Так же вальяжно покинули площадь и спустились к причалу, Небольшое парусно-гребное судёнышко Виталия с шестью членами экипажа, отчалило, а сам Калига скрылся в каюте. Ныряю следом…

— Я не звал! — свирепый взгляд на меня. Жестом приказываю заткнуться, отчего у нанимателя делается совершенно озверелый взгляд. Не обращая ни на что внимания, снимаю Следилки.

' — Ори на меня!' — беззвучно, тщательно выговаривая слова в лицо Калиге. Лицо у того искажается, орёт знатно…

— Всё! Снял, — деловито сообщаю несколько минут спустя, стараясь позабыть о словах, которыми меня только что полоскали.

— Что… Следилки? — мрачно поинтересовался Калига, скрестив руки на груди.

— Они, — усмехнулся я, — теперь вроде как ты их «сломал» своей истерикой.

Калига мрачно смотрит на меня…

— Уверен?

Пожимаю плечами…

— Что такое интриги у эльфов, объяснять надо? Серьёзных гадостей по человеческим меркам мы друг другу не делаем, но это именно по человеческим. А так… право стоять во время церемонии Разжигания чуть ближе к Огню — уже честь немалая. И такого… много, и нельзя сказать, что это всё мишура, но впрочем, ты и сам понимаешь. Так что все эти Следилки — с детства.

— Но в Канцелярии… — потерянного говорит он и встряхивает головой, — это просто немыслимо!

— Сегодня познакомился с неким Порфирием Ступой, клиентом патриция Кальпурния. — перебиваю я, — и судя по всему, он сам или его патрон, заинтересованы в беседе. А со мной или с Виталием Калигой, это неведомо.

Челюсть нанимателя захлопывается с отчётливым стуком, передо мной снова хищник. Тут же очень подробно передаю наш разговор с Порфирием, мимику, жесты, интонации. Потом — окружающих людей и парочку нелюдей, их приметы, кто где стоял.

— Интересно, — наниматель трёт подбородок, — я бы даже сказал — очень интересно.

Привстав, он открывает небольшой шкафчик и достаёт кувшин и два изящных бокала. Не спрашивая, хочу или нет — наливает. Машинально проверив на яды и плетения, пью — сейчас не тот случай, чтобы демонстрировать свою независимость. Этим жестом Калига как бы приглашает принять участие в интриге, и я принимаю приглашение.

— Всего рассказать не могу, — извиняющим тоном произносит он, — я только часть… мозаики. Скажу лишь, что Кальпурний — тот ещё интриган и дело обещает быть интересным в любом случае. Если выгорит, прибыли, и не только в деньгах, но в политическом влиянии, будет очень, очень много — у него всегда так. Если же нет… Кальпурний точно выкрутится, я наверное тоже, а вот тебе придётся бежать.

Поднимаю слегка бровь — дескать, подробней на этом. Виталий хмыкает иронически и… сбрасывает Маску.

— Твой образ провинциала с самого начала был несколько чрезмерен. Тот же оруженосец-деревенщина — перебор немного, настоящий провинциальный аристократ взял бы кого порасторопней, а не этого недотёпу. Потом приоткрылся немного… но я же вижу, что ты не просто крупная «рыба», а скорее — «акула», пусть и не самая большая. Сколько в Византии пробудешь? Нет, не отвечай… выполнишь Дело? Нужны связи, чтобы его выполнить, потому и ко мне пошёл. Ну и мне нужны твои способности для некоторых дел. Долгосрочный контракт не для тебе, это сразу было видно.

Улыбаюсь слегка и киваю — как равному. Калига тоже кивает — как равному.

Вечером с Васькой разбираем произошедшее до мельчайших подробностей. Напарник-начальник задумчив.

— Мне этот Калига опаску внушает, — сообщает он тихо и прикусывает губу, надолго замолчав. Открытые глаза невидяще уставились в стену, в левой руке меж пальцев перетекает небольшой нож — так, что в Реальном Мире любой фокусник позавидовал бы, в цирке показывать можно. Жду, так же молча сидя напротив Васьки на ковре.

— То, что представители преступного мира сотрудничают со спецслужбами, это не новость, — задумчиво сообщил он минут через двадцать, — Но сдаётся мне, что наш наниматель представляет скорее спецслужбы, с тщательно законспирированным агентом в преступной среде.

Видя, что я не понимаю, откуда такие выводы, поясняет:

— Реакция на разные события. Он прямо-таки «родной», как будто из Конторы — видно, что обучение прошёл. Не просто натаскали частные учителя, а именно Школа, да многолетняя — сперва в казарме, потом в «Поле». Потом да, долго варился в преступной среде, нахватался нужных ухваток, реакции те самые, правильные, но база у него — от серьёзной Конторы. Очень серьёзной.

— Уверен? — насторожился я.

— Нет, — неожиданно ответил Васька, — не уверен. Были бы на Земле, точно бы сказал, может быть даже понял, где именно его учили, на кого, и откуда именно его взяли взяли в спецслужбы. А здесь, кто знает — может, у преступников тут целые Гильдии, причём межгосударственные⁉ Или из секты какой, они и на Земле порой очень мощно… Так что ручаться не могу. Но что не просто «Дон», это однозначно — за ним Организация стоит, и очень мощная.

— Организация… — в голове проносятся мысли — слышал я кое-что, но очень невнятное, — точно не простой «Дон», но и не факт, что из государственной Конторы?

Васька кивает, насторожившись. У меня нет привычки повторять его, да и чьи бы то ни было рассуждения, а значит…

— Порой попадалась информация о неких «Настоящих» Орденах, — медленно протянул я, — Дескать — есть люди и нелюди, которые занимаются чем-то глобальным. Не возвеличиванием нового бога или распространением экономического влияния на какой-то регион, а чем-то серьёзным. Полноценной идеологией.

— О как, — бесцветным голосом сказал Васька, — а раньше-то что молчал?

— Докладывал всё, как и положено, — вздыхаю, — Что, снова не в курсе?

Звонко сломалось лезвие ножа.

— Значит, всё намного серьёзней, — пробормотал напарник, не обращая внимание на порезанную ладонь, — если до такой степени. Но кто? Или «вроде как» доложили по инстанции, просто немного перевернув информацию? Могли… Да, скорее всего. Есть у нас… любители аппаратных игр в свою пользу, я бы даже сказал — чересчур есть… Так, давай подробней об этом.

— Подробней сложно, это всё вскользь было, наполовину на ощущениях, эмоциях и мимике, — кривовато усмехаюсь я, почему-то чувствуя себя неловко.

— Давай хоть так, — вздыхает он.

Прикрываю глаза, начиная вспоминать те самые моменты. Василий слушает, не перебивая, потом начинает задавать вопросы. Много вопросов…

— Всё, хватит, — подытоживает он пару часов спустя, — это нужно обдумать. А ещё… прикроешь меня, в город нужно.

— Да ты же его вроде как не знаешь⁈ — удивился я.

— Да? — напарник откровенно скалится, — ну даже если ты так считаешь… тем лучше. Знаю. Не так хорошо, как хотелось бы, но много лучше некоторых аборигенов, хотя увы, пока только в теории. Сейчас ничего объяснять не буду, некогда. Вкратце — времени не теряю, успеваю не только учиться, но и знакомства заводить.

— Ясно, — мне действительно всё понятно, Васькино умение сходиться с людьми уникально. В сочетании с интеллектом… а я признаю, что друг заметно умней меня, чего уж там. Сам не дурак, далеко не дурак, но Васька легко вошёл бы в Менса, да и социальный интеллект у него зашкаливает. Добавить сюда обучение в Конторе и специфическую работу, и вот он — тот самый волчара, о которых любят писать авторы триллеров.

— Хотя не надо прикрывать, — сообщает напарник после короткого раздумья, — если что — я в «блядоход» пошёл.

— Помочь выйти? — поинтересовался я, — Могу тихо провести, могу со скандалом и обещанием кастрировать.

— Нет, — ухмыляется зверлинг, — я вроде как в «самоход». Ты знаешь об этом, но «закрыл глаза».

— Ясно, — усмехаюсь, отодвигая в сторону, нужны ли эти представления, если Калига всё равно знает, что мы не те, за кого себя выдаём. Ваське, то бишь Джеймсу, виднее, — Двигай давай, я в библиотеку.

Остановившись, тоской гляжу в окно, разглядывая высокий забор, подсвещённый тусклыми фонарями. На улице уже стемнело, но спать неохота. В отряде научили техникам «быстрого сна», так что больше двух часов в сутки не требуется, причём урывками. Тренироваться тоже не получается толком — в тренажёрном зале, да и везде по дому и по двору, сигнализация стоит. Так-то двигаться можно, но слишком резкие движения, магия или вытащенное из ножен оружие (ножи оружием не считаются) поднимают стражу.