Там же

Спустя два дня

Командующий сидел в своем кресле, курил, и спокойно перелистывал одну страницу отчета за другой.

В этот раз собравшиеся были еще более мокрыми, разве что луж под ногами не появилось. Хотя, кажется, вот-вот появятся, настолько напряженная атмосфера царила в кабинете начальника форта.

Тем временем командующий достал еще одну сигарету, по счету уже пятнадцатую подряд, и снова прикурил.

— Это точно все отчеты? — уточнил он, отложив папку с бумагами. — больше нет?

— Это последний, — кивнул кто-то из офицеров.

— Ну, хорошо. — кивнул мужчина. — Очень хорошо. — некоторое время он сидел, смотрел в запотевшее окно, после чего быстро раскрыл ящик стола и достал оттуда пистолет, приставив его к виску.

— Остановите его! — крикнул заместитель начальника и офицеры стали отбирать пистолет, тогда как мужчина начал вырываться и всё еще пытался застрелиться.

— Отстаньте от меня! Дебилы! Дайте уйти спокойно! Я не хочу под трибунал! — верещал он.

А рядом, на столе, лежал открытый итоговый отчет, составленный на основании проведенных недавно учений. Этот отчет был короче остальных, ведь сюда внесли выжимку из других отчетов, без описания подробностей.

Про то, что при проверке артиллерийских установок шесть снарядов разорвались прямо в стволах, убив часть личного состава. Так что по итогу из двадцати пушек в строю осталось только четырнадцать, да и те использовать запрещено. Так как всю партию снарядов признали бракованной и уже отправили на утилизацию, а новую ждать еще несколько дней.

Что с ракетами для систем противовоздушной обороны? Сорок штук пропало, девяносто повреждены, а на трех оставшихся неизвестные нанесли матерные слова, адресованные правителю Новой империи. Они тоже подлежат уничтожению, так как краску смыть не удалось.

Боеприпасы к стрелковому оружию тоже отправились на утилизацию, ведь из тысячи проверенных патронов, девяносто два дали осечку. И при разборе вместо пороха был обнаружен сахар…

Часть признается совершенно небоеспособной, и процент готовности к исполнению обязанностей равен четырнадцати. Это и стало последней каплей для командующего и всё, что осталось — это застрелиться и уйти хотя бы с малой долей чести.

— Отпустите, ироды! — кричал он, пытаясь выстрелить себе в висок.

— Мы справимся! Со всем справимся! — кричали ему в ответ офицеры.

— Командир, у нас проблемы! — голоса офицеров перекричал посыльный и все замерли, удивленно уставившись на него.

— А вот мы будто бы не знали, — съязвил кто-то из них.

— Нет, всё еще хуже! Противник под нашими стенами, имперские войска вот-вот начнут штурм! — заверещал тот, — Что прикажете делать?

— Но почему мы узнаем о появлении противника только сейчас? — возмутился заместитель начальника, — А как же дозоры? Как же датчики? Как же наш высокочувствительный радар раннего предупреждения?

— Вот насчет радара совсем неудобно получилось… — скривился посыльный, — Если я всё правильно понял, в радаре было насрано. Возможно именно поэтому он работал некорректно.

— Отпустите командующего. — спокойно проговорил заместитель и офицеры, переглянувшись, ослабили хватку. — И если что, я буду первым в очереди! А то патронов на всех не хватит…

Игорь с Брагом высадились из вездехода и стали стряхивать с себя присохшие комья грязи, тихо ругаясь себе под нос. Всё-таки они понимали, что их отправят куда-то далеко… Но чтоб настолько?

Рядом расположилась какая-то полузаброшенная деревня, состоящая из десятка полуразрушенных косых домиков, и… И всё. Вокруг, куда ни кинь взгляд, поля. А еще какое-то жалкое подобие дороги, что извивается и норовит засосать в себя любую технику. Вездеход? Да ей плевать, всё равно засосет и делай, что хочешь.

По пути бойцам даже казалось, будто бы проще съехать с дороги и ехать по-человечески подальше от нее. Вот только и съезжать некуда, ведь кругом поля с легендарной сахалинской картошкой, так горячо любимой всеми солдатами Империи, и не только.

Как назло, недавно прошли дожди, потому проехать оказалось еще сложнее. И ведь не стоит забывать, что копать картошку в получившемся месиве будет гораздо сложнее.

На шум двигателя из деревни вышел староста. Седовласый старик с длинной седой бородой. Причем настолько длинной, что бедолага, то и дело, наступал на нее, каждый раз ругаясь на это и поднимая бороду повыше руками.

— А вы, собственно, кто? — прищурился он и посмотрел на двух бойцов, что до сих пор пытались избавиться от налипших на них комьев грязи.

— Солдаты, — пожал плечами Игорь.

— Вот бы никогда не угадал. Обычно только гражданские ходят в военной форме, и никак не солдаты, — усмехнулся староста.

— Ой, сам ведь знаешь, должны были доложить, — скривился Браг. — Мы прибыли помогать со сбором картошки.

— Ребят, вот скажите честно, — вздохнул старик. — Вы похмелиться забыли, да?

— Да с чего ты так решил? Мы на службе не пьем! — возмутился Игорь.

— Да? А как еще объяснить то, что вы сюда приперлись? Может ошиблись? Свернули не туда? Вы проверьте еще раз, ведь тут явно какая-то ошибка, — старик действительно не верил, что в его захолустье прислали двух бойцов для сбора картошки. Нет, он отправлял запрос правительству региона, но никак не думал, что на его просьбу ответят именно так.

— Вот бумаги, — Игорь достал из внутреннего кармана свернутый листок и, развернув его, показал старосте. — Это ведь деревня Япцово?

— Да, она… — теперь старик задумался и, перекинув бороду через плечо, вчитался в записи. — Гм…

— Так в чем проблема? Тебе радоваться надо, дед, что помощь прислали. А ты какой-то недовольный, — нахмурился Игорь. — И вообще, если уж говорить по-честному, староста ты так себе, кстати.

— С чего это ты так решил? — возмутился старик.

— Да с того, что даже дороги сюда проложить не могут! С каких пор в Империи такие дороги? Никогда еще не видел, чтобы всё было настолько плохо! — воскликнул Игорь.

— Ты ничего не понимаешь, просто, — усмехнулся старик. — Может в Империи дороги и хорошие, но нам такие даром не нужны, так что мы сами отказались!

— Ну вот, из-за полоумного деда страдает целая деревня, — пожал плечами Браг.

— Говорю же, вы ничего не понимаете! — расхохотался староста. — Мы, мало того, что отказываемся от дорог, так еще и сами разбиваем их периодически. Зачем? Так чтоб японцы не прошли! Вы на вездеходе еле добрались, а теперь представьте, каково им! Мы на металлолом пять японских танков после последнего налета сдали!

— Ну ладно, с этим спорить не буду, действительно умно, — уважительно кивнул Игорь. — Но вернемся к делу. Вы что, не рады нас видеть?

— Рады, конечно, — вздохнул дед. — Но где остальные солдаты?

— Вот я, а вот Браг. Нас аж двое, даже не один! — усмехнулся Игорь.

— Нет, вы всё-таки ошиблись, — помотал головой староста. — Ладно, пойдем, покажу что надо делать и сами всё поймете.

Он развернулся и отправился проводить экскурсию. Сначала показал поле, в котором прямо сейчас трудятся десять жителей деревни, затем отвел в свой дом. Ведь показывать поля можно долго, куда проще было раскрыть карту и указать на масштабы трагедии с ее помощью.

— Вот этот ма-а-аленький кусочек смогли убрать жители нашей деревни за неделю, — он достал лупу, чтобы бойцы тоже смогли разглядеть убранный участок. — А вот это, — старик провел рукой по карте, — то, что осталось. И ради чего позвали вас, мужики. Видите, в чем дело? Тут минимум человек пятьсот надо, и то, всё не успеть!

— Ну, пятьсот-не пятьсот, это уже неважно. Как минимум, двое есть, — пожал плечами Игорь. — Уже хорошо. Да и всё равно у нас приказ собрать всё, так что надо выполнять.

— Да уж… — скривился дед. — Командир у вас, видимо, зверь тот еще.

— Хах! Не представляешь насколько! — рассмеялись бойцы.

— Ладно, давайте я свяжусь с властями, пусть перенаправят вас на другой участок, где полегче, — вздохнул староста. — А то и правда, как-то несправедливо требовать от вас такого. С нами и так понятно, план мы не выполним и картошка пропадет… Но вам-то какой смысл тут сидеть?