— Ну? Что там? — нахмурился командующий и даже поставил свой кубок обратно на стол. — Что случилось? Кто-нибудь знает?

— Может, в говно наступил? — предположил кто-то.

— Не, в таком случае он бы сразу убил себя клинком, — отмахнулся тот. — По крайней мере, я бы так сделал…

Вот она, паника… Когда никто не знает, что происходит, но все почему-то точно уверены, что происходящее явно ничем хорошим не закончится.

А ведь Серафим с метлой случайно увидел всего одного бойца… Причем увидел краем глаза где-то в тени, но зато как его это впечатлило! Сразу побежал рассказывать своим дружкам, и от страха даже не смог связать и двух слов.

Спустя какое-то время из замка начали вылетать толпы Серафимов. Они поднялись в воздух, стали кружить над островом, сверкать, освещая всю его территорию. Потому совсем скоро я был обнаружен. Впрочем, если честно, прятаться в мои планы и так не входило. Да и найти меня можно было, даже не включая свет, ведь я стоял недалеко от главных ворот замка, спокойно чертил пентаграммку, а вокруг меня сверкал инфернальным огнем мощный непроницаемый купол.

Купол надо мной то и дело мигал вспышками, на нем проявлялись сложные демонические письмена, иногда проявлялись здоровенные зубы, если кто-то подбирался к нему слишком близко. Ну, а я просто стоял внутри, смотрел на мельтешащих вокруг светлячков, и с улыбкой на лице махал им рукой.

— Зло! — зарычал четырехкрылый Серафим и указал на меня мечом. — Демонолог! Враг света! Он должен быть уничтожен!

— Тебе не скрыться, жалкое тёмное ничтожество! — подхватили его выкрики другие. — Получи же, порождение тьмы! — с этими словами один из Серафимов что есть силы ударил сверкающим мечом по куполу.

— Как ты посмел осквернить нашу светлую землю? — ревел другой пернатый и тоже лупил со всей дури по куполу. — Тебе не скрыться, глупец!

— Поздравляю вас, братья! Наш враг сам пришел в ловушку! Он так глуп, что нам даже не пришлось ничего делать! — хохотал третий.

Постепенно все они собрались вокруг зубастого купола и стали лупить по нему всем, чем только могли. То магия прилетит, то стрела, то снова обрушится град ударов мечей, молотов и топоров. Правда в основном Серафимы предпочитают мечи, причем непомерно длинные. Компенсируют какие-то свои комплексы, не иначе, ведь таким мечом при наличии крыльев орудовать не всегда удобно.

Я бы на их месте пользовался только бомбами и минами. Взлетел повыше, опустошил боезапас, и лети обратно с чистой совестью. Какой смысл, при наличии крыльев, вообще вступать в ближний бой? Вот и я думаю, что никакого. Но Серафимы при этом в дальнем бою не сражаются принципиально. Даже такой редкий вид Серафимов, как называемые купидоны, предпочитают подобраться как можно ближе.

— Мужики, а может не надо? Давайте жить дружно? — я попытался урезонить окончательно взбесившихся воинов света.

— Заткни свой грязный, подлый, бестактный, невежественный, и чуть-чуть смешной рот! — прорычал не своим голосом местный командир. — Мы сами решаем, что и когда нам делать! А ничтожный, ущербный, убогий, бестолковый и слабый демонолог нам не указ! Братья, ломайте его полностью!

Новая порция заклинаний и мечей обрушилась на купол, а я лишь стоял и мотал головой. Почему они так не любят разговаривать? Точнее, нет, любят, но когда Серафимы хотят говорить, обычно уже слишком поздно.

— Слушайте, ну честное слово, давайте сначала всё обсудим! Я же проник на вашу территорию, прошел через сигнальные и защитные барьеры… — поднял я руки в примирительном жесте. — Вам правда совсем неинтересно, зачем всё это? И главное, вы не хотите узнать, что у меня в черном ящике? — указал на картонную коробку из-под робота-пылесоса, которую притащил с собой. Она просто черная, вот я ее так и назвал.

— Нам плевать, что в твоем темном грязном ящике, ничтожество! Ты будешь уничтожен! — ответил кто-то из Серафимов, и они продолжили рубить барьер.

— Нет, правда, ребята. Не советую рушить барьер, это вам не нужно… — посмотрел на этих идиотов, а они уже не обращают никакого внимания на мои слова. — А давайте так? Вы не ломаете, а я не открываю коробку! Идет?

— Мы уже почти справились! Смотрите, в каком он ужасе! — расхохотался командующий и Серафимы навалились с новой силой. — Вперед, братья! Насладитесь тем, как беспомощно враг пытается спастись!

— Вот я серьезно сейчас не советую. Шансов у вас всё меньше…

— Ха! — усмехнулся командующий, когда в барьере появилась первая трещина. — Осталось совсем немного! Навались!

— Вот ведь упертые бараны… А у меня тут, между прочим, секретное оружие! Которое уже не секретное, но вы, тугодумы, все равно не поняли, — помотал я головой. На самом деле, изначально было понятно, что разговаривать со мной они не будут. Но ведь попытаться стоило… Да и весело потом смотреть на их лица, когда они понимают, что надо было всё-таки поговорить.

— Не существует такого оружия, которое напугает Серафима! — оскалился их командир.

— Птихь! — из коробки послышался тихий чих, и в тот же миг два старых Серафима замерли, а их глаза остекленели от ужаса.

Они даже не поняли, что это был за звук такой. Просто мышечная память сработала быстрее, чем разум, и потому их парализовало. Подсознание оказалось разумнее… А ведь они даже не понимают, почему им стало так страшно.

— Грязный демонолог! — взревел командир Серафимов. — Что ты сделал с нашими братьями, отродье тьмы? Расколдуй их, иначе я заставлю тебя страдать! — странный он, ведь вроде еще до этого обещал мне какие-то страдания. Хоть бы что-то новое придумал.

— Ладно, смотрите, — снова поднял я руки. — Барьеру осталось еще двадцать ударов. У вас последний шанс остановиться и оставить меня в покое, иначе я буду вынужден открыть ящик и пути назад уже не будет.

— Тогда ты тоже смотри, человек, — остальные Серафимы отошли на пару шагов, а командир поудобнее перехватил меч. — Первый удар! — его оружие засверкало, и спустя мгновение клинок обрушился на барьер, выбив из него снопы искр. — Второй! Третий… — к девятнадцатому удару подсчет вели уже все собравшиеся. — И двадцатый! Готов к страданиям, ничтожный?

— Ты же собираешься ударить, да? — уточнил у него, и тот утвердительно кивнул. — Будем считать, что это уже произошло. Та-да-а-ам! — торжественно воскликнул я и поднял коробку.

А под ней всё это время стояло и улыбалось во всю свою зубастую пасть мелкое неказистое существо. По одежде оно чем-то напоминает варвара в кожаной легкой броне, красном плаще, в руках был небольшой топорик, кожа покрыта короткой черной шерсткой, а на голове сноп ярко-красных волос. И, судя по сияющей улыбке, это существо было очень радо видеть столько Серафимов.

— Не-е-е-ет! — отчаянный крик командира Серафимов разрезал темноту ночи, но его меч уже стремительно приближался к барьеру.

— Остановить клинок! — двое Серафимов бросились вперед, пытаясь остановить клинок своими телами, другие устремились к самому барьеру. — Напитать купол! Защитить его всеми силами!

— Пожиратели Вселенной! Чудовища! — в панике визжали остальные, не понимая, куда им деться и что делать. — Как ты привел их сюда? Братья, спасите барьер! Он не должен сломаться!

— Но это ведь порождение зла, вы сами его только что ломали с такой формулировкой, — возмутился я.

— Нет! Теперь это добрый барьер! Индульгенция! Амнистия! — заголосили те.

Вот ведь как у них все просто, и как легко всё-таки переобуваться, когда у тебя есть крылья.

— Бибуби? — монстрик тем временем спокойно подошел к барьеру, вопросительно посмотрел на меня и, получив одобрительный кивок, ткнул купол пальцем. — Бубубу!

— Ой, может не надо? Жестковато, как по мне. Даже по моим меркам… — скривился я.

— Бибубу… — расстроенно вздохнул шибзик.

— Хорошо, оторви ноги, это куда милосерднее, — махнул на него рукой.

— Биби! — обрадовался тот и неуклюже побежал к ближайшему Серафиму.