— Прости.

Терикус словно сдулся. Решимость, злость, смелость — всего, как и не было. Перед колдуном стоит прежний покладистый трус.

— Прощаю, — положил руку на плечо живчика Ло. — Понять тебя просто. Ты свой дом защищал.

— И едва не сгубил весь мир, — вздохнул Терикус. — Извини, Дерхан. Больше такого не повторится. Вы с Единым можете на меня рассчитывать.

Примирение состоялось, и колдун тут же переметнулся к решению насущных проблем.

— Ладно, забыли. Приглядывай за округой, а мы пока озаботимся завтраком.

Ло раздал нужные распоряжения и полез обратно под землю за своей Зверобойкой. Народ тоже ещё продолжал вытаскивать из норы то да сё. Барахла у всех много. Мы с припасами, при оружии, бобов тьма, долей море. На сто три человека всего две бабы, да и те — не обуза. Даров всяких хватает. Это вам не наш прежний отряд безымянных, что увёл Ло из Арха. До нового лоскута всяко дойдём.

Пока ели, солнце взошло окончательно. На небе сегодня ни облачка. Тепло, но не жарко. Ветерок обдувает утренней прохладой, в траве стрекочут кузнечики, вокруг жужжат жуки и прочая летучая мелочь, над головой проносятся, охотясь на насекомых, мелкие птицы.

А вот крупных, опасных нет рядом, как и хищного зверя. Пока Терикус бодрствует можно расслабиться. Он и почует за версту кого следует, и отпугнёт, если потребуется. А спать живчик теперь нескоро уляжется. На бобах две седмицы продержится, прежде чем в потолок упрётся. Ровно четырнадцать недобранных долей у него.

— Ну, что, Кэйлор, — завершив трапезу, обратился колдун к Его Величеству, — вроде света уже достаточно. Солнце как раз в спину бьёт. Пора осмотреться.

Ну да, восходная сторона у нас — это земли Василиска. Змей оттуда приполз. Значит, там искать лоскуты бесполезно. Но с обратного края, куда сейчас светит рассветное солнце, полис запросто может найтись. Нам теперь, чтобы далеко за горизонт заглянуть, гор не нужно. Летуны на то есть.

Король Эмрихта взмыл в небеса. Выше, выше… Через минуту вверху уже еле заметная точка. Вот это он залетел! Высотища! Спускается. Долго в округу не всматривался. Похоже, заметил чего.

— Есть! — радостно выкрикнул Его Величество ещё на подлёте к земле.

— Далеко? — подскочил к опустившемуся королю Эмрихта Ло.

Неужели, лоскут? Вот так сразу? Но, почему бы и нет? Он же на несколько вёрст поднимался. Оттуда, небось, далеко видать. Народ тут же окружил улыбающегося Хайтауэра.

— Вёрст триста, наверное. Точно трудно сказать. Далеко всё же. За холмами уже. Но дойти сможем точно.

— Ты не мог ошибиться?

— Нет, — мотнул головой король Эмрихта. — У пятна форма правильная. Цвет другой. Сто процентов лоскут.

Вот и всё. И искать не пришлось. Вот, что значит иметь одарённых с нужным даром в отряде.

— Восславим Единого! — вскинул к небу руки сияющий радостью Флам. — Он ведёт нас! Мы под дланью его!

И по лицу Терикуса понятно, что живчик эту мысль полностью разделяет. В глазах благоговейный трепет. Теперь против Ло точно рта не откроет.

— Триста вёрст нам по силам, — поднял с земли Зверобойку колдун. — Берём вещи, братья. Пора в путь-дорогу.

Я ошибался. У Ло на живчика далекоидущие планы. Есть бобы ему Ло не даёт. Пока по холмам идём, Терикус не особо нам нужен. Засаду устроить здесь негде — округа прекрасно просматривается. Трава высотой по колено — крупняку в ней не спрятаться, а мелочь на сильный отряд нападать не рискует. Опасного хищника замечаем заранее. Одиночных встречает Ло лично, стаи бьём всей толпой, птиц Его Величество слепит ещё на подлёте. За три дня всего дюжина легко раненых — Валя быстро всех ставит на ноги — и ни одного трупа.

Все звериные нападения больше не про опасность сейчас, а про время. Его тратить жалко. Вскрываем только совсем уж старьё. Едим, пьём, справляем нужду на ходу. Идём мало, трусцой в основном поспешаем. И хорошо очень, что слабаков средь нас нет. Нагрузки все держат. Поклажи мы тащим немало.

Один лишь из нас не бежит, не идёт, а едет, как князь, на носилках. Ло умный — заставил дорогой спать живчика днём, а ночью тот бдит. Дежурные, что ночами по сменам сидят подле Терикуса, не охраной нас заняты, а следят, чтобы главный сторож не задремал ненароком.

Тут округа безлесная. Для костра дров нигде не найти, но огонь, как защита, когда с Пугачом и с Чутьём есть охранник, без надобности. Вот пожарить мяска бы… Но терпим. Есть пока, что пожрать. И вода есть. Несложно путь складывается.

На четвёртые сутки, оставив позади двести вёрст, мы вышли из холмов в степь и почти сразу же упёрлись в широкую реку. За сотню саженей, глубокая, с мутной водой. Дормиан в пяток ходок с грузом весь свой дар слил начисто. Его Величество сильно дольше летал. Пока мы все плыли с мешками над головой, Хайтауэр перетаскал на тот берег оружие и даже перенёс на спине жену купца Прохта, что не умела плавать.

Всего в час на всё про всё уложились. Дар Терикуса действует на водного зверя, как и на всякого прочего. К его Пугачу уже настолько привыкли, что народ даже морщиться перестал, когда нагнанный страх прилетает. Мозг знает, что ненастоящий тот ужас. Теперь понимаю фатоев, что над нами тогда потешались.

И вот пятым днём на нашем пути, наконец-то, начали встречаться первые рощицы. Вчера вечером, после переправы, Ло разрешил живчику съесть первый боб, и по степи, где уже в куда более высокой траве даже крупному хищнику затаиться по силам, мы идём без опаски, под защитой незаменимого Терикуса. С его дарами поход по кишащей зверем дикой Земле, что прогулка по окрестностям Града.

К вечеру впереди показались и долгожданные очертания леса. Его Величество пару дней назад ещё раз в небеса поднимался, и мы знаем, что лоскут в этом самом лесу, всего в паре десятков вёрст от смотрящего на нас его края. Успеваем с запасом — шестым днём будем там. Потому Ло и не гонит народ. Ночью спим, не бежим. Торопиться сверх меры нет смысла.

Под деревья входя, всё старались найти следы местных охотников. Недалече лоскут — должны рыскать кругом. Но нет, пусто. Ночевали с кострами — теперь дров навалом — огонь, дым не прятали. Утром ждали гостей, кто бы мог по темноте свет заметить. И опять никого.

Вскоре дар Его Величества, который у Хайтауэра за полёты отвечает, восстановился, и колдун тотчас же отправил короля Эмрихта в небо. С нетерпением его ждали под кронами. В этот раз летуна долго не было. Нервничали.

Снова нам попался лоскут, где охота на дикой Земле не в почёте. Всего два-три часа и упрёмся в их стены, а людей нет как нет. Подозрительно всё это. Народ шепчется. Не к добру эти странности, ох не к добру.

И вот ветви деревьев над нами ожили шуршанием. Наш разведчик вернулся.

— Господа, дело дрянь, — огорошил всех сходу спустившийся на землю Хайтауэр. — Пять дней муфру под хвост.

— Ты ошибся? Там нет лоскута? — схватился за голову Клещ.

— Лоскут есть. Только толку с него для нас нет.

— И какой из двух? — спросил уже всё понявший Ло. — Мёртвый? Запретный?

— Могу ошибаться, но, кажется, первый, — вздохнул король Эмрихта. — Уж слишком зелёный. Нужно вблизи посмотреть.

— А смысл? — зло бросил кто-то из окружившей Его Величество толпы. — Нам, ни тот, ни тот не нужны.

— Как определил? — набросился народ на Хайтауэра. — Людей нет? Полис разрушен?

— С такого расстояния, что вообще увидишь? — возмутился Блут.

— Правильно! — поддержали ронхийца. — Нужно вблизи посмотреть!

— Да там заросло всё, — скривился Его Величество. — Зелёнка повсюду. И тёмная очень. Не поля, не сады.

Говорите, под дланью Единого? Да уж. Вот и закончилось наше везение. Зря я радовался.

— Идём дальше, — оборвал споры Ло. — Посмотрим вблизи.

Собрались, двинулись. Все бубнят недовольно. Оно и понятно, так ждали, а тут… Через час колдун всех заставил молчать. Если нас впереди ждёт Запретный лоскут, то на нём царь-царей обретается. Кто сказал, что он не охотится прямо сейчас где-то там, впереди?