Кстати, хозяин занятого мной тела считается самым слабым в отряде, так что потеря им памяти — не такая уж и страшная беда. Куда хуже бы для них было, лишись даров тот же Тевон, с его Клинками и с поднятой до двушки Стеной Огня, или Фрай с Мощью, или умеющий усыплять прикосновением Этьен. Командир же их силён в первую очередь Покровом.

Вдвойне странно, что король Эренбурга дал Ло себя победить в том бою. Честь… Придумали тоже. У знати, особенно у высшей, свои заморочки. По мне, так достаточно совести. Считай, сам себя в ловушку загнал. И понятно. Колдун в таких фокусах дока — кого-хочешь надует.

Но как ни старались гвардейцы, а Дикс ясен-красен так до сих пор ничего вспомнить и не может. И не вспомнит, конечно. Похоже, король — Его Милостью я его только вслух называю — уже почти смирился с тем, что отряд лишился своих «глаз».

День идёт за днём. В наказание за своё беспамятство — хотя Дикс у них и раньше за многие хозяйственные дела отвечал — осерчавший на меня король превратил повредившегося головой гвардейца в слугу. Постоянно мотаюсь по разным мелким поручениям. То воды набрать надо, то ягод собрать, то фруктов с высоких веток достать. Не воин, а какой-то «принеси-подай».

Остальные все по большей части бездельничают. Остров — тихое, приятное место, где спокойно можно валяться под пальмами день-деньской. Опасных для людей хищников нет, двуногих врагов тоже. А вот жратвы валом. Это даже, если принесённую с собой с Суши не считать. От поединка до поединка один сплошной отдых у них. Во всякие игры играют. Болтают. Нет-нет из луков постреливают. Ну и рассказы про нашу общую прошлую жизнь, какими меня время от времени потчуют друзья-товарищи Дикса.

Понятно, что всё бесполезно. Уже все смирились с тем, что в предстоящем поединке мне играть роль простого бойца-бездаря. Обращаться с оружием — слава Единому — Дикс не разучился. Уже, хоть какая-то польза от пришибленного. Впрочем, король, как и я, верит в то, что грядущее обновление может дело исправить.

Он уже объявил о своём решении — прикончить меня в другой раз, если по завершению поединка не верну себе при обновлении память. Тут я с ним не согласен. Зачем целую седмицу ждать? Я и в этот раз помереть могу. Я, в отличие от короля, знаю, что проблема Дикса не в памяти.

И вот, наконец-то, нас будит стоявший на страже Фрай. Скоро стукнет три часа по полуночи. С Хвостатым, как здесь называют ящера, у этих ребят обычно не возникает проблем. Даже зная, что у людей есть всякие страшные штуки, раз за разом убивающие его, зверь, подталкиваемый законами Воды, раз за разом кидается на непосильную для него добычу.

Тевону главное — момент не проспать. И потому мы уходим к воде. Пляж — единственное открытое пространство, где мы зверя успеем заметить и без Ночного Зрения Дикса. На пересечение пустой полосы в два десятка шагов стремительный ящер потратит лишь пару секунд, но махнуть рукой — всяко быстрее.

Так и вышло. Стоило бесшумно подкравшемуся к опушке пальмовой рощи ящеру броситься к нам, как мы дружно отступили назад, чтобы не мешать Тевону, и тот резким ударом развалил зверя надвое. Мне наука на будущее. Надо целить не в шею. Дара так и так спустишь чуть, а добыча, считай, уже вскрыта.

Подскочивший к убитому зверю Этьен очень быстро — благо делает это в какой уже раз — добрался до сердца чудовища, и всего через минуту у каждого из нас в руках по окровавленному скользкому бобу. Ополоснуть в прибое — и в рот. Поединок бойцы всегда начинают, взбодрившись. Тут можно было и вовсе не спать. Впрочем, смысла бдеть не было. А вот семя сегодня глотать черёд Фрая. Король Эренбурга следит, чтобы все его люди с Воды ушли с равным отмером. Лишь у него самого он побольше. За эту седмицу я всех перещупал — все числа их знаю.

— Готовы? Пошли.

Взявшись за руки — иначе нора не пропустит — заходим в мерцающую прямоугольную арку. Я последним иду. Сам не знаю зачем, бросил взгляд на ночное небо. Ох и далеко же я сейчас от своих… Косой крестик из звёзд, который нам показывал колдун, висит очень уж сильно в стороне. Где-то там, под ним, сейчас Ло с мужиками. И как они без меня…

Раз — и звёздное небо пропало. Над головой кроны утопающих во мраке деревьев. И это не прибрежные пальмы. Мы в джунглях. Вокруг ночной лес.

— Пошли, — повторил король Эренбурга и первым двинулся вниз по заросшему джунглями склону.

Мы поспешили за ним. Пока не таимся. Нора каждый раз переносит отряд, куда-нибудь подальше от местных хозяев. Мне уже объяснили, что сначала мы спустимся к морю — там идти легче — а потом уже примемся за обход острова по кругу. У Этьена один из даров — Звериный Нюх. Он людей за полверсты может учуять. Они всегда так находят противников.

Через несколько минут уклон, который и так еле ощущался, пропал окончательно. Вот и пальмы. Дальше уже под ними пойдём. Пора поворачивать. Этьен облизал палец, чтобы определить направление ветра. Тот настолько слаб, что на мой взгляд его, считай, нет, но Нюхач лучше знает, что делать. Кивнул влево — туда и идём.

Здесь уже не глаз выколи. Пальмы растут не так часто, чтобы их кроны полностью закрывали небо, откуда к земле пробивается звёздный свет. Ха! Вон и мой косой крестик мелькнул. Неслабо мы норой скаканули. Я теперь куда ближе к своим, но до них всё равно далеко. Не доплыть…

Китя, стой! А ведь это отличная мысль! Не зря Ло так любит поминать звёзды. Они же всегда мне подскажут, насколько я далеко от своих. Стоит очередной норе перенести нас под этот косой крестик, как я тут же распрощаюсь с эренбуржцами. Переселюсь в кого-нибудь из чужого отряда, а там уже придумаю, как перебраться с одного острова на другой. Семь дней — не такой уж и маленький срок.

Остаётся проверить — могу ли я переселяться из одного человека в другого при помощи дара? Вдруг нет? А то уже размечтался. Не ждать что ли новой седмицы? А что? Прямо сейчас могу невидимкой подкрасться к кому-нибудь из наших сегодняшних противников и запрыгнуть в него. Если получится, пусть убивают. Тут же подставлюсь под клинки Тевона. За один присест и то, и другое проверю. Вдруг перерождение и так вернёт меня в своё тело?

Решено! Посылаю эренбуржцев к йоку. Пусть король сам себе ягоды собирает и с пальм орехи сбивает. Ну, или Дикс этим пускай занимается. Где там наши противники? Идём всё, идём…

— Они бездари что ли? Без даров зверь убит. Топором.

— Больше копьями, — не согласился с Этьеном король. — Топором добивали.

— Посмотрите, они его даже не стали вскрывать. То есть, он не стал.

— Не хотел время тратить. Сразу в лес удрал.

Мы стояли возле трупа найденного на берегу ящера. То ли наши сегодняшние противники — только что попавшие на Воду новички, которых зверь застал врасплох, то ли это — очень слабый отряд, где нет никого с боевыми дарами. Жаль, проверить нельзя. После смерти со лбов пропадают, что красные, что зелёные цифры. Поединок, считай, уже выигран. Рядом с дохлым чудовищем на песке лежат четыре растерзанных тела. В этой схватке смог выжить лишь один человек из пятёрки.

— Ну так мы не торопимся. Этьен.

Наш Нюхач, в чьи обязанности входила добыча бобов и семени, присел возле туши ящера.

— Сегодня Единый за нас. Это будет легко.

— На дереве сидит. Тут и спорить не надо.

— Конечно на дереве, — согласился с Фраем Тевон. — Они всегда туда лезут.

— Кто они? — решился на вопрос я.

— Те, кто спрятаться хочет. И правильно делают. Без нужного дара пойди-найди кого в кронах.

— Но у нас-то нужный дар как раз есть, — усмехнулся Фрай. — Этьен его унюхает, хоть где.

Вскоре мы уже шагали вглубь острова по невидимым, но сохранившим запах человека следам. Последний из наших сегодняшних противников обречён. От нюхача негде спрятаться.

Через час мы нашли его.

— Он там, — указал Этьен на растущее в полусотне метров от нас здоровенное дерево.

— Ты уверен? Может на каком из соседних?