— Позвольте поблагодарить уважаемый Совет и весь Ковчег в целом за проявленное сочувствие, — успел я опередить собравшегося что-то сказать секретаря. — После всех испытаний, через которые нам пришлось пройти, оказанная нам в вашем полисе помощь оказалась как нельзя кстати. Большое спасибо за ваше гостеприимство!

Покривить душой к месту. Цену здешнего гостеприимства опустим. По улыбке на лице секретаря вижу, что слова сказал правильные.

— Мы в Ковчеге всегда готовы протянуть руку помощи попавшим в беду, — кивнул живущий Феол. — Не безвозмездно, конечно, но шанс отплатить добром за добро мы даём, хоть своим, хоть заблудшим. Вам уже рассказали про правила нашего полиса, касающиеся гостей-иноверцев?

— В общих чертах, — кивнул я.

Акустика в зале отличная. Орать не приходится.

— Хорошо. Вас не просто так отвели ночевать в ваш квартал, — подтвердил мои догадки бессмертный. — Раз теперь вам известны предъявляемые к гостям Ковчега требования и наши расценки, спрошу прямо: по карману ли вам пребывание в полисе? Оборот только начался. К Порогу теперь мы причалим нескоро. Держать же нахлебников — уж, извините за честность — не в наших обычаях.

Похоже, сейчас нам предложат работу. И не ту, что интересует меня.

— Прямота — это правильно, — улыбнулся я. — Погостить оборот в вашем славном полисе нам вполне по карману. За это можете не переживать. Вопрос в цене входа в Ковчег. Её нам озвучили…

— Для вас вход бесплатный, — перебил меня секретарь. — Вы пришли не за тем, за чем к нам приходят другие заблудшие. Мы здесь — не грабители. Всемогущая Жизнь учит нас справедливости. Платой будет ваш подробный рассказ о своих злоключениях. Очень редко когда у кого-то получается перебраться с лоскута на лоскут таким способом, как то получилось у вас. Решите сейчас, кто из вас лучшим образом поведает эту историю, и просим рассказчика на трибуну.

Я ждал эту просьбу. Последующие двадцать минут Совет слушал продуманный загодя пересказ наших странствий по дикой Земле, лишённый не нужных, касаемых Арха, подробностей. История местным понравилась. Вопросы доказывали, что любопытство бессмертным присуще, и даже считающиеся здесь проклятием дары Бездны интересуют членов Совета не меньше, чем прочее. Пришлось почти честно открыть все способности, какие имелись у каждого из их новых гостей. Впрочем, последнее я делал с умыслом, стараясь показать нашу силу. Эти практичные циники пойдут на союз только с лучшими. Заключение сделки потребует от них полной уверенности в возможностях второй стороны по исполнению взятых на себя обязательств.

— Выйдя к башням Ковчега, мы сразу же поняли, что полис, попавшийся нам, развит в плане технической мысли, куда лучше знакомых нам Порога и Гора, — закончил я свой рассказ. — Ваши башни, тоннели, передвижные крепости на колёсах, метательное оружие, сам принцип охоты… Кто как, а я даже не удивился, когда узнал про гениальное в своей одновременной мудрости и простоте решение — торговать бесполезными для вас и столь ценными для жителей других лоскутов норами в Бездну. Моё глубочайшее уважение тем, кто это придумал.

Так и знал, что он здесь. Даже настолько грубая лесть заставила невысокого худощавого мужчину с чёрными вьющимися волосами слегка улыбнуться. Терикус выдал себя. Если он самолично и не уполномочен принимать подобных решений, то поддержка непосредственного участника еженедельного поиска нор для меня максимально важна. Более того, только сам одарённый способен дать ответ на интересующий меня вопрос, который я скоро задам.

— Очередь Проклятых — инструмент пополнения нашей казны и не более, — скривился живущий Феол. — Здесь, в отличие от всего остального тобой перечисленного, заблудший Дерхан, нам нечем гордиться. Всемогущая Жизнь учит нас обходиться без проклятых даров. Не будь вы уже отмечены Бездной, мы бы с радостью предложили вам встать на истинный Путь, но увы…

Секретарь развёл руки, словно бы извиняясь за то, что нас уже не спасти. Да, фанатики, но фанатики толерантные. Сотрудничество с отмеченными Бездной в местной секте не считается чем-то запретным. Наше проклятие — оно только наше и не способно осквернить живущих, контачащих с нами.

— Каждый сам выбирает свой Путь, — перехватил слово я. — Наш выбор давно уже сделан, и тут уже не переиграешь назад. Мы от всей души благодарим уважаемый Совет за возможность провести оборот в вашем полисе, но, раз мы уже здесь, просто сиднем сидеть столько времени глупо. Я прошу разрешения почтенных бессмертных добавить нас в очередь. Вступительный взнос мы заплатим. Поверженный хозяин леса, про которого я вам рассказывал, был всего в одном шаге от возможности называться царём. Он принёс нам достаточно много семян.

Моя просьба бессмертным по вкусу. Жадный блеск в глазах красноречивее слов. Уже знаю, что ответом мне будет — однозначное да. Трое путников, случайно попавших в их полис, принесут куда больше дохода казне, чем надеялись местные. А ведь это лишь малая часть барыша, что их ждёт.

— Нет причин отказать вам, — улыбнулся живущий Феол. — Вас добавят в хвост очереди. Плату можете внести хоть сейчас, хоть вернувшись в квартал.

Вопрос даже не был вынесен на обсуждение. В полисе, который не отправляет исчерпавших отмер на следующий пояс, вечная нехватка семян. Бессмертие местным обходится дорого. Странно, что сами не пришли к мысли, которую я хочу предложить.

— Семена здесь, со мной, — достал я из кармана подготовленный специально кошель. — Всё подсчитано, — положил я его на трибуну перед собой, — здесь ровно сорок семян.

— Сорок? — удивлённо переспросил секретарь. — Взнос с троих — три десятка.

— Десять лишних добавил, как плату за рассмотрение нашего предложения, — улыбнулся я. — Как человек дела, я прекрасно понимаю, что время уважаемого Совета стоит немало. Прошу выслушать, обсудить и принять решение. Но сначала вопрос к уважаемому живущему Терикусу, если позволите, — кивнул я идентифицированному ранее одарённому, найдя того взглядом.

Наживка заброшена. В том, что бессмертные клюнут у меня нет сомнений. Осталось получить подтверждение моих почти наверняка верных догадок. Я уверен, что поднятый Терикусом до двушки дар идентичен тому, который позволял одному из наёмников, провожающих уходящих на Твердь к Выходу, чувствовать присутствие рядом зверей. Всё теперь упирается в радиус пеленга. По идее тот очень велик и вполне позволяет воплотить мои планы в жизнь.

— К заблудшему Терикусу, — мгновенно поправил меня секретарь. — Данный Проклятый работает на Ковчег и из-за своих заслуг перед полисом имеет слово в Совете бессмертных, но его душа уже отмечена скверной. Задавай свой вопрос, заблудший Дерхан.

Я слегка поклонился.

— Уважаемый Терикус, — решил я опустить наверняка неприятное за одарённого обращение, — меня интересуют возможности и пределы вашего так называемого «чутья». По обнаружению нор всё понятно, но не ощущаете ли вы заодно и присутствие зверя?

— Естественно ощущаю, — поднялся со своего места одарённый. — Иначе бы, как я отпугивал их, когда оно требуется?

Есть! Я был прав.

— И наверняка вы способны отличить мелкого зверя от крупного? — с улыбкой уточнил я.

— Разумеется.

— Так и знал, — кивнул я. — Также смею предположить, что дистанция, с которой вы чувствуете присутствие зверя, весьма велика.

— Велика, — подтвердил одарённый. — К чему клоните?

— К своему предложению. Речь идёт об охоте.

Тут я уже перевёл взгляд на секретаря.

— С охотой мы справляемся сами, — отрицательно покачал головой живущий Феол. — Вам известен наш подход к оной.

— Да, — согласился я. — Звери сами идут на лоскут. Ваш подход минимизирует риск для охотников. Но я веду речь про другую добычу. Про ту, что как раз-таки, на лоскут не зайдёт. Почему вы не отправляете отряды охотников за хозяевами леса? Я уверен, что заблудший Терикус способен обнаруживать их логова точно так же, как и норы в Бездну, если те окажутся невдалеке от лоскута.