Запоздалое осознание, что я мог сегодня её потерять, а Солнечная система уже катилась бы к этому времени в горнило новой войны, ещё не отпустило меня, и мне хотелось лишний раз ощутить её — живую, сердитую от долгого ожидания, любопытную…

— Помнишь, я рассказывал, что случилось с нашим «Ковчегом»? — спросил я. — Когда мне пришлось сотни лет провести в криостазисе…

— Помню, — кивнула девушка.

— Я не сказал, что послужило причиной катастрофы, — я с наслаждением уткнулся носом в её волосы. — Дело в том, что «Ковчег» столкнулся с инопланетным кораблём.

На меня уставились недоверчивые рубиновые глаза.

— Ты не шутишь? — спросила Снежка.

Я помотал головой.

— Столкновение перемешало два экипажа, — сказал я. — Ксеносы слились с нами, людьми, в единое целое. И это была настоящая катастрофа для выживших. Кто-то сошёл с ума, кто-то превратился в чудовище в человеческом обличии… А кто-то смог установить симбиотические отношения. У таких людей появились особенные возможности. Ты уже видела одну такую группу…

— Сёстры Салем, — тут же сообразила Снежка. — Вот откуда у них такие способности… Они объединяют людей в сеть, управляют ими как одним целым. А у тебя какая особенность, кроме того, что ты умеешь появляться и исчезать?

— Я не исчезаю, я просто так быстро двигаюсь, — отозвался я. — Ещё у меня есть возможность мгновенно покрыться бронёй, если мне угрожает опасность, и так уж вышло, что мне достался ксенос-командир, так что я могу отдавать остальным приказы.

— А кто такой АЛ? — последовал новый вопрос.

— Это тоже я, — честно ответил я. — Связанная со мной копия личности, заключённая в мобильном доспехе.

— И получается, что твой недостаток — цифровое бессмертие? — уточнила Снежка.

Я покачал головой.

Я не был бессмертен. АЛ был симбиотической стороной моей личности, способом не сойти с ума от осознания того факта, что я больше не человек, а огромная куча нано-пришельцев, способная собраться в мобильный доспех.

— Я бы не стал это так называть, но другого определения у меня тоже нет… А теперь, когда ты знаешь, кто я такой и что я такое, у меня к тебе вопрос…

— Почему я не убегаю с криками «мой жених рептилоид»? — пошутила Снежана.

— Почти, — я улыбнулся и заглянул в рубиновые глаза. — Ты выйдешь за меня?

Она смутилась, и в её взгляде я прочитал растерянность и недоумение. И ещё много чего.

— Мы и так уже считаемся женихом и невестой, и даже целовались, и ходили на свидания, и я уже готова была пойти дальше, раздевшись перед тобой… То есть ответ я уже как бы дала, — начала она. — Но я до сих пор не представляю, как отреагирует отец… А его мнение пусть и не решающее, но тоже весьма влиятельное… С другой стороны, ты не абы кто, а Рюрик, это тоже может на него повлиять…

— А ещё я носитель странного, непонятного и страшного пришельца, — напомнил я.

— Но ты всегда рядом, и с тобой спокойно и безопасно, и я могу чувствовать себя обычной девушкой, — возразила Снежка. — Ты ни разу не напомнил мне, что я — Медведева, ты всегда говоришь только о моей внешности, личности, талантах… А «РосТех» — это так, приятное дополнение и не больше. Это сложно назвать влюблённостью и тем более страстью, и наша семейная жизнь будет тем ещё сюрреализмом, но… Да, я согласна.

— Есть ещё кое-что, — мягко сказал я. — Влияние симбионтов на генетический код потомства не изучено… Есть различные примеры, и я не знаю, как с этим будет обстоять у нас. Но с наследниками Медведевых и Рюриков может оказаться всё сложно… Там, в офисе White Case я спросил управляющего о хранилище Бета-181. Там хранится мой генетический материал. Чистый генетический материал, — уточнил я. — Можно, конечно, по старинке… А можно и через него, так по крайней мере будет гарантия, что наши дети будут людьми.

— Дорогой, — прервала мои объяснения Снежана.

— Да? — спросил я.

— Давай об этом мы подумаем как-нибудь в другой раз, — предложила она. — Я слишком долго ждала этого момента… Поцелуй меня.

И на этот раз ей не пришлось остаться разочарованной.