Ничего, мне не привыкать. Иногда это даже интереснее.

— Здравствуйте, Антонина Павловна, — я улыбнулся ей. — Я ваш лечащий лекарь, Илья Разумовский. Рассказывайте, что вас беспокоит?

Она начала свой рассказ. Жалобы были типичными для желчнокаменной болезни. Периодические, довольно сильные боли в правом подреберье, особенно после жирной или жареной пищи. Тошнота, иногда доходящая до рвоты, не приносящей облегчения. Горечь во рту по утрам. Общая слабость, быстрая утомляемость.

Я внимательно слушал, задавал уточняющие вопросы. Выяснилось, что подобные приступы беспокоят ее уже несколько лет, но в последнее время они стали чаще и интенсивнее. А еще она вспомнила, что пару раз, несколько месяцев назад, у нее была какая-то странная «желтушность» кожи и склер, которая потом сама прошла.

Она тогда не придала этому особого значения, списав на «что-то с печенью». Ага, вот это уже интересно. Похоже на эпизоды механической желтухи.

Закончив расспрос, я приступил к осмотру. Кожные покровы обычной окраски, склеры чистые. Язык обложен беловатым налетом. Живот при пальпации мягкий, но в правом подреберье, в точке проекции желчного пузыря, отмечается выраженная болезненность.

Я проверил «пузырные» симптомы. Симптом Мерфи — положительный: при глубоком вдохе во время пальпации правого подреберья боль резко усиливалась. Симптом Ортнера — тоже положительный: легкое поколачивание по правой реберной дуге вызывало болезненные ощущения. Симптом Кера — аналогично.

В общем, классическая картина хронического калькулезного холецистита с высокой вероятностью наличия камней не только в пузыре, но и в желчных протоках.

— Антонина Павловна, — я закончил осмотр и посмотрел на нее. — У меня есть подозрение, что у вас желчнокаменная болезнь. И, возможно, камни есть не только в желчном пузыре, но и в протоках. Скажите, а почему вы раньше не обращались к лекарям с этой проблемой? Ведь боли, как я понимаю, беспокоят вас уже давно.

Она как-то виновато улыбнулась.

— Да все как-то некогда было, господин лекарь. То одно, то другое. А когда прихватывало, я к знахарю нашему местному ходила, деду Михею. Он мне травки давал, отвары… Вроде легчало немного. А тут уж совсем невмоготу стало, вот дочка и заставила в больницу лечь.

Я только покачал головой. Ох уж эти знахари! Сколько же они жизней загубили своими «травками» да «заговорами»!

— Понятно, Антонина Павловна, — я постарался, чтобы мой голос звучал как можно мягче. — Значит так. Чтобы подтвердить мой предварительный диагноз, вам обязательно нужно будет сделать ультразвуковое исследование органов брюшной полости. И, возможно, некоторые другие анализы. А потом уже будем решать, что делать дальше. Скорее всего, потребуется плановая операция.

Она испуганно посмотрела на меня, но кивнула.

Я вышел из палаты, задумчиво потирая подбородок. Диагноз, в принципе, был ясен. Но вот как его подтвердить без «Сонара» и без Фырка? С Фырком, конечно, было бы гораздо проще.

Он бы мне за пару секунд всю картину «нарисовал» — и камни в пузыре, и их количество, и размер, и состояние протоков… А так придется полагаться только на УЗИ и другие инструментальные методы. Жаль, что этого пушистого засранца сейчас нет рядом. С ним было как-то надежнее, что ли.

Оставив Захарову Антонину Павловну, я направился на сестринский пост. Нужно было организовать УЗИ, да и анализы крови ей не помешали бы — общий, биохимия, коагулограмма. Стандартный набор для пациентки с подозрением на желчнокаменную болезнь.

На посту, как всегда, сияла своей голливудской улыбкой Кристина Волкова. Увидев меня, она тут же расцвела еще больше, если это вообще было возможно.

— О, Илюша, какие люди! — проворковала она, кокетливо поправляя и так идеально уложенный светлый локон. — Привет! Как дела? Давно не виделись!

— И тебе привет, Кристина! — я постарался улыбнуться ей как можно более дружелюбно, но без излишнего энтузиазма. После ночи с Вероникой флиртовать с другими девушками как-то не очень хотелось, даже с такими сногсшибательными, как эта Волкова. — Да, денек вчера выдался тот еще. Нормально всё, в принципе. Был немного занят общением с инквизиторами из Гильдии.

— Ой, да я слышала! — Кристина сочувственно покачала головой, но в ее глазах плясали любопытные огоньки. — Ужас какой! Говорят, тебя там чуть ли не в государственной измене обвиняли! А за что, если не секрет?

— Да так, из-за одного мальчика, которого я, по их мнению, слишком уж рьяно лечил, — я усмехнулся. — Говорят, я его специально в больницу уложил, чтобы потом героически вылечить и прославиться. Вот ведь какой я нехороший человек, редиска.

— Вот ты даешь! — Кристина рассмеялась. — Не успел к нам в отделение поступить, а уже из-за мальчиков страдаешь! Прямо сердцеед какой-то!

— Да это еще на скорой было, — отмахнулся я. — Тот самый случай с Сенькой Ветровым, о котором ты, наверное, уже слышала. Вся больница тогда на ушах стояла.

— А, Ветров! — она понимающе кивнула. — Ну да, тот случай действительно наделал много шума. Но, говорят, ты там был просто на высоте! Ладно, не будем о грустном. Чем могу помочь нашему герою-диагносту?

— Мне бы для пациентки Захаровой из пятьсот третьей палаты УЗИ органов брюшной полости организовать, — сказал я. — И анализы крови взять — общий, биохимию с печеночными пробами, билирубин, амилазу, ну и коагулограмму на всякий случай. Подозрение на желчнокаменную болезнь, возможно, с закупоркой.

Кристина сочувственно вздохнула и развела руками.

— Ох, Илья, боюсь, с УЗИ сегодня будет туго. У нас сейчас полный аврал, плановых пациентов — тьма-тьмущая, да еще и экстренные постоянно поступают. Очередь на УЗИ расписана до завтрашнего обеда, если не дольше. А анализы… Ну, кровь-то процедурная медсестра возьмет, конечно, но результаты будут готовы не раньше, чем через час, а то и два. Лаборатория тоже зашивается.

Я легонько стукнул кулаком по стойке.

Черт! А мне нужно было как можно скорее подтвердить диагноз и определиться с тактикой. Особенно если там действительно камни в протоках, это могло потребовать более срочного вмешательства.

— Мне бы побыстрее, Кристина, — я посмотрел на нее умоляющим взглядом. — Пациентка пожилая, с сопутствующим диабетом. Не хотелось бы упустить время.

Кристина хитро улыбнулась и как-то по-особенному на меня посмотрела.

— Ну, с анализами я, может, и смогу тебе помочь, — проворковала она, понизив голос до заговорщицкого шепота. — У меня там в лаборатории знакомая девочка работает. Могу сама у Захаровой кровь взять, отнести ей, она сделает все по-быстрому, вне очереди. Но… — она сделала многозначительную паузу и снова сверкнула на меня своими голубыми глазищами, — … ты же понимаешь, Илья, услуга за услугу.

Я прекрасно понимал, на что она намекает. Эта хитрая бестия явно решила воспользоваться ситуацией.

— А вот с УЗИ, извини, помочь не смогу, — продолжала она тем же сладким голоском. — Я в этом деле не специалист, да и аппарат у нас в кабинете УЗИ всего один, и он занят. Но… — она снова сделала паузу, — … у нас в процедурном кабинете есть старенький портативный УЗИ-аппарат. Им почти никто не пользуется. Но если ты сам умеешь на нем работать, может, тебе и его хватит для предварительной диагностики?

Я задумался. Предложение было заманчивым.

Конечно, портативный аппарат — это не стационарный экспертного класса, но для того, чтобы увидеть камни в желчном пузыре и оценить состояние протоков, его вполне могло хватить.

А уж с «услугой» для Кристины что-нибудь придумаю. Не впервой.

— Ладно, Кристина, договорились, — я постарался, чтобы мой голос звучал как можно более деловито. — Ты занимаешься анализами, а я пока попробую разобраться с УЗИ. Спасибо за помощь.

— Всегда пожалуйста, Илюша! — она расплылась в такой довольной и какой-то даже хищной улыбке, что у меня мурашки по спине пробежали. — Обращайся, если что!

Я кивнул и поспешил ретироваться, пока она еще что-нибудь не придумала.