Прошли по подъёмному мосту над рвом, и я машинально отметил, что механизм подъёма выглядит вполне работоспособным, несмотря на средневековый внешний вид. Цепи смазаны, противовесы отбалансированы, лебёдка укрыта от дождя под навесом. Кто-то здесь явно следил за техническим состоянием оборонительных сооружений.

Внутри поселение производило странное впечатление. С одной стороны, типичное средневековье: узкие улочки, мощённые камнем, деревянные вывески над дверями лавок, куры, копошащиеся в пыли, женщины в простых платьях с корзинами на руках. С другой стороны, было очевидно, что это не какие-то отсталые дикари, забившиеся в глушь от страха перед цивилизацией.

Вот, например, старик сидит на лавке у своего дома, читает книгу и периодически посмеивается, видимо, наткнувшись на что-то забавное в тексте. В настоящем средневековье грамотных было процентов пять от силы, а тут обычный дедушка спокойно читает себе на досуге, и это никого вокруг не удивляет.

Или вон акведук тянется через весь город, снабжая жителей свежей водой из какого-то источника за пределами стен. Каменные желоба проложены над крышами домов, местами укреплены магическими рунами, и вода течёт по ним ровным потоком, не застаиваясь и не портясь. В том самом средневековье люди пили из рек, куда же сливали отходы, и мёрли от дизентерии как мухи, а здесь явно позаботились и о канализации, судя по характерным решёткам в мостовой.

Они не отстали от цивилизации, они от неё отделились. Осознанно, целенаправленно, сохранив при этом всё полезное, что успели накопить за два века существования в этом мире. Просто без промышленности сложно производить сложные механизмы вроде автомобилей или электрогенераторов, вот и приходится обходиться более простыми решениями.

Хотя кое-что техническое здесь всё же было. На одной из башен я заметил артиллерийскую установку, явно старую, но всё ещё функциональную. Ствол покрыт витиеватыми мерцающими узорами, видимо, усилен магией для повышения мощности и точности. Интересное сочетание технологий и волшебства, которое наверняка даёт неплохой результат против крупных тварей из прорывов.

Мы прошли по главной улице, и местные жители отвлекались от своих занятий, чтобы проводить нас взглядами. Любопытство в их глазах мешалось с настороженностью, а некоторые даже отходили подальше, словно боялись заразиться какой-то системной чумой от близкого контакта с нами. Тихие перешёптывания за спиной, быстрые взгляды, дети, которых матери торопливо уводили в дома.

Не то чтобы враждебность, скорее опасливое недоверие к чужакам. Вполне понятная реакция для замкнутого сообщества, которое достаточно давно живёт в изоляции от внешнего мира.

По пути я успел заметить здания кузницы с характерным грохотом и запахом калёного железа, лавку артефактора с выставленными в окне амулетами и украшениями, мастерскую зельевара, от которой тянуло чем-то травяным и слегка горьковатым. Полный набор магического производства для автономного существования.

В центре поселения располагалось здание с куполом, чем-то похожее на академию или библиотеку. Массивное, каменное, с высокими арочными окнами и двойными дверями из тёмного дерева. Наверняка что-то вроде местного учебного заведения, где передают знания от старшего поколения к младшему.

Интерфейс снова попытался вспыхнуть с новой силой, когда мы проходили мимо этого здания, но вместо привычных строчек и иконок появилась только рябь, сквозь которую невозможно было разобрать ни единого символа. Я даже не пытался вчитываться, потому что смысла в этом не было никакого. Непривычно, конечно, оставаться без системной поддержки, словно лишился какого-то органа чувств, к которому успел привыкнуть. Но ничего страшного, навыками системы я и так давно не пользуюсь по прямому назначению.

Ту же искру вспоминаю только когда надо костёр зажечь, не более того. Хотя её уровень заметно подрос за последнее время, и теперь благодаря ней удаётся коагулировать мелкие сосуды даже не вскрывая пациента. Просто концентрируешь энергию в точку и прижигаешь повреждённый сосуд изнутри, через кожу и мышечную ткань. Не самая сложная процедура, когда освоишь контроль над магическим потоком на должном уровне. Опять же, это возможно только если использовать вместе с исцелением, иначе организм начинает сопротивляться и блокирует потоки магии.

Девушка привела нас к дому в самом центре поселения, рядом с тем самым куполообразным зданием. Двухэтажное строение из того же магического камня, что и городские стены, с небольшим садиком перед входом и резным крыльцом. На вид обычный жилой дом, разве что чуть побольше и понаряднее соседних.

— Подождите здесь, — бросила она и скрылась за дверью, оставив нас стоять на улице под любопытными взглядами прохожих.

Ждать пришлось недолго, минут пять или около того. Дверь снова открылась, и на пороге появился старик. И это был именно старик, а не пожилой человек с ранней сединой или хорошо сохранившийся мужчина средних лет. Глубокие морщины избороздили его лицо, редкие седые волосы торчали в разные стороны, спина чуть согнулась под тяжестью прожитых лет.

Но при этом двигался он легко и уверенно, как будто возраст был всего лишь внешней оболочкой, за которой скрывалось молодое и сильное тело. А глаза… в его глазах светился острый, живой ум, который явно не собирался сдаваться годам ещё лет сто как минимум.

— Гости! — произнёс он голосом, совершенно не соответствующим его внешности, глубоким и звучным. — Давненько к нам никто не заглядывал. Я Феофан, староста этого поселения. Добро пожаловать в Убежище.

Ну, так-то хорошее название для места, которое двести лет прячется от системы и её приспешников.

— Владимир, — представился я первым, раз уж никто другой не спешил открывать рот. — Это мои спутники: Павел, Виктор, Архип, Грач и Митяй. Мы пришли из диких земель, точнее из поселения Аксаковых.

— Аксаковы? — Феофан чуть прищурился, словно пытался что-то припомнить. — Герцогский род, если не ошибаюсь? Слышал о них, хотя это было очень давно…

Он отступил в сторону и широким жестом пригласил нас внутрь.

— Проходите, проходите. Ужин уже почти готов, а разговоры на голодный желудок это дурной тон. К тому же охрана здесь совершенно не нужна, так что пусть ваши люди тоже отдохнут и поедят.

Последняя фраза явно относилась к нашим пленителям и еще парочке стражников, которые сопровождали нас от самых ворот и теперь маячили в нескольких шагах позади. Они переглянулись, потом посмотрели на Миру, та едва заметно кивнула, и охранники неохотно удалились, хотя по их лицам было видно, что эта идея им совсем не нравится.

Внутри дом оказался уютным и простым, без всякой роскоши, но и без показной бедности. Деревянная мебель ручной работы, тканые ковры на полу, книжные полки вдоль стен, камин в углу комнаты. На стенах развешаны какие-то карты и схемы, а на большом столе посередине разложены бумаги, перья и чернильницы. Рабочий кабинет, совмещённый с жилым помещением, типичная обстановка для человека, который привык работать дома.

Феофан провёл нас в соседнюю комнату, где уже был накрыт стол на удивление внушительных размеров. Еда простая, но обильная: жареное мясо, варёные овощи, свежий хлеб, какие-то соленья и маринады, кувшин с тёмным напитком, похожим на квас или слабое пиво.

— Садитесь, угощайтесь, — старик указал на стулья и сам опустился во главе стола. — Дорога была долгой, вы наверняка проголодались.

Мы не стали отказываться. Какой бы ни была ситуация, от горячей еды отказываться глупо, тем более когда тебе её предлагают вполне искренне и без видимого подвоха. Несколько минут все молча ели, утоляя накопившийся за день голод, и только потом Феофан отложил вилку и пристально посмотрел на меня.

— А теперь рассказывайте, — произнёс он негромко, но так, что все сразу прекратили жевать и уставились на него. — Что привело вас в наши края и зачем вы искали Убежище?

Вопрос был прямым и не оставлял места для уклончивых ответов. Я переглянулся с Пашей, тот чуть пожал плечами, мол, ты у нас главный дипломат, тебе и карты в руки.