— И создаст новые.

— Икар. — Элмар буквально выплюнул имя моего одногруппника. — Скажи, Арбузик, как быстро у светлого мальчика прорежутся ушки?

— Ты знаешь?

Мое разочарование было таким явным, что Элмар расплылся в широченной улыбке. Он лениво взмахнул рукой, и лежащие на полке книги на пару секунд зависли в воздухе, чтобы шлёпнуться обратно:

— Баллады на светлоэльфийском.

— Замаскированные под учебники!

— Зато звёздчатая ягода провоняла всю комнату. Свежевыжатые соки для Икара? Можно оборжаться. А вот ваш мини-садик — уже не так весело. Большая часть растений, выращиваемых твоим щеночком, запрещена к ввозу на территорию Тёмного Альянса.

— Как узнал? — глухо уточнила я.

Садик мы с Икаром разбили в заброшенном уголке парка и прикрыли многослойной иллюзией. Грядки охраняли Киса и банши, так что ни единая душа не подозревала о маленьком хобби Икара. С каждым днём он обретал всё больше воспоминаний, но пока они относились к хранилищу долговременной памяти. Это были знания и умения, которыми владел светлоэльфийский принц до того, как его личность была полностью стёрта.

— Ирб-Ноол пользуется услугами того же поставщика, что и император. Это единственный торговый канал между нашими землями. Лорд Льен слишком рьяно борется с контрабандой.

— Звучит так, словно ты не одобряешь действия собственного главнокомандующего.

Хотела задеть Элмара, но тот встретил мою шпильку снисходительной улыбкой.

— Во многих вопросах Льен излишне принципиален. Твоё проклятие, Элена, как и твои тайны, слишком заманчивы. Лорд Льен держится от них в стороне только потому, что ему пока хочется оставаться всего лишь наблюдателем. Его послания — первое и последнее предупреждение. Терпение главнокомандующего на исходе.

— Я больше не стану передавать силу Икару. Не хочу его подставлять.

— Верное решение.

Мы с Икаром не обменивались магией последние полторы недели, как и не стали завершать связывающий ритуал. Светлому было слишком тяжело принимать мою Тьму, и кошмары, посещавшие его после этого, не стоили моего мухлежа. Да и преподаватели уже смирились, что я больше не поражаю их своими талантами и умениями. И всё-таки один жирный плюс у нашего эксперимента был — к Икару начала возвращаться память.

— Я хочу, чтобы ты отправилась со мной на вольную охоту.

— Ты так уверен в победе?

— Я уверен в себе. И в тебе. Мы лучшие, Фиалочка.

— Думаешь, лорд Льен позволит наследному принцу отправиться в спорные земли?

— Я наследный принц, а не принцесса. Улавливаешь разницу?

— Ну да. На девочку ты не тянешь.

— Рад, что ты это заметила. — Элмар поднялся с пола и присел на край кровати. — Так что с моим предложением? Статус официальной фаворитки защитит тебя от лорда Льена.

— Договор составлен на имя Динары Лэсарт…

— И станет недействителен, как только ты вернёшь себе настоящее имя. Это временное соглашение.

— Я смогу сказать Икару?

— Нет, — предельно жёстко произнес Элмар. — Икар будет считать, что ты выбрала меня. Ты и так достаточно для него сделала. Пора позаботиться и о себе.

— А если я хочу быть с ним? Когда всё закончится…

— Уедешь с ним в Вечнозелёный лес, наденешь светлое платье и станешь возносить молитвы Свету? Динара, не смеши мои тапочки.

— Нет у тебя тапок!

— Уже сдохли. От смеха, — припечатал боевик. — Лэсарт, видит Мрак, я хотел, чтобы у тебя с Икаром всё сложилось. Он казался мне нормальным парнем, не без сдвига в башке, конечно, но его чувства были мне понятны, как и помыслы. Но светлому я тебя не отдам…

— Ваше высочество, вы забываетесь! Я не приняла ваше милое предложение!

Я швырнула свиток в Элмара, тот ловко поймал его и положил на кровать.

— Примешь, когда успокоишься и всё взвесишь. У тебя нет выбора. Либо я, либо лорд Льен. Думай, Арбузик. В том числе и как будешь разгребать то, что наворотила за последний месяц. Не забудь, что после завтрака у нас разбор результатов прошлой охоты.

— Помню. А ещё ко мне должны заглянуть из Карагата.

— И что твой инкуб притащит на этот раз? Нет, я ничего не имею против случайных заработков, но скромнее нужно быть и не таскать по десять арбалетов за одну ходку. Латар уже намекает, что тебе пора оформить патент иллюзиониста и начать платить налоги.

— Иллюзии нынче пользуются спросом, — скромно заметила я.

Тяжело бремя популярности! За последний месяц я стала самым востребованным иллюзионистом по эту сторону гор. Мои творения были на слуху у настоящих ценителей. Особенно их восхищало умение воссоздавать визуальные эффекты легендарного оружия. Вот за ними и пожаловали мои внезапно обретённые братья, уже минут десять певшие мне дифирамбы.

Нет, врать уважаемые гномы не хотели. Несолидно мужам их возраста и положения лгать хранителю, но, увы, к учащимся военной академии Карагата пускали лишь родственников и любовников.

Я ещё раз осмотрела бородатые физиономии гномов и поняла, что в принципе согласна на роль сестрички. Альтернатива ещё хуже!

Мастер Руфус меня нехило подставил. Знай я заранее, что въедливый гном заказал воплощение топора короля гномов, фиг бы взялась за заказ. Теперь же мастер Руфус щеголял иллюзией топора, в былые времена наводящего ужас на всех врагов Подгорного королевства. Те обращались в бегство, лишь заметив призрачный отблеск зачарованной стали… Короче, уважаемые гномы хотели такие же, а главное, быстро, качественно и, по возможности, недорого. То, что у меня близился финал переподготовки, на носу учебные бои и главнокомандующий точил зуб, гномов не волновало. Они сочли, что я тупо набиваю себе цену, и были готовы её удвоить. Главное, чтобы качество не пострадало. Пришлось пообещать, что я подумаю над их предложением.

Проводив названых братьев до моста, я мысленно попрощалась с завтраком и сразу поплелась к памятнику лорду Льену, куда как раз подтягивался народ из столовой.

Напарник уже восседал на лавочке, а перед ним в две шеренги выстроились те, кто в минувшие выходные выходил на охоту. Справа стояли гордые обладатели трофеев, слева — неудачники.

— Улыбочку! Вот так! Ещё один слепок! Ария, не стой столбом, опроси тех, кто пришёл с пустыми руками! — Миранда слепила записывающим кристаллом победителей, чтобы уже завтра разместить их ошалевшие физиономии на страницах «Карагатского вестника».

Девочки всё-таки нашли силы и время для создания газеты и теперь охотились на местные сплетни с не меньшим рвением, чем боевики на трофеи. Вот с последними ситуация у первого и второго курсов была плачевная.

Длина шеренги аж в три тела — прямое тому доказательство.

— Н-да. Чем ближе конец года, тем хуже результат, — скорбно обронила я, игнорируя возмущённый гул в рядах неудачников.

— Лэсарт, присаживайся. Только тебя и ждём.

— Конечно, Элмар. Я готова.

Я чинно опустилась на лавку, чтобы тут же услышать, насколько я коварная, бессердечная и наглая. Нет, разумеется, изъяснялись боевики предельно вежливо. Все помнили печальный опыт первокурсника, обозвавшего меня гадиной стервозной. Я даже о муравьях подумать не успела, а парень уже катался по земле, пытаясь сбить зелёное пламя.

— Ваше высочество, мы хотим подать официальный протест.

— Так-так-так… С этого места поподробнее, — незамедлительно ввернула я.

— Адептка Лэсарт портит нам охоту…

— Наглый поклёп! Элмар, и в мыслях не было! — Я уставилась на напарника честнейшим взглядом.

Уголок рта боевика подозрительно задёргался, но он нашёл в себе силы важно кивнуть:

— Слушаю.

— Лэсарт подговорила русалок. Они теперь с нас за проход вдоль озера деньги берут!

— А я предупреждала, что охота с использованием магической сети — плохая затея.

На русалочий жемчуг боевики охотились неделю назад. Самые умные согласились с требованием хвостатых и устроили тем романтическое свидание на берегу, тупые и недальновидные использовали парализующую сеть, а теперь осознали, как сильно просчитались. Охота завершилась, а мимо озера два года как минимум ходить.