Зачем мне ракеты? Это риторический вопрос. Всем нужны ракеты и это нет смысла обсуждать. А вот насчет медали даже Катя удивилась. Не стал ей говорить, просто пожал плечами.

Медаль мне действительно нужна, и не менее важно занесение награды в личное дело. Тут всё просто. Раз я солдат, то должен быть лучшим солдатом из когда либо существовавших в этом мире. И вот недавно я подумал… А смысл быть лучшим, если об этом всё равно никто не узнает?

Так что медаль лишней не будет, да и, по правде говоря, выкручивать руки им не хотелось. Я же сам предложил, а поиздевался исключительно для галочки, чтобы в следующий раз соглашались на мои предложения чуть охотнее.

Всё же понимаю, что от этой операции зависит немало солдатских жизней. Я уже видел планы штурма и мне они не понравились, ведь наша разведка обладает неполной картиной оборонительных сооружений врага. Есть немало скрытых точек и минных заграждений, которые могли бы стать неприятным сюрпризом для наших солдат. Так что даже если бы мне не предложили никаких наград, я бы всё равно отправился туда.

Мало того, даже если бы мне не разрешили туда отправиться, я бы придумал, как взорвать этот форт. Моя работа — защищать страну и людей, живущих в ней, а солдаты тоже люди.

И вот, прошло совсем немного времени, как я оказался в стесненных условиях. Прямо сейчас я лечу в сторону вражеского форта, мой транспорт заметно потряхивает и у меня даже нет окошка, чтобы посмотреть, как там на улице обстоят дела.

Почему тут так тесно? А всё потому, что нахожусь я в ракете, которая прикреплена снизу к нашему отрядному вертолету. За штурвалом, разумеется, Художник. Сейчас он быстро отвезет меня и отправится копать картошку, а я пока буду гулять в тылу врага и развлекаться.

Да уж… Даже пятку не почесать. А когда мы залетели на вражескую территорию, и вовсе, трясти начало с особым усердием. Всякий мусор болтался внутри ракеты, как деньги в кармане продавца разбавленного пива жарким летним днем, а я болтался вместе с ним. И такое продолжалось часа два. Как там говорят? Демонологов не укачивает? Я тоже когда-то так думал, но теперь смело могу заявить, что это всё подлое враньё. Еще как укачивает!

*Пш-ш-ш!*

— Художник на связи! Первый, как слышишь? — рация сначала зашипела, а затем оттуда послышался довольный голос пилота. — Минутная готовность! Дольше я не смогу здесь находиться, за нами уже вылетели истребители новосов и мне пора убираться. Но по форту я точно попаду, не переживай, — он замолк на пару секунд, после чего продолжил еще более довольным голосом. — Я бы мог сказать, что мне жаль запускать тебя внутри ракеты по базе врага, но… Нет, это принесет мне неописуемое удовольствие! Ха-ха-ха! — послышался злобный хохот обезумевшего пилота. — Я кайфую от одной только мысли, что вот-вот запущу ракету с командиром внутри! А вот и время подошло. Удачи, Константин! ПУСК!

Дальше связь оборвалась, а меня начало болтать внутри ракеты еще сильнее. Послышалось шипение, завоняло дымом, а ноги с каждой секундой припекало всё сильнее.

По ощущениям, лечу я… Быстро. И на протяжении всего пути ускоряюсь еще сильнее. Остается только надеяться на щиты, доспехи и демоническое усиление, которое я подготовил заранее. Сейчас на мне кожа бронедемона, которую он проиграл мне в свое время в карты.

Слышал историю, как одного такого демона как-то раз пнул Охотник. И что? Улетел на километр, после чего врезался в скалу и расколол ее надвое. И броня выдержала, так что надеюсь, что в этот раз ее тоже будет достаточно.

Единственное, о чем я сейчас переживаю… Не понравился мне этот хохот Художника, ой, как не понравился. Как бы эта сволочь не пальнула следом нормальной ракетой, которая уткнется мне ровно в зад сразу после приземления.

А ведь прапор явно не поскупился и выделил нам очень интересную вещицу. Жаль, что одноразовую, я бы такими каждый день стрелял. И не будь склад новосов глубоко под землей, можно было бы ограничиться одной этой ракетой и разнести всю их базу всего лишь одним выстрелом…

Многофункциональный форт Новой империи

Кабинет начальника форта

В комнате собралось всё командование, причем не только военные, но и глава научно-исследовательского центра. Такие собрания устраиваются регулярно, чтобы между военными и учеными не было никаких разногласий и командование договаривалось обо всём заранее. Так что как обычно в кабинете горели жаркие споры, ведь мировоззрения у ученых и военных совершенно разные.

— Вот не нравятся мне все эти эксперименты, — в очередной раз заявил один из офицеров. — Не нравятся, и всё тут! Жестоко это, экспериментировать над людьми, неправильно.

— Да какая разница? Всё равно на врагах будем испытывать, а на них плевать, — пожал плечами другой. — Даже лучше, если они будут мучиться. Значит всё это будет не зря!

— Ну не знаю, всё равно не нравится, — не согласился с ним тот. — Будто бы вмешиваемся туда, куда не должны вмешиваться.

— Увы, но решать это не вам, — ухмыльнулся представитель научного отдела. Он прибыл сюда из столицы относительно недавно и сразу взял руководство над проведением эксперимента под свою ответственность, потому считал себя очень важным. — Если бы эти эксперименты были неугодны Вселенной, она бы обязательно подала знак, — развел он руками. — Вы какие-нибудь знаки видели? Вот и я не видел, а значит, Вселенная не против и мы ничего плохого, по ее мнению, не делаем! Так что никто отменять эксперимент не будет, в любом случае, ведь на него уже было потрачено немало средств и времен.

Договорить он не успел, так как на улице прогремел мощный взрыв и все разом смолкли.

— Ну всё, это знак! — проскулил ученый. — Мы все прокляты! Нет! Я так молод, я не хочу умирать! — завопил он, тогда как военные повскакивали со своих мест и бросились к окнам.

Начальник штаба схватился за рацию на плече и нажал на кнопку, обращаясь ко всем по общей связи.

— Какой еще знак, идиот? — рыкнул он. — Часовые! Доложить обстановку!

— Да уж, вот от ученого я такого услышать точно не ожидал, — рассмеялся один из офицеров. — Это каким идиотом надо быть, чтобы принять обычную атаку за какой-то знак?

— Ну, а что это еще? — взвизгнул научник.

— Это обычное нападение.

— А что было бы знаком? — никак не успокаивался тот.

— Хах! А давай так. Вселенная! Если тебе не нравится наш эксперимент, возьми и порази меня громом прямо сейчас! — он посмотрел куда-то в потолок, затем перевел взгляд на ученого. — Вот види…

Договорить ему не позволила огромная стальная труба, что влетела через одну стену, врезалась в него и вылетела уже вместе с ним из второй стены.

Это произошло настолько стремительно, что никто даже пригнуться не успел и на пару секунд в комнате воцарилась тишина.

— Зна-а-а-а-ак! — заверещал ученый, но на него уже никто не обращал внимания.

Офицеры сразу оживились и начали передавать многочисленные приказы своим подчиненным, тогда как научник медленно и незаметно направился в сторону выхода.

— Ты куда? Там может быть опасно! — окликнул его начальник форта.

— Как куда? — удивился тот. — Пойду уничтожу все данные. Вселенная дала знак, этот эксперимент ей неугоден!

Спустя какое-то время

Там же

Глава научного отдела сидел в углу, связанный по рукам и ногам, и о чем-то оживленно и крайне агрессивно мычал. Военные же тем временем уже подняли его личное дело и теперь, собравшись в кучку, оживленно читали его вслух, поражаясь новым подробностям, о которых никто раньше не знал.

Оказалось, там четко указано, что этот человек склонен к параноидальным мыслям, верит в теории заговора, и всё в таком духе. А когда позвонили на прошлое место его работы, то узнали еще много нового. Бывший начальник даже посмеялся и уточнил, придерживались ли они инструкций и не общались ли с ним по поводу замыслов Вселенной. Это особо острая тема для ученого и он реагирует на нее особенно болезненно.