Я уже привык к жаре и странному запаху, когда из дымящихся кустов выскочила стая.

Огненные гончие… Нет, ну этих ребят я точно видел на картинке, правда тогда они мне показались чуть меньше и не такими страшными на вид.

Размером с крупного волка, тело покрыто короткой красной шерстью, между которой видны трещины с тлеющими углями. Пасть полна огненных клыков. Лапы оканчиваются когтями из затвердевшей лавы.

Всего семь или восемь штук, и они сразу разбежались в стороны, взяв наш отряд в плотное кольцо. Интересно, а чем там занимаются наши фланговые ребята и бойцы тыла? Совсем отстали, или просто этих собак испугались? В любом случае, помощи от них ждать бессмысленно, мы, как всегда, совсем одни.

Две сразу прыгнули на Виктора. Он едва успел прикрыться щитом, и когти оставили глубокие борозды на металле.

Трое атаковали Архипа. Дед отбивался мечом и мачете одновременно. Движения чёткие, опытные. Ни одна гончая не прорвалась, но и он не смог нанести им значительного урона. Его основное оружие все-таки арбалет, но сейчас пустить его в ход не было возможности, не те расстояния.

Две твари нацелились на Лену, так что мне пришлось включаться в бой и перехватить одну молотом. Удар с Профополом — гончая оглушена, падает. Ну а вторую вовремя подстрелил Паша.

Вот только укус одной из гончих всё-таки достиг цели. Виктор вскрикнул матом, а я сразу заметил глубокую рану на ноге, края которой источали дым и едва заметно тлели.

— Прикройте танка! — рявкнул Архип.

Паша и я встали над Виктором, Лена быстро начала лечить. Я тоже мог бы, но мне лучше экономить энергию. Как-никак, у меня хотя бы молот есть, а вот Лена всё равно в боевом плане бесполезна.

Тогда как гончие сразу почуяли слабость и ринулись в атаку. Первую встретил заряженным ударом молота, отчего ее отбросило в сторону и следом Архип добил псину метким выстрелом. Оглушение бы продлилось еще некоторое время, но я пока не засекал, сколько оно действует. Следующего монстра пристрелил Паша, но третья успела застать его врасплох, пока он перезаряжался.

*Чиньк!*

Холодная сталь клинка с легкостью рассекла обугленную кожу твари, после чего Паша нанес второй удар, с ног до головы облившись ярко-оранжевой кровью. Не так-то просто застать его врасплох, тем более, с такой реакцией.

Мы продолжили всячески отбиваться от одной атаки за другой, периодически прислушиваясь к тому, что происходит сзади. Мало ли, вдруг наши товарищи по рейду все-таки решат прийти на помощь.

Архип тем временем добивал ослабленных и раненых, при этом контролируя обстановку вокруг. Последняя гончая, самая крупная — видимо, вожак стаи — попыталась сбежать, но Паша поднял арбалет, активировал какой-то навык, прицелился… Выстрел! Убита попаданием ровно в зад.

— Не-а, дружок, — пробормотал он. — Твоя шкура нам ещё пригодится. — теперь понятно, почему он целился так тщательно. На шкуре и правда не осталось ни царапины, ведь угодил он прямо в центр.

Мы остановились передохнуть. Виктор поднялся на ноги, хромая.

— Нога уже лучше, — кивнул он Лене. — Спасибо, без тебя бы пришлось бегать на руках…

Она покраснела от похвалы, а мы рассмеялись, представив, как он носится за нами не используя ног. Если уж такое кажется смешным, значит мы и правда выдохлись, так что короткий перерыв явно не помешает.

Лена потратила значительный объем энергии, так что я на всякий случай осмотрел всех. Накладывал лёгкое исцеление на мелкие ожоги, царапины. Расходовал энергию экономно, но при этом понимал, что за счет поглощения могу быстро ее восполнить. А ведь изначально казалось, что поглощение работает только с пыльцой, вылетающей из тел убитых. Ну, то есть так называемым опытом. А на деле вон как вышло… Оказывается что это лишь незначительный бонус к истинным возможностям моего уникального аспекта.

Почему уникального? Ну так я сколько ни искал информацию о поглощении, ничего не нашел. Разве что есть в сети пара упоминаний об аспектах как таковых. Некоторые первосортные получали аспект на своем сотом уровне и это считается чем-то невероятно крутым и редким.

Пока мы сидели и отдыхали, один из бойцов фланговой группы прибежал к нам. Со стороны его отряда как раз доносились звуки ожесточенного боя, так что это вполне ожидаемо. Как-никак, прорыв пятого ранга — это не шутки. Тут даже тыловым может достаться по первое число, если мы кого-нибудь пропустим.

Что-ж, посмотрим на рану… Глубокий порез на руке. Лена растерялась — рана странная. Края обуглены, а в самой ране копошатся тонкие корешки. Выглядит для обычного человека неприятно, так что пришлось брать дело в свои руки.

— Так, — пробормотал я, осматривая рану. — Ожог четвертой степени плюс… растительная инфекция? — да уж, в моей практике такого не было. Ладно еще опарыши в ране, это вполне нормально и не так уж плохо, но чтобы какие-то живые корешки? Интересненько, сразу захотелось прооперировать и даже не стал ругаться на бедолагу. Хотя может и стоило, ведь во фланговом отряде тоже должен быть целитель.

Корешки медленно врастали в плоть. Живые… Выглядит так мерзко, что руки сами тянутся к ране.

— Сначала извлечь паразитов, потом лечить ожог, — озвучил я свои мысли и достал нож.

Как обстоят дела с анастезией и наркозом в этом мире я так и не узнал, потому пришлось действовать как в старые добрые времена. Очень старые и не очень добрые, когда люди жили в пещерах и били друг друга дубинами по голове.

— А зачем ты… — пациента возмутило то, что я взял в руки молот и слегка замахнулся, но возразить он не успел. Пум! И всё, пациент под стойким наркозом. А голову потом полечим, как с рукой разберемся.

Корешки никуда не хотели уходить, пытались вцепляться иглами в плоть, куда-то уползти. Но я оказался быстрее, так что минут через пять последний из них отправился в стеклянную баночку, после чего я начал штопать рану купленными в аптеке нитками. В общем, на всю операцию ушло минут двадцать, и в итоге от раны остался едва заметный шрам.

— В прошлой жизни за такое меня бы комиссия разорвала, — пробормотал я, еще раз проходя тонким исцелением над раной. — А здесь это зовётся полевая хирургия…

— Хороший целитель. Знает, что делать. — одобрительно кивнул Архип, — Редко таких встретишь.

— Как ты понял про корешки? — удивленно проговорила Лена, — Нет, ладно, их и так было видно… Но где ты научился всему этому? Почему ты так ловко их вырезал?

— Опыт. — пожал я плечами. Как-никак, лет двадцать подряд резал без выходных и праздников с редкими недельными отпусками. — Да и если в ране что-то растёт — это плохо. Надо удалять.

— Медицинская мудрость. — усмехнулся Паша, — А если не растет, тоже удалять?

— Если не растет, значит умерло, — развел я руками, — Значит тоже удалять, да…

Я привел пациента в чувства, отправил его восвояси и мы с отрядом продолжили путь. Хорошо, что Паша всё это время таскал с собой холодную воду в термосе и я смог у него этот термос отобрать. Жара всё-таки невыносимая, дышать становится всё тяжелее, а пот окончательно перестал испаряться с кожи.

Вскоре мы дошли до небольшого озера, где можно было бы пополнить запасы воды, вот только вода в нём кипела.

— Экономьте воду, — вздохнул Паша и отобрал у меня термос. — Не знаю, можно ли пить из местных источников.

— Я бы не стал проверять. — скривился я, глядя в мутное булькающее озеро.

— В двустихийных прорывах стихии постоянно конфликтуют. — философски подметил Архип, присаживаясь на поваленное обугленное дерево. — Огонь пытается сжечь природу, природа — задушить огонь. А в центре они сливаются. И получается нечто худшее.

— Худшее, чем гончие? — Виктор вытер пот со лба и уселся рядом.

— Намного, — мрачно ответил Архип.

Мы отдохнули минут десять, то и дело вслушиваясь в звуки сражений где-то позади, после чего двинулись дальше. Растительность становилась ещё агрессивнее. Лианы пытались схватить за ноги. Огненные цветы выстреливали искрами. Деревья дымились.