— Можно мне войти? — поинтересовалась она, так как пока стояла у двери.

— Само собой, проходи.

Девушка нагнулась, поставила пакет и ловко сняла кроссовки. Делала она всё слегка более эстетично, чем требовалось для такой простой процедуры. Прогиб в пояснице точно не был анатомической необходимостью. Если не ошибаюсь, меня опять понемногу околдовывают.

— Мне не хотелось завтракать одной, а у меня уже были все продукты готовы. Подумала, может, позавтракаем вместе? Я быстро всё приготовлю.

— Ух, ты, — удивился предложению, — как раз думал над завтраком. Что ты хочешь приготовить? Что-то японское? Онигири? Я ко всему готов!

— Не думала, что ты любишь есть рис на завтрак, поэтому решила приготовить омлет в японском стиле с ветчиной и свежим обжаренным хлебом.

— Звучит аппетитно. Кухня в твоём распоряжении.

Провёл близкую коллегу на кухню.

— Можно попросить у тебя какую-нибудь футболку. Боюсь, испачкаюсь.

Вид Изуми сделала слегка виноватый и милый. Вызывал он только совсем не отеческие чувства. Решил, что правильное питания очень важно для здоровья, поэтому отправился выполнять просьбу. Футболку взял новую белого цвета — не самое удачное решение для кухни, но идеальное для временного домашнего одеяния красавицы. Просто не представлял я на женщине другого цвета своей одежды. Надо будет чёрный, что ли, попробовать.

— Держи, — протянул добытое из ящика.

К этому моменту содержимое пластикового пакета уже было разложено на столе. Яйца были в специальном контейнере вместимостью шесть штук, ветчина уже была нарезана, зелень не имела изъянов. Кто-то, значит, второпях побросал всё в пакет и устремился за мной? Ну, да.

— Ой, спасибо.

Изуми, прежде чем взять мою одежду, через голову стянула топ, оголив грудь. Не так. Грудь! Реакция у меня однозначная и по-юношески пылкая — замер, разве что не зарделся. Да что ты будешь делать! Даже сутки не прошли, как видел этот шедевр природы в последний раз, а магия снова бьёт в полную силу.

— Ой-ой, — повторилась искусительница, — прости, я…

Сама при этом нисколько прикрываться не пыталась. Наоборот, немного руки вперёд подала, чтобы придать объема.

— Оз, Изуми, — шумно выдохнул, — нам бы позавтракать.

— Я… не так чтобы голодна, час могла бы потерпеть.

Милота пропала с привлекательного личика. Видел я в нём теперь ровно то, что сам представлял.

— Почему час?

— Двадцать минут на готовку будет достаточно…

— Подходит, — дальше говорить не стал.

Завтрак завтраком, но вроде там какая-то польза в непродолжительном голодании тоже была. В любом случае, о голоде на полчаса мы оба забыли. А я порадовался в очередной раз предусмотрительности японки — продукты она выложила на столешницу рядом с раковиной. Массивный кухонный стол оказался совершенно свободен, непродолжительное время.

Продолжительное время мы исследовали его крепость.

— Какой вкусный завтрак! — наслаждался через озвученный час обещанным омлетом.

Выполнен последний был в японском стиле. То есть завёрнут на манер бутерброда и размещён между тостами и ветчиной. Листья салата были вершиной конструкционного дизайна.

— Спасибо, мне приятно. Только он совсем обычный.

Юная японка вновь вернула свой скромный образ. Ничего, что на ней было только нижнее бельё (нижняя его часть) и моя футболка. Ей выглядеть скромной это не мешало. Скромной и жутко привлекательной.

— Обычный он не может быть ни при каких условиях. Если бы ты просто приготовила его дома, а потом поделилась на работе, всё равно бы он нёс определённый смысл, связанный с вложенными чувствами. А уж в нашей ситуации…

— Спасибо, — ещё раз поблагодарила скромница.

— Тебе спасибо.

До полудня ничем особым не занимались: болтали, занимались сексом. Будничное для меня занятие, ага — зажрался. Или иначе можно выразиться.

Предложил Нарита-тян остаться на обед. Хотелось отплатить за завтрак и приготовить следующую еду самому. Настоял на этом, а так же на сохранении моей футболки в качестве домашней одежды, а она всё порывалась сбегать за чем-нибудь приличным. Пресёк, само собой, подобные поползновения. Зачем нам сегодня что-то приличное? И вообще, не зря же я чистую футболку пожертвовал!

Готовить Изуми всё же вызвалась мне помочь.

— Звонок от Яны, — сообщила виртуальный ассистент.

— О, замечательно, сейчас планшет поставлю…

Гостья справилась быстрее. Сбегала до дивана, захватила устройство, свернула чехол и водрузила прямо передо мной на стол.

— Спасибо!

Японка только тихо пискнула что-то и убежала в соседнюю комнату. Кажется, знакомство с моими родителями оставило определённое впечатление.

— Привет, мелкая!

С экрана на меня светило моё солнышко, затмевая настоящее. За спиной у дочери обильно было синевы, а по нижнему краю передаваемого изображения можно было различить песок.

— Привет, па! А мы с мамой на пляж выбрались!

— Это здорово!

— Тут очень круто! Сначала было не много людей, а сейчас уже половину пляжа заняли.

Елену моя девочка тоже умудрилась выловить камерой, стоя при этом спиной. Стояла супруга к юному репортёру немного боком и спиной к солнцу. Это делало контуры фигуры заметными. Не удивлюсь, если в этой части пляжа скоро будет не продохнуть от людей, в большей степени мужчин. Определённо, отец был прав касательно своих опасений насчёт её приезда. Хорошо у меня есть сейчас затмевающий фактор, убежавший недавно в спальню.

— Очень рад, что ты добралась, наконец, до воды. Могу тебе только искренне позавидовать.

— Зачем завидовать? Ты же сам меня любовью к морю заразил. Давай, приезжай к нам.

Неожиданно.

— Не получится, дорогая моя, извини.

— Чем ты там занят? Конференция закончилась. Выходной день!

— Есть дела, — чуть строже сказал, чтобы до ребёнка дошла бесперспективность уговоров.

— Ладно, тебе же хуже! Как твоё выступление прошло?

Дочь не стала дальше наседать, потому что хорошо меня знала.

— Вполне нормально.

— Ох, — тут уж Янка не постеснялась выразить всю глубину своих чувств, — вообще, я видела его. Хотела узнать твоё мнение. Теперь вижу, что не зря.

— А что такое?

— Да, ты закончил как? — чуть оживилась мелкая, — а, впрочем, сам догадаешься. Будет, чем тебе заняться в перерыв между тем, чем ты так там занят. Раз уж не хочешь приехать к нам.

— Какая-то ты суровая стала! — сделал грустную мордашку.

— Всё, я пойду плавать. И маму в воду затащу, а то её точно одну джигиты украдут. А ты страдай там без солнца! Пока!

Яна взмахнула эффектно блестящими русыми волосами.

— Пока, пока! — усмехнулся.

— У тебя красивая дочь, Галактион.

Изуми уже стояла напротив.

— Да, моё маленькое сокровище. Набралась от меня вредности, правда. Хорошо, не только этого добра взяла.

— Думаю, это наследственное.

— Эй, с чего вдруг такие наветы?

— Дай вспомню, — вдруг приложила девушка указательный пальчик к голове, — что же за мужчина с недовольным видом ходил под руку на конференции с одной из самых эффектных женщин?

— Так там…

— Знаю. Ты был нацелен на Федерику, но… я ведь была не хуже?

— Не хуже — это скромно сказать.

— Ты понимал, что вряд ли я буду против твоего внимания?

— Понимал, — насупился.

— Но при этом всё равно до последнего упирался.

Японка ожидала от меня реакции, но я только поднял руки вверх, признавая капитуляцию.

— Хорошо что ты не стал рассказывать, что обо мне заботился в первую очередь.

— Конечно, нет, Изуми. Я в первую очередь беспокоился о себе. И не зря беспокоился, к твоему сведению. Ты своими вот этими вот прелестями, — сделал круг в воздухе разделочным ножом, оторвав его от шинковки, — совсем меня подчинила.

— Правда? — и глазками похлопала.

— Ох, давай уже готовить, — отмахнулся свободной рукой.

— Не знаю, что-то мне жарко стало…

Экзотическая красавица взялась за светлую ткань в районе груди и нагнала парой движений под одежду воздух. Этим она не удовлетворилась. Подхватила края футболки на бёдрах и сноровисто дотянула её до самой груди, едва обнажая низ.