Сейчас Елена Троянская конкурировала с образом Изуми из первого дня поездки на конференцию. Местная красавица в сравнении сильно выигрывала, потому что не казалась при такой притягательности излишне вульгарной.

— Отлично выглядишь! Весьма цельный наряд!

Говорить всё, что у меня в голове прокрутилось, я не стал. Поберёгся. Но обзор одежды на жене закончил. Чёрная облегающая юбка длиной до той середины бедра, что ещё является приличной для работы, и того же цвета невесомые на вид босоножки.

— Приятно, что ты заметил, Галактион, — улыбнулась Лена, — чего задержался?

— Маме звонил.

— Это уважительная причина, даже с учётом того, что я тебя давно жду.

— Тебя я и использовал в разговоре в качестве аргумента, чтобы быстрее сюда попасть.

— Смотрю, наши отношения становятся теплее. Ты уже не стесняешься меня использовать.

Бровь её слегка опустилась, выдавая насмешку.

— Я никогда и не прекращал! Для чего ещё нужны родственные связи?

— Хорошо! — она воодушевилась, — я запомню. А теперь, может, начнём?

— Да. Дай мне время ознакомиться с материалом, а потом обсудим.

— Даю, — она усмехнулась и села в кресло, которое заранее подтянула к моему столу.

Кинув портфель на столик у входа, прошёл к своему рабочему месту. Занял его, нашёл результаты исследований с подачи Ви и углубился в изучение. Скорее, хотел так сделать, но оголённые коленки и близко, ещё и глубоко порой дышащая грудь тянули совершенно в другие глубины. Хотелось отправить Лену куда-нибудь прогуляться, но сдержался. Очевидно, она развлекается, а потому не хотелось играть ей на руку. Из вредности, так то её веселье и мне передавалось.

Но скоро я стал серьёзным.

Даже поднял генеалогию определённых во мне вирусных групп. Пробежался ещё раз по тексту и только потом повернулся к коллеге. Лена всё ещё была весела, но серьёзность во взгляде убеждала меня, что она прекрасно знакома с полученной мною информацией. Точнее, с её частью.

— Мне любопытно, — начал формулировать вопрос, — а в том месте, где ты работала…

— В Отделении Института Министерства Обороны по направлению биологической угрозы, — прояснила супруга.

— Вот уж точно, куда ещё военные могли засунуть изучение фемо-вируса? В твоём отделении ты проводила анализ феромонов локально?

— В рамках моего исследования, чтобы точно определять пары мужчина — изменённая женщина, мне присылали развёрнутые отчёты.

— Как давно произошли изменения?

Не стал формулировать вопрос точнее, она прекрасно понимала, о чём я спрашиваю.

— Первые отчёты я начала получать спустя несколько месяцев, как устроилась работать в ведомственный институт. Прошло около полугода, как мы с Яной переехали ближе к военной части, где служил Валентин.

Она сделала многозначительную паузу, демонстрируя выражение лица как у профессионального игрока в покер.

— Ни в одном из отчётов не фигурировали феромоны, которые подходили бы к типу белковых рецепторов Дарюсина.

Мне даже нечего было на это сказать, но говорить было необходимо. С Леной было необходимо обсудить результаты и определиться с дальнейшим направлением изучения вопроса.

— А у тебя как часто брали анализ слюны?

— А я сама догадалась проверить.

Очень хитрая улыбка отразилась на её лице.

— Когда? — продолжил задавать вопросы.

— Ты первый раз привёл на День Рождения Яны Астру.

— Яне было девять лет вроде…

— Да. Мне так запомнился этот вечер, что на следующий день я отправила образец своей слюны.

— Помню. Ты в тот вечер меня в шутку поцеловала. Тогда подумал, что ты хочешь, чтобы моя подруга приревновала…

— О, она приревновала!

— Не заметил. Вот Валентин кипел, но держался. Я был доволен.

— Значит мы оба достигли желаемого результата.

Коварная Воронцова улыбалась. У меня улыбка совсем не шла.

— Уверен, что ты нашла следы активной выработки феромонов, — высказал свои мысли, — но ничего с этим не сделала. А ведь это очень серьёзное отклонение от базового поведения изменённой женщины. Жить долгие годы вдали от объекта своего интереса!

— Если подумать, то такая я не единственная, — возразила мой научный оппонент на этом обсуждении, — Астра по-своему, но делает то же самое.

— У неё сбой в самой механике. Она феромонов вырабатывает большое множество для всех более-менее интересных мужчин.

— Но психологически она считает своим мужчиной только тебя, — снова услышал возражение, — мой случай похож. Ты для меня как был, так и остался отцом нашей дочери. Моё отношение к тебе мало изменилось. Подумаешь, что живёшь где-то далеко. Ты знаешь, что фемина может переждать пресловутого «ждуна» в плане выдержки разлуки с объектом своего интереса.

— Значит у меня в крови боевики бывшей жены попытались прогнать обосновавшихся феодалов моей любимой, но не самой близкой подруги.

— Да, первая группа фемо-вирусов принадлежит Астре. Она точно не была первой, но стала доминантной до определённого момента. А вторая группа попала к тебе от меня.

— Когда ты перебралась сюда работать, — вспомнил я начало лета. — и благодаря этим двум армиям влияние своих студенток я просто не заметил.

— Всё верно, — Лена встала. Я непроизвольно сопроводил её подъём движение глаз по изгибам, — я переберусь за свой стол. Тебе надо проанализировать всё прочитанное и услышанное, а на обеде мы с тобой ещё поговорим. Сейчас я должна написать несколько отчётов.

— Хорошо.

С предложенным планом согласился, но собраться с мыслями не выходило.

Если подвести итог прошедшего часа, выходила интересная история. Просто детектив с примесью драмы, где моя персона была действующим персонажем. Две недели назад я получил данные о наличии в моей крови двух групп вирусов. Уникальный случай, чреватый проблемами, но для меня всё пошло по неожиданно благоприятному сценарию: моё здоровье стало улучшаться, а внутриклеточный энергетический обмен поднялся в качестве до уровня изменённых женщин. Ещё и процесс омоложения позволил забыть о проблемах со спиной и зрением.

По вирусной генеалогии те же две недели назад было понятно, что одна из доминирующих групп наследована от Астры Таубе, моей удивительной, обворожительной и уникальной подруги. Ничего особо удивительного — мы давно знакомы и постоянно общаемся. Но, как оказалось, для атлетичной блондинки я к тому же являюсь прямым объектом интереса. Её феромоны дают сильнейший отклик в моём организме. Уверен, именно её вирусные агенты подавляли конкурирующее воздействие той же Кири, а, возможно, и Тамары.

А теперь стало известно про Лену.

Супруга буквально совершила выход из тени. Мало того, что её версия вируса сейчас хозяйничает в моём помолодевшем теле наравне с прошлой доминантой, так ещё и феромоны направлены на меня же.

И вот, оказывается, сидит рядом со мной женщина, которая не просто интерес ко мне проявляет, а делает продолжительное время. А сейчас вообще, чуть ли не соблазняет.

Дела! И что мне делать с исследованием?

Как в своё время Изуми меня спасла от обвинений в сексуальном домогательстве — по отношению к другим женщинам, конечно — так и Кира мне очень сильно помогла. В первую очередь психологически, потому что удовольствия от внимания бойкой молодой девушки я получил с лихвой. Последняя наша встреча, само собой, тоже вышла яркой. Надеюсь, эту ночь она будет вспоминать с теплотой, так же как и я. В данный момент это позволило мне сменить фокус с привлекательной фигуры соседствующей красавицы на рабочие моменты.

Крутил в голове различные аспекты своей работы. Никак она не смотрелась самостоятельно без хотя бы поверхностного изучения факторов, которые отклоняются от нормы. С точки зрения изменённых женщин, у меня два возможных кандидата для проверки, а мужчин — всего один. Моя скромная не в меру персона.

По количеству женщин было целых два барьера для развития процесса. Астра уже участвует в исследованиях. Подозреваю, что одно из них принадлежит команде Аркадия Моисеевича Либермана. Этот профессор мне встретился на конференции в Москве, он же приглашал меня к нему заглянуть. Учёный он толковый, и что-то наверняка нашёл.