Резкой! Внезапной! Да так и заикой можно остаться!

При приземлении пострадала лишь пятая точка и гордость, зато концентрация слетела напрочь, поэтому не прошло и пары секунд, как рядом замаячила злющая физиономия Элмара.

Мимо величественно проплыла Тиана, её боевик шагал рядом и галантно держал девушку под локоток. Кажется, подруга всё-таки нашла подход к своему напарнику.

Я печально посмотрела на Элмара.

— Встать хотя бы поможешь?

— Так я тебя не ронял. — Парень демонстративно сложил руки на груди.

Нет, сочувствия от этого изверга точно не добьёшься. Ныть бесполезно, а страдать лучше молча.

— Ты активировал привязку, — процедила я сквозь зубы.

— Чтобы выяснить, где ты находишься.

Не поняла, выходит, Элмар не имел отношения к моему экстренному возвращению?

— И куда ты собиралась? — Боевик присел рядом.

— Как это куда? Ты разве не слышал? Всех иллюзионистов пригласили в Красную аудиторию. — Я поднялась на ноги и отряхнулась. Указательный палец вспыхнул от боли.

Надо же! Так сильно порезалась.

Элмар отреагировал мгновенно: выбросил руку, перехватил мою ладонь и внимательно осмотрел порез.

— Когда успела?

— Не твоё дело! Пока я тут с тобой болтаю, все приличные места расхватают. Если мне придётся по твоей милости переэкзаменовываться, сидя на первой парте…

Слова замерли на моих губах, потому что, повернувшись, я увидела того, по чьей милости у меня теперь ныл указательный палец. У стены в полном боевом облачении стоял наш главнокомандующий.

Перевела взгляд на дверь. Теперь я не сомневалась, что Элмар был не виноват в моём неожиданном падении. Лорд Льен не позволил мне сбежать. Ещё бы понять, чем мне это грозит! Когда же я снова повернула голову, Первый паладин Мрака уже исчез.

Попадание в Красную аудиторию свершилось вопреки моему желанию. Элмар притащил меня за руку, и да, на галантное сопровождение это не тянуло. Боевик шагал размашисто, совершенно не беспокоясь, что я не успевала. Так что пришлось сцепить зубы и бежать рядом, причём молча, быстрый подъём на третий этаж отбил всякую охоту разговаривать.

— Не смей меня позорить! — Прощальное напутствие и следом тычок в спину.

Мрак вездесущий, мы всего сутки знакомы, а этот придурок ведёт себя так, словно мы уже не один год женаты. Пора требовать развода или становиться вдовой!

В аудиторию я влетела злющая, как гхар, и остановилась, не веря своим глазам. Если преподаватели Военной академии Карагата желали продемонстрировать, что знают толк в хороших иллюзиях, то Красная аудитория подходила для этих целей как нельзя лучше.

Это же потрясающе!

Я подошла к ближайшей чаше и погрузила руки в иллюзорный огонь. Яркий, трепещущий, едва потрескивающий и в то же время — чистая иллюзия без сенсорной начинки. Обжечь такой не мог, а вот превратить учебную аудиторию в подобие огненной пещеры — запросто.

Нет, миленько у них тут. Неуютненько, но миленько. Словно во взаправдашней Бездне побывала.

Огонь был везде! Он полыхал в высоких каменных чашах, пробегал лёгким маревом по темно-коричневым стенам, вспыхивал в глубине мозаичных камней, выстилающих пол. Столько магии! Родной, привычной и понятной магии для всех иллюзионистов.

Я шагнула к следующей чаше и замерла… Ну ничего же себе! Вот в этой огонь был как раз настоящий. Осторожно, буквально на цыпочках я приблизилась к огню, повела над ним ладонью, и всё… аудитория резко перестала мне нравиться. Потому что это были не милые декорации, а самые что ни на есть настоящие гхаровы ловушки! Ведь огонь был везде! Он пробегал даже по партам!

— Так, ребят, признавайтесь, кто-то умудрился подпалить себе задницу?

Ляпнула на эмоциях и только потом заметила трёх адептов ШИПа, мнущихся вдоль стеночки. Занимать парты они не торопились.

— Серьёзно? А ну, живо показали!

Показывать мне ничего не стали, более того — парни слаженно шагнули к стене.

— Нет, какие мы, оказывается, стеснительные! Дело ваше, хотите светить подпалённым тылом по всему Карагату — валяйте.

— А разве ты сможешь помочь? — Одногруппник смотрел недоверчиво.

Как будто первый день меня знает!

— Целительские способности не прорезались. Так что тут, увы… Но форму подлатаю. И ещё один момент. — Я пристально осмотрела аудиторию. Потом вскинула руки. — Кто заорёт — сам дурак.

Огненная волна пробежала по аудитории под редкие, но от этого не менее звонкие вопли одногруппников. Вот предупредила же! И потом, я во владении стихийной магией ни разу замечена не была. Так чего орать? Ясно же, что, кроме иллюзии, ничем порадовать не смогу, но там, где иллюзорный огонь сталкивался с такой же пламенной иллюзией, в воздухе появлялись крошечные тучки, из которых медленно и печально сыпал снег.

— Так, а теперь пошевеливайтесь! Не хочу, чтобы кто-то из преподавателей Карагата обнаружил меня любующейся вашим филеем!

Парни сделали несколько шагов и вдруг замерли, дружно таращась куда-то позади меня. Остальные адепты шустро рассаживались за партами, следуя моим подсказкам.

Я медленно обернулась и инстинктивно всплеснула руками. Дубль огненной волны прошёл по аудитории, заставив активироваться щиты над двумя из четырёх мужчин, появившихся за длинным преподавательским столом.

— Огненного утречка… — пробормотала я, присматривая для себя парту подальше от стола потенциальных экзаменаторов.

— Полная неспособность к улавливанию скрытых аур, — сухо произнёс златокожий мужчина с занятной росписью на лице.

Наивный! Мы и явные не различаем. Нет такой потребности. Создавать фантомы иллюзионисты могут, задействовав формирование единого слепка, включающего копию оболочки, ауры и поведения. Разбивать процесс на компоненты нас не учили. Смысл, если результат и так радует?

Вспомнился собственный фантом на полигоне. Не отягощённый скрытой нагрузкой, он спокойно пробежал положенные круги, ещё и на стрельбу сил хватило.

— У всех, — веско добавил златокожий.

А тут кто-то на мой счёт сомневался? Спросили бы прямо. Да, не умею.

Я с трудом подавила желание обхватить себя руками, чувствуя, как по коже скользит заклинание общей магической диагностики. Следовало бы возмутиться, но раз я ауры не вижу, невидимость не улавливаю, то логично, что и тут полный ноль.

Нет, тратить время на бесполезные споры я не стала. Вместо этого уставилась на златокожего. Уж больно внешность у него было колоритная. Рассмотреть как следует татуировки мешал капюшон балахона, но я заметила лёгкий блеск чешуек на его лбу по линии роста волос.

Саламандер! Настоящий живой саламандер!

Я впервые видела жителя пустыни настолько близко, что могла считать его оболочку. Я жадно всматривалась в лицо саламандера, запоминая каждую чёрточку. Нет, в идеале стоило бы попросить его подняться и снять мешковатый балахон, но вряд ли саламандер согласится удовлетворить мою просьбу.

Жаркий порыв ветра ударил в лицо, прервав процесс изучения.

— Адептка Лэс-с-сарт! — Между тонких коричневых губ мужчины промелькнул длинный раздвоенный язык. — Она пыталась с-сделать с-слепок!

Вообще-то уже сделала, но не спешу признаваться.

— Только оболочки? Почему не ауры? — спросил бородатый мужчина.

Голос у него был низкий, чуть вибрирующий, словно исходящий из глубины колодца. Мне вспомнился профессор Блекс, тот тоже был заклинателем. Интересно, где он теперь? И почему за столом нет госпожи Ортон?

— Сомневаюсь, что хоть один из адептов ШИПа способен рассмотреть мою ауру.

Пренебрежение в голосе саламандера подействовало на меня как красная тряпка на быка.

— К чему рассматривать ауру, если можно любоваться двойником?

— Хочешь сказать, что сумеешь создать мой абсолютный фантом? — Златокожий подался вперёд.

— При определённом содействии с вашей стороны. Вам придётся убрать всю магическую защиту и обеспечить доступ к телу.

В аудитории началась эпидемия кашля. Причём заразу подхватили не только шиповцы, Бородач тоже старательно прикрывался ладонью. На двух других мужчин я старалась не смотреть, чутьё подсказывало, что с чувством юмора у них огромные проблемы.