За мгновение, на лице молодого Технополита промелькнула целая гамма эмоций: уважение к высшей Касте, затем удивление его голосу и наконец понимание, кто перед ним стоит.
В ответ парень едва заметно кивнул и произнес.
— Я встречался с Анастасией Герц, — ответил Велле, украдкой скосив взгляд на Катерину. Девушка к словам спутника отнеслась с практичностью — сделала вид, что не поняла о чём они говорят. — Они с матерью будут сегодня тут. Если, конечно, их пропустят.
— Пропустят, — ответил Дим. — На их имена были выписаны и пропуски и приглашения. А что с отцом? — Парень сразу понял, что наступил на болезненную тему, потому как Велле поморщился. — Мы встретились всего один раз. И как итог… — Парень поднял глаза вверх на изменение имени.
— Хорошо, Владимир, — улыбнулся под маской Дим и ещё раз пожал другу руку. — Увидимся после слушания.
Главный зал КУБа Инквизиторов был просторным и мрачным, как ему и положено быть. Серые стены, отделанные грубо обтесанным камнем, выглядели монументально, а полумрак скрывал истинные размеры и должен был внушать ужас и смирение.
Места для высшей касты доминиона — Технократов, находились на возвышенности и были лучше всего освещены. Они опоясывали полукольцом большую железную клетку для обвиняемых, а за ней находились места для слушателей и Свидетелей.
Дим был на таком мероприятии впервые, поэтому не спешил подниматься на возвышенность, ожидая, когда другие Технократы займут свои места. Увидев последнее незанятое место, он неспешно двинулся к нему под неодобрительные взгляды остальных. Очевидно, опоздавших здесь не любили.
Стоило ему опуститься на своё место, как в пятно света перед Технократами и клеткой с единственным обвиняемым, вышел Никс Торрд — главный Инквизитор доминиона, которому выпал жребий вести это слушание. Зал смолк под его тяжелым взглядом и тогда Инквизитор начал.
— Итак, начинается процесс: «Невский Синдикат, «АРСМАШ» и «Искра Тех» против Дима Сета». Обвиняемый в зал суда не явился. Прошу Систему и Технократов зафиксировать этот факт, как отягчающее обстоятельство. Подсудимому инкриминируется: угон авиабота и боевой машины, принадлежащей корпорации АРСМАШ и Искра Тех, намеренное подвержение жизней пилотов и техперсонала опасности, неподчинение представителям власти, угроза жизни Технополитов и убийство гвардейца Инквизиции. Подсудимый в зал суда не явился и не представил защиту своих интересов, поэтому нет возможности провести прения сторон. Предлагаю сразу перейти к вынесению вердикта. У кого-нибудь есть возражения?
На несколько секунд повисла тишина. Все это время Дим разглядывал всех присутствующих. Несмотря на полумрак помещения, он видел каждого, благодаря нейроинтерфейсу и глазным имплантам.
Висмут Искра сидел на дальнем конце. Да, по своей касте Висмут был всего лишь Технополитом, но в данный момент он являлся исполняющим директором АРСМАШ, что автоматически уравнивало его с Технократами. Поэтому, сейчас он занимал место Альберта Герца. Искра-старший периодически бросал гневные взгляды в сторону сына, но Велле, теперь ставший Владимиром, даже не пытался наладить с ним зрительный контакт.
Также в зале Дим увидел Анастасию Герц, ее мать и четырех сестер. У всех них была одна фамилия. И мать, и остальные дочери бросали гневные взгляды на спутницу Владимира, а вот Анастасия смотрела только на заключенного в клетку гвардейца Инквизиции, игнорируя Велле, с которым когда-то была обручена.
Ром Лерм хоть и не сидел в клетке рядом с гвардейцем, был обвинен в пособничестве, однако, его положение было немногим лучше. Он находился «в тисках», сидя меж двух сателлитов Инквизиции, рядом с которыми он выглядел тщедушным мальчиком. Диму хватило одного взгляда в их профиль, чтобы понять, что эти боевые псы Инквизиции голыми руками способны натворить дел.
Чуть поодаль сидел Тед Шадо в компании полутора десятка подростков, которых хоть и со скандалом, но пустили с табельным оружием в зал. Подумать только, выходцы из чужого доминиона сидели вооруженными на слушании в главном зале КУБа Иинквизиторов и сам Никс Торрд не мог с этим ничего поделать! Но каким бы значительным человеком доминиона он не был, сколь высоко не стоял бы в иерархии сановников, в этот момент он был бессилен.
Для Системы он был таким же Гражданином доминиона, как и вчерашние сироты. И если Система дала санкцию на ношение оружия внутри КУБа простым Гражданам Нового Ковчега, самому главному Инквизитору приходилось подчиниться.
На несколько секунд в зале повисла тишина, затем Висмут Искра поднял руку и произнес:
— Виновен! Предлагаю наказание: полное отчуждение собственности, инфокарт и патентов в пользу «Искра Тех», а также пожизненное заключение под стражу в частную тюрьму. Для Дима Сета разбор на органы — это слишком мягкое наказание. Он должен мучаться всю жизнь!
Вторым поднял руку Бехтерев старший, один из братьев, управляющих корпорацией «Кибер Джет». Каким бы самодуром Семён Бехтерев не был, Дим не мог не признать факт: их имплантанты — самое лучшее соотношение цена-качество.
— Виновен! Предлагаю наказание: полное отчуждение собственности, инфокарт и патентов в пользу доминиона, — затем он повернулся к сидящему рядом Висмуту. — Извини дружище, но одна только инфокарта «Кроссплатформенная система управления боевым андроидным ботом» — это слишком жирный кусок для одного тебя, — Затем он произнес уже громче, так чтобы слышали остальные. — В остальном поддерживаю предложенное наказание.
Третьим поднял руку Тимур Лобаев — глава корпорации «Лобаев Армс». он очень сильно выделялся на фоне остальных Технократов тем, что не пытался заигрывать с временем и презирал бодискульптинг. Поэтому он и выглядел соответствующе: настоящий старик в архаичных стеклянных очках, весь убеленный сединою и старческими пятнами на лице, его ноги уже не сгибались от хронического артрита, поэтому он сидел на инвалидной коляске.
Этот человек всем своим видом был образцом немощности старческого тела и несгибаемости мужского характера. От своих болячек он терпел боль, мочился через катетер в пластиковый мешок, но не подпустил к себе ни одного врача или медицинский бот. Это был человек старой школы, давно проводивший своих сверстников в лучший мир.
— Пока мы не узнаем мнение обвиняемого, его версию произошедшего, я не возьму грех на душу и не подпишу ему смертный приговор. — он даже не сказал, а продребезжал своим старческим, дрожащим голосом. — Воздерживаюсь!
Двое предыдущих ораторов посмотрели на него с непониманием, однако не стали вставлять свои реплики. Теперь настала очередь Дима говорить и сейчас весь зал и другие технократы смотрели на него. Парень усмехнулся под коллагеновой маской шутке судьбы: не каждому человеку представляется случай быть обвинителем на собственном суде!
Дим ещё раз окинул полный зал, унял дрожь в пальцах. И откуда она только взялась? Затем он встал и одним резким движением, словно сдирал хирургический пластырь, сорвал с лица полупрозрачную коллагеновую маску.
По мнению Дима это было исполнено очень артистично, да и драмы в сложившейся ситуации было на пару романов. И тем не менее, мало кто оценил красоту момента. Нет, это произошло не потому, что маска плотно прилегала к лицу и сорвать ее удалось не полностью, кусочки животного белка ещё остались на щетине подбородка. Его красивый выход на сцену омрачило то, что мало кто знал в лицо Дима. Только тяжелый выдох Анастасии Герц, невнятное блеяние Висмута Искры, да радостный галдеж оживших сирот и Рома Лерма разбавили тишину недоумения, которая висела в зале.
И это положение нужно было исправлять.
— Обвиняемый, но невиновный, явился в зал суда для собственной защиты, — Произнес он как можно увереннее, стараясь не «дать петуха» от волнения.
— Антон Романов!? — уточнил Никс Торрд, переводя взгляд с лица Дима на данные его интерфейса.
— Мастер Дим Сет, — поправил главного Инквизитора парень.
Глава 7
Тишину в зале можно было резать ножом. Висмут Искра всё ещё задыхался, не зная, какие слова подобрать. Однако, они нашлись у Никса Торрда. Инквизитор указал пальцем на Дима и произнёс.