– И Зайке, не давшей ублюдку удрать, – подмигнув моей ушастой подруге, добавил Дерман.

Тут он прав. Без помощи мелкой, безошибочно определившей направление, в котором следует искать вернувшегося из Бездны Терона, им едва ли бы удалось найти до заката пытавшегося убраться подальше от нашего лагеря гада. Крыс ведь сразу же догадался, что его ждёт, и предпочёл явке с повинной бегство. И шанс сдёрнуть у него был. Опустись на холмы ночь, поиски бы пришлось прекращать, а к утру злыдень запросто мог бы окончательно раствориться в просторах пустошей, и гадай потом – выжил ублюдок, или стал волчьим кормом.

– Это да, – согласился Хэл. – Слух тушкатки не хуже того, что был у меня. Поскорее бы уже свалить с Суши. Скучаю по своим дарам – мочи нет.

– Все скучаем, – вздохнул с грустью Бон. – Не в норах сокрыто главное испытание Суши, не в норах… Единый нас так проверяет на вшивость. И он же послал нам Китара с его чудноухой подругой. Восславим Творца за подмогу. Теперь понимаю, что лучшие в поясе бабы всё же не кошки.

Все дружно заржали.

– Смотри, не скажи так массашке, которую будешь топтать в другой раз, – хохотнул Дерман. – Облезлые… Где там облезлые? Тоже с такой обженюсь, как поймаю. Эй, Зайка, прислушайся – нет твоих родичей рядом? Сходили бы в гости.

Хохот усилился.

– Ну всё, всё, хорош. Пошутили, и хватит, – угомонил расшумевшихся мужиков Бон. – Ночь вот-вот в свои права вступит. Давайте укладываться. Завтра очередной трудный день. Китар с Флердом в этот раз без дежурства – пусть отсыпаются. Остальных сейчас поделим на смены. Первую стоят Гурь с Джафаром, дальше очередь Никиты с Дерманом…

Бон продолжал называть имена. Сказать ему, что даже спящая Зайка раньше стражей-людей услышит приближение к лагерю по-настоящему опасного зверя? Нет, не буду. И так слишком много внимания к мелкой. Ещё заставят девчонку нас ночами стеречь.

Всё-таки двенадцать человек – это сила. Никаких тебе нор, пещер, скал. Расположились на ночёвку прямо в центре ложбинки. Для такого большого отряда в холмах почти нет опасностей. Представляют её для нас исключительно ходоки. А те, как известно, бесшумно по темноте не подкрадываются. Приближение великана услышим и без зайкиных ушек.

Уложил мелкую подле себя и слегка приобнял. Зайка мягкая, тёплая. С ней рядом спокойно. Да и она под моей защитой тотчас перестала дрожать. Прижалась спиной и тихонько сопит. Сразу вспомнилось детство и наша землянка в Подгнилье, где мы с Вейкой так спали малыми, в обнимку.

Как там Зорины? Вся большая семья. Поди, младший Китар уже бегает. Халаш мельниц по всему Фату настроил – гребёт деньги лопатой. Айк, небось, тоже лекарством неплохую монету зашиб. В достатке живут, в мире, в счастье. Один я из подгнильских сирот всё в страдальцах хожу. Вот когда-нибудь найду Тишку и…

Что сестрёнки на Суши нет, то понятно и так. Тут источникам нечего делать. Увели её дальше. Только как? Не по норам же погнали – звезду собирать? Очередной тайный лаз не иначе. Ясно как день, что не рекой они вплывают сюда. Перенос разлучит провожатых с ведомыми. Знать бы сразу, что барьер себя так поведёт в том ущелье, Ло бы точно послал летунов искать дырку в незримой стене вокруг выхода с пояса.

Хотя… Если та пелена на реке в один миг перебрасывает людей на сотни вёрст от стены, то отчего бы не иметься в каком-нибудь потайном месте такой же, которая отправляет вошедших в неё прямо к храму? Или даже не к храму, а сразу на другой пояс.

Потеряли мы Тишкин след. Йока с два теперь найдёшь его заново. Это, или братьев пытать, какие при храме вестимо имеются, или, уже перебравшись на Воду, наводить справки там. Последнее мне видится более правильным, но решать будет Ло. Колдун разберётся, как Тишу найти. Осталось только отыскать самого колдуна.

Ночь спокойно прошла. Как и следующая. Отряд спит теперь под охраной чуткого слуха Зайки. Волшебные ушки моей хвостатой подруги справляются с несением стражи лучше любого сторожа. Стоит тем же шакалам подобраться к соседней ложбине, как малая уже меня будит, и я наших предупреждаю, кто в карауле стоит. Жаль, что Зайка у нас такая одна, а то бы и днём ничего не боялись бы.

Днём мы, разбившись на тройки, разбредаемся в разные стороны. Тут четыре тушкатки нужны по-хорошему. Но и так мы справляемся. Шестилапого волка на троих одолеть не проблема. Всякий, кто до Суши добрался – богатырь, что долями, что опытом. Главное: ходоку на глаза не попасться, когда его встретишь. Этих мы постоянно высматриваем вдали, поднимаясь нет-нет на вершины холмов. И пока что отводит Единый беду. Лишь единожды довелось разглядеть великана, куда-то бредущего в десятке-другом вёрст от нас.

Ну а ищем мы норы. Бон – пятую, я – четвёртую, а огромный широколицый землянин по имени Краж со своим треугольником на лбу – вторую. Мы специально поделились так, чтобы в каждой тройке сошлись люди с разным количеством лучей. Так мы больше нор найти сможем.

И хитрость работает. На четвёртый день, когда, обследовав окрестности лагеря на пару десятков вёрст во все стороны, мы перебрались на новое место, первый же выход принёс находку второй норы. Серый ромб подвернулся той тройке, где с Никитой и Флердом ходил лорд-археец. Ему туда и нырять.

Только с кем? Помимо Джафара, в отряде ещё два человека с первым лучом на лбу. По договорённости, нашедший нору сам выбирает себе напарника для её закрытия. Из кандидатов у лорда: здоровяк Краж, служивший в городской страже, какого-то мне неизвестного полиса, и Дерман, с его слов промышлявший, то этим, то тем, то другим, до того, как вступить на Путь. Чернобровый даже проводником успел походить возле Выхода с Земли. А по говору, так бандюга-бандюгой. Но бандит он удачливый, раз до Суши добрался. А ещё поумнее, чем здоровяк и уж точно не менее ловкий. Ловкость в Бездне важна.

Но Джафар выбрал Кража. И причина такого решения лорда понятна. В отличие от имевшего сразу два боевых дара Дермана, здоровяк-стражник – бездарь. Из него, если вдруг неудача, выйдет менее опасный ходок.

В тот раз Бездна вернула обоих людьми. Джафар смог разглядеть суть загадки, и в отряде теперь двое с ромбами. А ещё новичок. Дядька с парой мечей, с длинным луком, но без рюкзака по имени Рохус первый луч уже взял. Вот и Дерману пара. Хотя, может, Дрог свою треугольную нору отыщет и тоже раскрасит свой лоб.

Бродим дальше. Холмы вокруг нового лагеря – ещё большая сушь, чем окрестности ямы массахов. Тот родник, у которого нынче ночуем – единственный источник воды на десятки вёрст во все стороны. Оттого здесь и пусто – ни крупных зверей, ни зверолюдов из местных. Зайка тут никогда не бывала. Мёртвый край. Но для нор – то, что надо. Нашли третью. Теперь Кражу с Джафаром ещё один нужен с звездой в три луча.

Пара дней – и отправимся дальше. За седмицу в отряде я отоспался, отъелся. С людьми хорошо, безопасно. Даже Зайка привыкла и уже не дрожит, находясь среди идунов, которых, как я теперь знаю, её племя считает любимцами Матери-Ночи. И понятно – мы слишком сильны и умны. Живём долго-долго, приходим откуда-то, куда-то уходим, лучи собираем в невидимых норах. Мы странные и, что уж там, очень страшные. Только люди способны убить злого зверя. И ещё мы в ходоков превращаемся.

Чуть получше освоив наш язык, Зайка, которую звали на самом деле вовсе не Зайкой, а Шушей, рассказала мне, как погибла её семья. Виноват человек. В тот злосчастный день отец Зайки не успел замаскировать вход в их нору, слишком поздно добежав до неё, удирая от появившихся в окрестностях дома тушкатов идуна с ходоком. Последний, убегая от первого, заметил на своём пути нору и решил в ней укрыться от великана. Помешать ему ушастики не могли. Идун шмыгнул внутрь, и видевший это ходок принялся разрывать лаз.

Плохо, но не смертельно. На такой случай у тушкатов был предусмотрен путь отступления – выходящий на противоположную сторону холма отнорок. Если бы удача не отвернулась от них, зверолюды смогли бы удрать. Но, увы – поднятый ходоком шум привлёк внимание волка.