— С какими ещё османами? — нахмурился император.

— Ну так они увидели, что у нас тут проблемы начались, и сразу зашевелились, — пояснил генерал, доставая ещё одну стопку донесений. — Корабли к границам стягивают, армию собирают, дипломаты намёки всякие делают. В общем, решили воспользоваться моментом, пока мы заняты.

— Кажется, проблема в другом, — вставил начальник разведки. — Они не просто увидели, что у нас проблемы. Они решили, что Костя слишком занят на севере и не сможет вмешаться в их дела. Вот и осмелели.

— А, так вот оно что, — понимающе кивнул император. — То есть вся их храбрость основана на том, что Костя якобы занят?

— Именно так, ваше величество, — подтвердил разведчик.

— Ну так может просто скажем им, что Костя скоро освободится? — предложил кто-то из дальнего конца стола. — Мол, занят он не на всю жизнь, скоро закончит дела и вернётся? Может, передумают тогда и отведут свои войска?

Император некоторое время молча смотрел на говорившего, потом тяжело вздохнул и махнул рукой с таким видом, будто окончательно устал от всего происходящего и от необходимости постоянно объяснять очевидные вещи.

— Ай, задрали вы меня со своими полумерами, — буркнул он. — Давайте сделаем по-другому. Пусть разведка распространит дезинформацию среди всех наших потенциальных противников.

— Какую именно дезинформацию, ваше величество? — насторожился начальник разведки, уже доставая блокнот для записей.

— Скажите им, что Костя умер, — спокойно ответил император.

В зале повисла гробовая тишина. Генералы и советники уставились на своего правителя с выражением полного шока на лицах, явно не понимая, правильно ли они расслышали то, что только что прозвучало.

— Но ваше величество! — первым опомнился один из генералов. — Если мы объявим, что Константин погиб, они же сразу нападут! Всей мощью, со всех сторон! Это будет катастрофа!

— Ну и отлично! — хлопнул ладонью по столу император, и в его глазах вдруг появился хитрый огонёк, который обычно не предвещал ничего хорошего для врагов империи. — Именно этого я и добиваюсь! Чем они будут нападать по кусочку, прощупывать нашу оборону, устраивать мелкие провокации и тянуть время, пусть лучше сразу выложат всю свою мощь на стол! Соберут все силы в кулак и ударят по-настоящему! А мы встретим их в честном лобовом столкновении и покажем, на что способна имперская армия, когда она не размазана по десяткам мелких конфликтов, а собрана в единый кулак!

Генералы переглянулись между собой. С одной стороны, план был безумным и крайне рискованным. С другой стороны, в словах императора была определённая логика, извращённая и пугающая, но всё-таки логика.

— А когда они все нападут и узнают, что Костя жив? — осторожно поинтересовался один из советников.

— А вот тогда-то и начнётся самое интересное…

Во дворце османского султана царила привычная атмосфера роскоши и величия, которую так тщательно культивировали все предыдущие правители этой древней империи. Мраморные колонны подпирали потолки, украшенные золотой росписью, шёлковые занавеси мягко колыхались от лёгкого ветерка, а придворные чинно прохаживались по бесконечным коридорам, занимаясь своими важными придворными делами.

Двое советников стояли в одном из залов ожидания и негромко переговаривались между собой, бросая периодически странные взгляды в сторону тронного зала, откуда доносились какие-то непонятные звуки.

— Слушай, — начал один из них, понизив голос до шёпота, — а это вообще нормально?

— Что именно? — уточнил второй, хотя по его лицу было видно, что он прекрасно понимает, о чём речь.

— Ну, что наш султан так себя ведёт, — первый советник осторожно кивнул в сторону тронного зала.

Они оба повернулись и посмотрели туда, где их великий и могущественный правитель вот уже шестой час подряд танцевал на одном месте, распевая какие-то весёлые песенки и время от времени разражаясь совершенно безумным хихиканьем. Его роскошные одежды развевались в такт движениям, тюрбан давно съехал набок, а глаза сияли таким неподдельным счастьем, какого придворные не видели за всё время его правления.

— Ну так про Константина же новость сообщили, — пожал плечами второй советник. — Как узнал, так сразу в пляс и пошёл, до сих пор остановиться не может. Уже шесть часов минуло, а он всё скачет и скачет.

— Да уж… И откуда столько сил? — вздохнул первый.

— Мы уже и экзорцистов вызывали, думали, может одержимость какая приключилась. — развел руками второй, — Но экзорцисты говорят, что никакой одержимости нет, он просто слишком рад новости и не может с этой радостью справиться.

— То есть это он от счастья?

— Именно от счастья, — вздохнул советник. — Причём такого сильного счастья, что организм просто отказывается успокаиваться. Лекари сказали, что такого выброса эндорфинов они ещё ни у кого не наблюдали.

— А приказы-то он хоть отдаёт? — забеспокоился первый. — Империей же управлять надо.

— Отдаёт, не переживай, — успокоил его коллега. — Прямо так и командует, не прекращая танцевать. Армию уже начал собирать, флот готовит к выходу.

Они снова посмотрели на султана, который в этот момент особенно энергично закружился на месте, размахивая руками и выкрикивая что-то про великую победу и торжество справедливости.

— И долго он так будет? — осторожно поинтересовался первый советник.

— Понятия не имею, — честно признался второй. — Лекари говорят, что рано или поздно он устанет и остановится. Но пока никаких признаков усталости не наблюдается. Есть мнение, что он в таком виде и войска поведёт, если до этого дойдёт.

В этот момент к ним подошёл ещё один человек, судя по форме — офицер из военного ведомства, который явно только что прибыл и ещё не успел ознакомиться с текущей обстановкой во дворце.

— Э-э-э… — он замер на месте, глядя на танцующего султана. — А что это с его величеством?

— Новость хорошую получил, — объяснил первый советник.

— Константин умер, — добавил второй.

— Что, правда умер? — офицер нахмурился. — Кто-то проверял?

— Ну, так разведка сообщила, — пожал плечами советник. — Официальные каналы, всё как положено.

— Эх, — офицер неожиданно погрустнел. — Так переживаю за Костю…

Оба советника медленно повернулись к нему, на их лицах отразилось искреннее недоумение.

— В смысле переживаешь? — не понял первый. — Он же враг! Он столько проблем нашей империи доставил, что до сих пор подсчитать не можем!

— Да ладно вам, — отмахнулся офицер. — Враг не враг, но признайте честно — наш султан ведь правда добрее стал после того, как Костя появился. Раньше каким был? Всех казнил направо-налево, по любому поводу головы рубил. А теперь что? Танцует вон, радуется жизни. Почти и не казнит никого в последнее время. Боится, вдруг это знакомый Кости и тот обидится…

— Ну, это да, — вынужден был согласиться советник. — Характер у его величества действительно помягчел…

— Вот! — офицер воодушевился и неожиданно задрал рукав, показывая татуировку на плече. На татуировке был изображён портрет какого-то молодого человека с уверенным взглядом и лёгкой улыбкой.

— Это что? — опешил первый советник.

— Это Костя, — гордо заявил офицер. — В память о том, как он изменил нашу жизнь к лучшему.

— Вот ты дурак, конечно, — покачал головой второй советник. — Так же не делается, так нельзя!

— Вот именно! — согласился первый, — Как ты вообще мог набить такую татуировку? Это же… Даже не могу подобрать слов, насколько разочаровался в тебе!

— Но ведь… — растерялся военный.

— Ты бы хоть новую фотографию брал, у тебя же лицо немножко не такое нарисовано. — советники задрали рубахи и показали свои татуировки Кости на груди, — И поменьше надо было делать, а то у тебя он какой-то щуплый получился…

— У меня щуплый? — возмутился офицер. — Да у вас самих пропорции нарушены! Голова слишком большая!

— Это художественный стиль такой! — парировал советник.