Интересно, с каких пор Берсерк вообще в моем отряде? Как-то прибился незаметно и с тех пор постоянно ошивается вместе с нами, хотя официально у него так-то свой отряд есть. Впрочем, ладно. Пусть сидит жует бублики, лишним точно не будет.

Рядом сидела Катя, спокойная и собранная, как всегда. Ещё дальше расположился некромант, которого я специально взял для этой операции, потому что мало ли что. С нами также летели несколько десятков бойцов из других элитных частей, которых император выделил нам в усиление. Довольно сильные ребята, хорошо подготовленные, но всё-таки не Психи и не демоны войны.

Вот они-то как раз и нервничали больше всех. Сидели бледные, сжимали оружие и старались не смотреть в сторону экрана, на котором красовалась физиономия Барабанова. Полковник летел в соседнем самолёте и поддерживал с нами связь.

— Зря вы с нами полетели, — вещал он, методично постукивая ладонями по каким-то барабанам, которые притащил с собой в самолёт. — Мы же Психи. Вы к такому ещё не готовы. Ваша психика не окрепла.

— Мы демоны войны, — пожал я плечами. — Не вижу особой разницы между нами. Мы тоже немного того.

— Немного того, — хмыкнул Барабанов и пробарабанил какую-то дробь. — Нет, парень, вы близко не похожи. Сейчас поймёшь, почему.

С этими словами он переключил канал связи и вышел на частоту новосов.

— Внимание, командование противовоздушной обороны Новой империи, — заговорил он в микрофон. — Говорит полковник Барабанов, командир специального подразделения «Психи». Довожу до вашего сведения, что в данный момент к вашей территории приближается группа транспортных самолётов с десантом на борту. Наша цель — город Стальград. Мы намерены захватить его и удерживать в течение десяти дней, после чего организованно отступим. Вопросы?

Несколько секунд в эфире царила тишина, потом раздался ошарашенный голос:

— Какого?.. Это что за бред? Кто вообще…

— Повторяю для тех, кто не расслышал, — невозмутимо продолжил Барабанов. — Идём на Стальград. Будем там примерно через два часа. Готовьтесь.

И отключился.

Бойцы из других частей сидели с круглыми глазами и явно не верили в то, что только что услышали. Один из них, сержант с побледневшим лицом, повернулся ко мне:

— Он… Он что, серьёзно? Он правда только что сообщил врагу о нашем приближении?

— Похоже на то, — кивнул я, а потом посмотрел на Барабанова на экране. — Достойно.

Мои бойцы восприняли новость гораздо спокойнее. Художник просто сделал вид, что залюбовался птицами где-то внизу, Берсерк продолжил жевать плюшку, а Гарик просто пожал плечами и буркнул что-то вроде «ну сказал и сказал, что такого-то».

А вот обычные бойцы явно пребывали в состоянии, близком к панике.

— Да он же долбанутый! — прошипел один из них. — Зачем мы вообще с ними связались?

Я не стал отвечать, потому что это был вызов, брошенный лично мне. И просто так такое оставлять нельзя… Переключил канал и тоже вышел на частоту новосов.

— Внимание, это капитан Константин, позывной Первый, — произнёс я в микрофон. — На борту одного из наших самолётов находится внучка императора Российской империи, а также её муж. Нк, то есть я.

Барабанов на экране выпучил глаза и уставился в камеру.

— Ты серьёзно? — его голос прозвучал почти восхищённо.

— Абсолютно.

— Вижу, наш человек, — он расплылся в улыбке и одобрительно постучал по барабанам. — До такого даже я не додумался!

Катя рядом со мной тихо хмыкнула, но ничего не сказала. Она вообще редко комментировала мои выходки, предпочитая наблюдать за развитием событий со стороны.

Тем временем на экране появилась информация о том, что новосы срочно поднимают авиацию на перехват. Десятки истребителей отрывались от взлётных полос и устремлялись в нашу сторону.

— Они нас в воздухе собираются сбивать, — констатировал один из пилотов. — Не будут ждать, пока приземлимся.

— Логично, — кивнул Барабанов и снова вышел на связь с новосами. — Кстати, ребята, хотел предупредить. У нас плохо работают радары поколения А3-плюс. Так что если прилетите на самолётах А5-плюс, мы вас увидим только в последний момент. Имейте в виду.

По данным наших систем наблюдения, часть самолётов новосов, уже поднявшихся в воздух, вдруг развернулась и пошла на посадку. Видимо, полетели менять машины на более современные.

Бедолаги из других частей в нашем самолёте уже даже не бледнели, они просто сидели с каменными лицами и, кажется, прикидывали, насколько далеко от самолёта унесёт их парашют, если они прыгнут прямо сейчас.

— Командир, — один из них осторожно обратился ко мне, — может, ещё не поздно изменить план? Выпрыгнуть, рассредоточиться…

— Сиди спокойно, — махнул я рукой.

В этот момент мне в голову пришла ещё одна идея. Раз уж мы тут такие откровенные.

— Внимание, противник, — снова вышел я на связь. — На нашем борту находится человек, который знает коды доступа к вашим ракетным системам. А ещё он в курсе, что ваш император сейчас находится в бункере номер семь, у которого есть два секретных входа, и коды от них пять-три-один-два-шесть-семь!

На экранах высветилась информация о пуске ракет. Очень большого количества ракет…

— Ого, — только и сказал Барабанов, наблюдая за приближающимися точками. — Ты их реально зацепил.

— Похоже на то, — согласился я.

Самолёты новосов, которые поднялись на перехват, тоже резко ускорились. Теперь нас преследовала целая армада, и с каждой минутой расстояние сокращалось.

Пилоты врубили форсаж, самолёты рванули вперёд на максимальной скорости. Начался воздушный бой, если можно так назвать ситуацию, когда несколько транспортников пытаются уйти от погони, отстреливаясь из всего, что есть на борту.

Ракеты свистели мимо, системы противоракетной обороны работали на пределе возможностей, пилоты выписывали такие кренделя, что некоторых бойцов начало укачивать.

— Вот так, значит? — усмехнулся Барабанов, — Ну тогда… — он задумался на пару секунд и посмотрел на карту, — Тогда мы просто приземлимся на военный аэродром! Ха!

— Если спустимся на низкую высоту сейчас, нас собьют моментально, — отозвался пилот. — Там ПВО работает в автоматическом режиме, мы даже приблизиться не успеем.

— Гм… — нахмурился полковник, — Ну ладно, кружи пока… А вы как? — кивнул он мне, — Тоже час ждать будете?

Я посмотрел на экраны, на приближающиеся точки вражеских самолётов, на данные о системах ПВО внизу. Потом перевёл взгляд на своих бойцов. Художник, Берсерк, Игорь, Гарик, все они смотрели на меня и ждали решения.

— Пожалуй, мы не будем ждать час, — оскалился я.

— Вас же собьют! — воскликнул Барабанов, впервые за всё время показав что-то похожее на беспокойство.

— Нас не собьют.

— Да с чего такая уверенность?

— Нельзя сбить того, кто уже сбит, — объяснил я и повернулся к своему пилоту. — Давай, Художник!

Впрочем, Художнику после Ирины еще ни разу не приходилось объяснять чего-то дважды. Он невозмутимо повернулся к приборной панеты и нажал пару кнопок.

— Готов, командир! — крикнул Художник и добавил кое-что матерное, но явно одобрительное.

— Давай!

Несколько мгновений ничего не происходило, а потом самолёт содрогнулся от серии взрывов. Это не враг нас подбил. Это мы сами себя подорвали.

Двигатели вспыхнули, крылья задымились, и наш транспортник начал падать. Не плавно снижаться, не пикировать по контролируемой траектории, а именно падать, кувыркаясь в воздухе как подбитая утка.

Внутри творился хаос. Незакреплённые предметы летали по салону, бойцов из обычных частей размазывало по стенам, кто-то кричал, кто-то молился. Только мои ребята сидели относительно спокойно, вцепившись в свои места и стараясь не обращать внимания на происходящее вокруг.

Катя рядом со мной даже глазом не моргнула. Просто держалась за поручень и смотрела в иллюминатор на проносящиеся мимо облака.

На экране связи Барабанов наблюдал за нашим падением с нескрываемым восхищением.