Он связался с Лежаковым и постарался придать голосу максимальную серьёзность.

— Товарищ генерал, если Косте действительно так нужна помощь, могу ли я официально поступить к нему в распоряжение?

Лежаков на экране помолчал несколько секунд, обдумывая предложение, после чего утвердительно кивнул.

— Да, ты прав, это может помочь. Всё, официально придаёшься к отряду Кости. Надо продавить эту точку, если захватим, или хотя бы уничтожим, будет шикарно! Действуй!

— Принял!

Ершов отключился от Лежакова и сразу набрал Костю. На экране появилось знакомое лицо, и капитан заметил, что на заднем плане кто-то возится с кастрюлями.

— Да погоди ты, чего звонишь? — недовольно отозвался Костя. — У нас тут, между прочим, шурпа подоспела, как раз разливаем, а ты отвлекаешь.

— М? — Ершов на секунду завис, пытаясь осмыслить услышанное.

— Да неважно. Чего хотел? Нет у нас посадочных мест.

— Да и пофиг на места. — пожал плечами Ершов, — Слушай, мне тут Лежаков выдал официальное распоряжение, я теперь под твоим руководством.

— И что?

— Ну знаешь… — Ершов замялся, подбирая слова. — Можешь хоть какое-то задание дать, если я тут не нужен? Ну хоть что-то интересное, а то ребята уже от скуки воют.

На экране Костя задумался, почесал подбородок и куда-то посмотрел в сторону.

— Гм… Задание? Да без проблем. Тут соседний военный городок есть, километрах в сорока к северу. Туда лети и захвати его, раз так хочешь.

Связь прервалась, и Ершов остался сидеть и переваривать полученный приказ. Ну, в принципе, даже так лучше, чем тут кружить до бесконечности. И если Костя сказал захватить, значит там скорее всего не будет серьёзного сопротивления. Может, вообще никого не осталось, раз все силы стянуты сюда.

— Меняем курс! — скомандовал капитан пилотам. — Сорок километров на север, военный городок противника. Будем брать!

Вокруг творился полноценный ад, и это было прекрасно. Всё вокруг заволокло дымом, гарью и копотью, повсюду гремели взрывы и разрывы, строчили пулемёты, ревели двигатели, и общая какофония складывалась в ту самую симфонию хаоса, которую я научился ценить ещё в прошлой жизни.

Но над ангарами, где стояли самолёты, висел энергетически-магический купол, с виду невероятно мощный и вообще непроницаемый. И этот купол, по идее, не должен подпускать к машинам вообще никого. Ни демонов, ни своих, ни чужих, ни случайных осколков, вообще ничего опасного. Самолёты находились в полной безопасности, и это для новосов явно главное.

Я окинул взглядом поле боя и мысленно подвёл итоги. Столовую уже разнесли вдребезги, от здания остались только фундамент и несколько покорёженных балок. Командная башня, с которой мы недавно управляли ПВО, получила прямое попадание и теперь живописно дымилась. Отовсюду тянулись подкрепления противника, в небе продолжали реветь самолёты, а Психи, судя по докладам, ушли на прорыв и, кажется, прорвались туда, куда я им подсказал.

— Ну что ж, — обратился я к своим ребятам, которые собрались вокруг, — мы тут в принципе закончили. Можно уходить спокойно.

— Да неужели! — воскликнул Игорь и ткнул пальцем куда-то в сторону. — А это тогда что⁈

Я повернулся и посмотрел на приближающиеся сразу со всех сторон танки. Очень много танков, а вместе с танками двигалась куча пехоты и прочей техники, и всё это ползущее, рычащее и стреляющее безобразие явно намеревалось сровнять нас с землёй.

Художник тем временем уже возился с одним из трофейных самолётов, который с самого начало сиротливо ютился на краю аэродрома.

— Мне нужно пару минут, чтобы запустить двигатели и привести всё в норму! — крикнул он, не отрываясь от работы.

— Каких пару минут⁈ — заорал кто-то из бойцов. — Танки через минуту будут здесь! Не успеем!

— Не ссыте, — усмехнулся я. — Танки беру на себя.

Я присел на корточки и быстрыми движениями начертил на бетоне пентаграмму. Символы засветились характерным зеленоватым светом, и из центра фигуры начали появляться демоны. Маленькие, склизкие, отвратительно воняющие даже на расстоянии.

Демоны-вонючки, один из самых недооценённых видов во всей демонической иерархии. Слабые в прямом бою, абсолютно бесполезные в магическом противостоянии, но зато способные проникнуть куда угодно, потому что умеют превращаться в жидкость и просачиваться через любые щели.

Мои бесы немедленно зажали носы и попятились подальше, потому что изюминка этих демонов заключалась именно в их непередаваемом аромате. Описать этот запах словами было практически невозможно, но если смешать протухшую рыбу, скунса, канализационные стоки и добавить туда немного серы, получится лишь бледное подобие того, чем благоухали эти твари.

— Вон та цель, — я указал на приближающийся батальон танков. — Работаем.

Демоны пискнули что-то утвердительное и помчались к противнику, на ходу превращаясь в мерзкую зеленоватую жижу.

Прошло около минуты, и танки начали вести себя странно. Сначала один из них закрутился на месте, потом второй, третий. Машины дёргались взад-вперёд, после чего люки начали распахиваться один за другим, и оттуда посыпались танкисты, кашляющие, хватающиеся за животы, пытающиеся вдохнуть хоть немного свежего воздуха.

— Ну я же говорил, что решу вопрос, — я повернулся к Художнику. — Давай, заводи птичку.

Двигатели взревели, набирая обороты, и наш трофейный самолёт начал выкатываться на полосу. Бойцы быстро погрузились на борт, я запрыгнул последним, и через минуту мы уже неслись по бетонке, набирая скорость для взлёта.

Подмога так и не смогла к нам прийти, но это и не было нужно. Наоборот, они бы только помешали, путались бы под ногами и задавали глупые вопросы. Потому я и отправил Ершова в другое место, пусть там развлекается. Даже интересно, в той стороне и правда есть военный городок? Впрочем, неважно. Это же Новая империя, тут везде военные городки. Какой-нибудь обязательно найдет, а бесы в случае чего прикроют.

Самолёт оторвался от земли и начал набирать высоту. Художник ловко маневрировал между облаками дыма, поднимающимися от горящих зданий, хотя необходимости в этом уже не было, потому что системы ПВО давно замолчали.

— Ну что? Домой? — улыбнулся Художник, оборачиваясь ко мне.

— В смысле домой? — удивился я. — Мы же в Стальград летели. Это только полпути! Да и Психи туда бегут, чем мы хуже?

— Может, полетим домой не потому что хуже, а потому что устали? — осторожно предположил он. — как бы двое суток на ногах…

— И сколько лететь до города?

— Минут пятнадцать…

— Ооо, мы пять раз выспаться успеем! — я откинулся на спинку кресла и махнул рукой. — Рули на город!

Генерал Вшивин стоял посреди того, что ещё вчера было гордостью военно-воздушных сил Новой Империи, и медленно качал головой, пытаясь осмыслить масштаб произошедшего. Новейший аэродром, построенный по последнему слову техники, оснащённый самыми современными системами обнаружения и защиты, буквально сверкавший новизной ещё неделю назад, теперь представлял собой унылое зрелище из воронок, пожарищ и искорёженного металла.

Взлётная полоса была перекопана так основательно, словно по ней прошлось стадо взбесившихся экскаваторов. Радарные вышки лежали на боку, командный пункт дымился развалинами, казармы превратились в груду обломков, и куда ни глянь, везде виднелись следы ожесточённого боя.

Но один момент всё-таки радовал генеральское сердце посреди всего этого безобразия. Купол над ангарами всё ещё стоял. Да, вокруг него клубился дым от многочисленных пожаров, да, защитное поле слегка мерцало от перегрузки, но оно держалось, и это было главное.

Если бы купол не стоял, голова самого Вшивина уже не стояла бы на плечах, а валялась бы где-нибудь в сторонке, отделённая от тела по приказу императора. Под этим куполом находились не просто самолёты, а новейшие экспериментальные разработки, настолько секретные и перспективные, что их потеря означала бы катастрофу государственного масштаба. И уж точно никто в командовании не мог даже предположить, что Российская империя сумеет добраться до этого объекта, расположенного в глубоком тылу и защищённого несколькими линиями обороны.