– Представьтесь, пожалуйста, – Саша улыбнулся, разглядывая возмущённую мину на лице, по которому явно не раз прошёлся пластический хирург. Но даже он не смог исправить узкую и чуть удлинённую форму со слабо выраженными скулами.

– Вы даже этого не знаете? Впрочем, чему удивляться, – тон женщины из раздражённого стал разочарованным. – Лина Коржакова, операционный директор. Теперь ответьте на мо…

– Отлично, с этим разобрались, – перебил её Саша, не собираясь называть себя. – Дальше. О каком письме идет речь?

– Вам много писем от меня пришло? Я отправила письмо вам с копией на всех вовлечённых лиц уже с полчаса назад. Я очень надеюсь, что этот эпизод будет последним подобным непрофессионализмом и вы научитесь отвечать в установленные сроки!

«Нет, ну ты посмотри на неё. Какая незамутнённая наглость», – восхитился про себя Саша, проглядывая почту. Никаких писем в ней не было.

– Письма от вас нет, – спокойно произнёс он, уже предвкушая дальнейшее.

– Что?! Вы удалили письмо от меня?!

– Пришлите скриншот, где видны все получатели вашего письма, – потребовал мужчина. Он прекрасно понимал, что его пытаются поставить в позицию оправдывающегося и хотел посмотреть, сфабрикована ли ситуация или это случайность.

Коржакова явно не была готова к такому требованию. На миг она зависла, потом попыталась продавить его гневным взглядом.

– Я жду, – равнодушным тоном напомнил Саша, усаживаясь в одно из кресел в лаунж-зоне, коих по всему офису было устроено немало. – Вам показать, как делать скриншот?

– Нет! – процедила Лина и чуть повернула голову, явно глядя куда-то в сторону, скорее всего, на экран кьюбера. Какое-то время молчала и недовольно морщилась. – Я переслала вам письмо, – наконец выдавила она. – Если уж вы не получили первое. Теперь вы наконец…

– Сначала скриншот, – оборвал её Саша, – где видно, что письмо было, видно время отправки и то, что мой адрес указан в строке «Получатель».

Нет, он прекрасно понимал, что никакого первого письма не было. То ли случайно, то ли специально его не отправили. И сейчас Коржакова пытается выкрутиться. В обычной ситуации Саша бы ей это позволил, но не при этаком знакомстве.

– Сейчас есть более важные дела. Давайте не будет играть в эти детские игры, – демонстративно поморщилась Лина.

– Не будем, но сначала я хочу понять, кого винить в данном непонимании: сисадминов, к которым я как раз иду, или вы действительно не отправили мне письмо.

– Ой, вы знаете, эта техника постоянно сбоит, и…

– То есть вы хотите сказать, что техника у операционного директора плохо работает? Давайте разбираться, – начал он доводить ситуацию до абсурда. – Если мой адрес указан, но письмо не дошло, и это из-за техники, надо найти причину. Устаревшая модель, или плохо настроенный фильтр спама, или, может, даже вирус…

– Сейчас нет на это времени! – взвизгнула женщина. – Может, соизволите наконец посмотреть письмо и заняться тем, что действительно важно?

– До письма мы дойдём, когда я пойму, стоит ли мне приводить к вам сисадминов, чтобы они нашли ошибку или нет. Это же не шутка! Письма операционного директора не доходят!

– Не надо никого приводить! – рявкнула Коржакова.

– Отлично. Значит, претензии сняты. Теперь давайте перейдём к работе. Коль вы уж позвонили, расскажите мне суть дела.

Лина вновь на пару мгновений зависла, явно перебирая в голове ругательства одно другого краше.

– Прочитайте письмо! У меня нет времени повторять одно и то же по десять раз!

И отключилась.

Саша хмыкнул и открыл имейл. Ему переслали длиннющую цепочку писем: практически всю историю общения с клиентом минимум за полгода. Мужчина не стал даже докручивать её до самого первого сообщения. Просто написал «Нет» и отправил обратно.

Через секунду Коржакова уже звонила ему вновь.

– Что значит «нет»?!

– Уверен, вы поняли меня правильно.

– Вы хоть понимаете, в какое положение ставите компанию? Мы лишились менеджера по работе с ключевыми клиентами. Ключевыми! Необходимо подхватить их! А вы пишите мне «нет»!

– Именно. Я директор по развитию, а не менеджер по работе с клиентами. По закону сотрудник обязан отработать две недели. Этого времени достаточно, чтобы найти нового.

– Я уволила её одним днем! Да даже если бы она осталась, то только бы вредила! Компании сейчас совершенно не нужен менеджер по развитию, а вот по работе с клиентами – да! Поэтому пройдите по ссылке в письме, там все материалы. Изучите и начинайте работать. Вы же хотели заниматься развитием, вот и занимаетесь развитием договорённостей с ключевыми клиентами. Это вообще самое важное, что может быть.

– Вот вы и возьмите их в работу. Вы же руководите отделом по работе с клиентами, так? Значит, имеете подходящие навыки. Это во-первых. Во-вторых, я – директор по развитию, а не менеджер. И уж точно не ваш подчинённый, а вы не моё руководство. Поэтому займитесь своими непосредственными обязанностями, а не вешайте их на других.

– Вам что же собственные амбиции важнее блага компании?

– А ваши? Что за амбиции заставили вас уволить сотрудника, если компания так нуждалась в её работе?

– Она не справлялась со своими обязанностями!

– Как же так? Её же приняли как-то, обучали, выпустили к клиентам – и вдруг не справляется? Как такое допустили?

– Не все лентяи сразу показывают свою суть!

– Допустим. Но раз уж вы приняли решение об увольнении, то несите за него ответственность. Возьмите её клиентов на себя, а не пытайтесь решить свои проблемы за счёт людей на другой должности.

– У меня и так полно работы! Вся эта компания на мне!

– Тогда это вопрос к вашим компетенциям как руководителя. Если вы не можете как наладить работу отдела, так и справиться с собственными обязанностями, значит, надо их пересмотреть. Именно этим я буду заниматься. В отношении всей компании в общем и вас в частности. К вечеру жду от вас доклада, как решена эта ситуация. Доброго дня.

Саша отключился и резко встал: требовалось срочно найти уволенную сотрудницу. После этакой отставки люди обычно очень разговорчивы.

***

Мой взгляд упал на следующий абзац прекрасной жизнеутверждающей статьи, и стало ещё хуже.

Существование роботов повышенной интеллектуальности для военных нужд подтверждается прямыми заявлениями лидеров многих государств и объединений. Подобные роботы не раз были обнаружены в ходе расследования терактов и диверсий, в том числе унесших жизни многих людей.

Поскольку чаще всего такие роботы являются засланцами иностранных спецслужб, почти во всех государствах мира гражданским лицам запрещено создание "интеллектуальных роботов" или владение ими. Поэтому, если вам попался робот, у которого вы заподозрили человеческий уровень разумности, рекомендуется как можно скорее сообщить в полицию, милицию, службу безопасности вашей корпорации или другой орган охраны порядка.

– Скрепыш… А как на Эрешкигали с законом об интеллектуальных роботах?

Мой голос даже внутри моей головы звучал слабо и неверно. Притаившийся в углу экрана искин выглядел бледно и, когда ответил, буквы его сообщения подёргивались и расплывались?

Скрепыш: На Эрешкигали ввоз и применение интеллектуальных роботов строго запрещены. Наказание за нарушение – десять лет каторжных работ. Интеллектуальный робот по обнаружении подлежит немедленному уничтожению.

Моё иллюзорное сознание снова выдало артефакт: показалось, что у меня подкосились коленки. Однако роботические ноги стояли, как влитые, и никуда деваться из-под меня не собирались.

Нет, я могла себя поздравить: правильно я с первых минут на этом складе старалась ничем не выдать свою суть. Пусть я боялась форматирования или перепрошивки, а вовсе не маски-шоу с огнемётами, которые бы расстреляли меня в пыль, но мыслила я в правильном направлении.

Мыслила. Ха. Это если я действительно мыслила. Потому что логично предположить, что мои создатели заложили в меня программу, согласно которой я должна скрывать свой интеллект. И я могу даже не осознавать, что она работает, а считать её настройки – своими решениями.