Я вскинулся было, но Васька быстро перебил меня:

— Лёша, ну не дури! Ты себя с кем сравниваешь⁈ С гладиаторами Арены и игроками со средней температурой по больнице? Уж прости за мой французский, но до элиты ты сильно не дотягиваешь! До настоящей элиты, и я не только об уровнях говорю, но и о нормальной прокачке, заточенной именно на войну, а не на поединки! Лёша, ну пойми ты, это не только моё мнение! У тебя до фига всего проседает, а некоторые твои навыки будут только мешать! Мешать, Лёша, понимаешь? А с учётом твоего… м-м, пубертата, получается так, что на тебя, как на серьёзную боевую единицу, рассчитывать нельзя!

— Ага, пошёл я на… — не договорив, скрещиваю руки на груди, всерьёз обидевшись на друга.

— Лёш… — он вздохнул и сделал движение, будто поправляя очки, смазав его в последний момент, — ну чего ты? Всё правда! Ты думаешь, мы бы в нормальной ситуации отказались бы от бойца? Ладно уровень и прокачка кривая… но эльфийский подросток с неустоявшейся психикой в серьёзных боевых операциях? Да меня штабные с говном съедят, и будут правы!

— Правы, — с нажимом повторил он, — Ещё раз — прокачка у тебя кривая, но это, в общем, и не главное. Ты не командный игрок, понимаешь? Помнишь, что такое боевое слаживание в подразделении? Это не окопное мясо на три штыковых, а спецподразделения, где люди месяцами притираются! В реальном бою ты — смертник, понимаешь? Разведка боем, одноразка! А так, ты не понимаешь, что в бою тебя прикрывать придётся? При том, что ты будешь скорее мешать! Зачем, Лёша? Патриотизм взыграл, подвиг Александра Матросов покоя не даёт? Бронзовый бюст героя на Родине, посмертно?

— А вот в штабе ты сможешь сильно помочь, — видя, что я закипаю, быстро добавил Васька.

— Это как же? — ядовито поинтересовался я, всё ещё не отойдя от спича друга, — карандаши подносить или отвечать, какого цвета было бельё на Лауре в нашу третью встречу?

— Зря иронизируешь, — хмыкнул тот, — бельё и прочие мелочи помогли составить психологический портрет, а она всё-таки не последний человек в их иерархии.

— Но портрет уже составлен, знания из меня выкачали, теперь-то зачем я в штабе⁈ — парировал я, — И ладно, важные направления, слаживание… всё я понимаю! Неужели у вас нет заданий для одиночки, такого как я? На хрена мне в штабе яйца отсиживать?

У Васьки смешно дёрнулся пушистый хвост, но ответил он по прежнему терпеливо.

— Затем, чтобы ты был под рукой. Если вдруг понадобится какое-то уточнение — и вот он ты, даёшь его.

— Да какое уточнение может понадобиться⁈ — взвился я.

— Лёша, не беси меня… — тихо сказал Васька и прикрыл глаза, — не понимаешь нормальной аргументации, тогда слушай приказ. Ты остаёшься штабе, и сидишь здесь, накачанный зельями памяти. Не факт, что ты понадобишься штабным… Но ставки сейчас таковы, что любая мелочь может оказаться решающей. Вряд ли помощь от тебя будет очень весомой — пол процента максимум, а скорее всего, на порядок меньше. Но если с твоей помощью эти пол процента МОЖЕТ БЫТЬ появятся…

— Понял, Вась… — тоскливо вздохнул я, принимая аргументацию.

Я и правда всё понимаю, но проклятое эльфийское мышление берёт верх над знаниями и жизненным опытом. И… что-то ещё, на грани сознания… Прислушиваюсь, отмахиваясь от Васьки, знаком приказывая заткнуться.

— Вась, мне тут не нравится, — серьёзно сказал я другу, — не знаю, что и как… Но интуиция прямо-таки приказывает мне валить отсюда на хрен! Настолько стрёмное ощущение, что битва в первых рядах кажется безопасной.

— Оп-па… — насторожился тот, — А вот здесь поподробней…

Вкратце обрисовываю ему своё «опаладинивание» и последующий разговор с Дамой Судьбой. Васька в общих чертах в курсе, разумеется, отсчёты он читает, но вот детали, поданные в нужный момент, иногда решают.

— Ага, ага… — бормочет задумавшийся генерал, прижимая к черепу мохнатые уши, — это может быть… Любимов! Передай — работаем по форме три, распараллеливаем штаб! Срочно!

— Ты так серьёзно относишься к моим предчувствиям⁈ — удивился я.

— Что? Нет, но да! Это последняя соломинка… — отмахнулся ФСБшник и убежал. Хм… я теперь тоже ФСБшник, надо выяснить насчёт звания, полномочий, зарплаты…

Штаб раскидали по… даже не знаю, по какому количеству городов и крепостей. Не знает и Васька — такая тайна на случай захвата или менталистов-шпионов. Вроде как есть несколько десятков штабных подразделений, работающих в тесном контакте с помощью многочисленных экранов.

А есть ещё и дублирующие подразделения,и сколько таких дублей на самом деле, сам чёрт ногу сломит! И ещё вопрос — не во вред ли эти самые дубли? Громоздкая система получается, как по мне, не гибкая. Впрочем, не мне решать…

Громоздко, да… но наверное необходимо, ставка сейчас, если верить Ваське, ничуть не меньше, чем во время ВМВ — решается судьба даже не страны, а мира. Самое страшное, что на «раскачку» времени нет — нельзя отступать неделями, нельзя «тупить»…

Всё должно пройти очень жёстко, быстро и безошибочно, и это — хреново! Генералы у нас, как известно, всегда готовятся к прошедшей войне, а средний возраст командования я хотя и не знаю, но твёрдо уверен, что это люди заслуженные…

… даже слишком.

Собственно говоря, «пристрелочные» бои уже ведутся как в Реальном Мире, так и в Иггдрасиле, но пока это так… пограничные конфликты.

Ни одна из сторон не пошла дальше точечных сражений с использованием авиации и артиллерии. В океанах флоты всех государств кружатся по запутанным маршрутам, готовые начать битву тысячелетия…

Но пока все медлят. Не из человеколюбия и теоретической возможности «откатить» отношения назад — это уже, быть может, невозможно. Скорее — просто многочисленные разведки боем и попытки взять противников «на слабо».

— Газовый терминал в Литве взорвался! — доложил оператор по соседству, переключаясь на принимающего доклады хоббита с погонами подполковника и суровым выражением лица.

— Причины? — пискляво, но как-то очень профессионально поинтересовался хоббит.

— Неизвестно! — отозвался оператор, — Ракет не наблюдалось, так что скорее всего диверсия.

— Мы? — бросил Васька.

— Посылаю запрос… — отозвался оператор, — Нет, перехватили переговоры — говорят, янкесы. Литовцы как союзники им неинтересны, но теперь появился повод, как с «Мэйном»*.

— Блять… — коротко ругнулся хоббит, — и не докажешь ведь потом!

Буркнув ещё несколько слов, он вцепился зубами в пустую трубку и принялся набивать что-то на клавиатуре.

Я сижу, опустив наушники так, чтобы услышать запрос, обращённый лично ко мне. А так… гул голосов стоит неумолчный, несколько десятков операторов и дежурных офицеров постоянно переговариваются, переключаясь с канала на канал. Обрывистые команды, которые постороннему невозможно понять.

Но я понимаю — проклятие менталиста… Не хочу. Но вот… лезу автоматически в головы, считывая поверхностные образы и мысли. Не то что я такой могучий, просто у штабистов сейчас отключены артефакты, защищающие от менталистики.

Суть в том, что они пусть и защищают мозги, но одновременно немного притормаживают сознание. Так что артефакты вон, а всевозможные «растормаживающие» зелья выпиты, и мной тоже. Голова потом будет болеть…

' — Рейнеке-Лис', — послышалось в наушниках.

— На связи! — живо отозвался я.

— Сенатор Блэкуорт в Иггдрасиле имеет облик дроу?

— Так точно! — несколько озадаченно отозвался я, не вполне понимая, зачем это спрашивать, если в отчётах всё есть.

— Насколько он по вашему мнению соответствует этой расе?

— Близок к эталону, — отвечаю уверенно, — Скорее всего, положился на выбор ИскИна.

— Принято, конец связи.

Что там с сенатором… Скорее всего, влез в Иггдрасиль покомандовать каким-то направлением в захвате Игры. Не сомневаюсь, что на него есть полное досье в Реальном Мире, но… В Реальном Мире он старик, а в Иггдрасиле — вечно юный дроу. Это не может не сказываться на психике и соответственно — поведении. Вот и уточняют…