— Раньше так не получалось, — пробормотал он, ни к кому конкретно не обращаясь. — Система забирала слишком много силы…

Ага, вот оно что. Когда сорт больше не актуален и система не отбирает львиную долю характеристик в качестве «налога», бойцы внезапно обнаруживают, что они намного сильнее, чем думали. Приятное открытие, наверное. А ведь дальше будет больше, поток опыта тоже приятно их удивит.

Сердце прорыва нашли в центре — пульсирующий чёрный кристалл размером примерно с меня, зависший в воздухе и испускающий волны тьмы. Маг подошёл к нему, взмахнул рукой, и вот, кристалл рассыпался черной пылью.

Барьер над нами тут же покрылся трещинами и распался, а тьма вокруг начала рассеиваться. Тогда как мы просто стояли и наслаждались потоком энергии, что хлынула в наши тела. Ну, особенно в мое тело, все-таки аспект Поглощения с каждым днем работает только сильнее. Скоро вообще всю энергию со всей планеты начну всасывать аки вселенский пылесос.

— Неплохо для разминки, — хмыкнул Паша, убирая арбалет за спину. — Что дальше?

Дальше был прорыв третьего ранга, расположенный чуть южнее — сдвоенная стихия льда и природы, что обещало интересную комбинацию существ. Купол этого прорыва переливался бело-зелёным, словно северное сияние, замороженное в камне.

Внутри нас встретила настоящая зимняя сказка, если бы эту сказку писал кто-то с очень больным воображением. Заснеженные поляны перемежались с участками густого леса, только деревья здесь были… неправильными. Стволы покрыты инеем, ветви — острыми ледяными иглами, а из-под снега то тут, то там проглядывали какие-то подозрительные бугры.

Первыми на нас напали белые мишки. Нет, не те милые плюшевые создания из детских книжек, а здоровенные твари размером с небольшой грузовик, покрытые бронированной шкурой из чистого льда. Когти у них были такие, что могли бы вспороть танковую броню как консервную банку, а из пастей валил пар и капала слюна.

Танки встали в оборону, принимая удары когтей на щиты. Стрелки сразу засыпали медведей стрелами, целясь в глаза и суставы — единственные уязвимые места на этих ходячих крепостях.

Один из мишек прорвался через строй и метнулся ко мне — видимо, почуял целителя и решил устранить угрозу в первую очередь. Умная тварь, надо отдать ей должное. Но недостаточно быстрая.

Виктор перехватил медведя на полпути, врезавшись в него своим огромным мечом как таран. Лезвие прошло сквозь ледяную броню, разрубая тварь почти пополам, и медведь рухнул в снег, заливая снег ручьями крови.

— Не лезь вперёд, док, — буркнул Виктор, стряхивая кровь с меча. — Твоё дело — дырки латать, а не геройствовать.

Справедливое замечание, не поспоришь.

Дальше стало еще веселее, ведь из-за деревьев выскочила стая хищных пингвинов. Да, вроде бы так они называются. Это и правда пингвины, только ростом с человека и с клювами, способными перекусить стальной прут. Они передвигались на удивление быстро для своей комплекции, скользя по снегу как на лыжах, и атаковали слаженно, пытаясь окружить группу.

Маг не стал церемониться — выпустил веер огненных стрел, которые прошили пингвинов насквозь. А с остальными разобрались стрелки. После чего оставалось только достать стрелы и спокойно двигаться дальше. Причем действительно спокойно… Настолько безопасной зачистки прорывов я еще пока не видел. Можно просто сидеть в кресле и ни о чем не переживать, бойцы сами все сделают как надо.

Хотя вскоре ледяная гусеница все же смогла застать нас врасплох. Она выползла из-под снега прямо под ногами у одного из танков, обвила его своим телом и попыталась раздавить. Тело у неё было полупрозрачным, словно выточенным из цельного куска льда, и внутри виднелись какие-то тёмные прожилки, похожие на кровеносные сосуды.

Танк заорал, правда не от боли, а от неожиданности, и сразу принялся рубить гусеницу мечом. Каждый удар откалывал куски льда, но тварь регенерировала быстрее, чем её разрушали.

— Огнём её! — крикнул я, вспомнив базовые принципы противостояния ледяным существам.

Маг кивнул и швырнул огненный шар прямо в центр гусеницы, после чего добавил еще несколько огненных плетей и еще что-то огненное, в суматохе особо не разобрал.

Тварь взвизгнула, её тело начало таять и трескаться, хватка ослабла. Танк вырвался и отскочил в сторону, а остальные добили ослабевшую гусеницу градом ударов.

Страж прорыва ждал нас у сердца — йети, здоровенная обезьяноподобная тварь, покрытая белым мехом и с глазами, горящими ледяным огнём. Ростом он был метра три, не меньше, и от него веяло таким холодом, что дыхание замерзало на лету, превращаясь в кристаллики льда.

— Классика жанра, — пробормотал один из стрелков, натягивая тетиву.

Йети взревел и бросился в атаку, размахивая кулаками размером с пивные бочки. Танки разошлись в стороны, пропуская его между собой, и ударили одновременно — один в спину, другой в ноги. Йети споткнулся, но не упал, развернулся и отшвырнул одного из танков мощным ударом.

Я тут же бросил исцеление, всё-таки боец влетел в дерево с такой силой, что ствол треснул, но благодаря моему навыку отделался только ушибами.

Стрелки засыпали йети стрелами, целясь преимущественно в глаза, но в основном попадали просто в йети. Но вскоре одна стрела всё же нашла цель, тварь взвыла, схватившись за лицо, и в этот момент маг нанёс финальный удар. Огненное копьё пронзило йети насквозь, и страж прорыва рухнул в шипящий расплавленный снег.

Сердце разбили без происшествий, собрали добычу и двинулись к следующему прорыву.

Пятый ранг, стихия воздуха. Вот тут уже пришлось попотеть.

Прорыв воздуха — это всегда непредсказуемость. Никогда не знаешь, чего ожидать: может быть, относительно мирные облачные духи, а может рой бешеных птиц-убийц. Нам, разумеется, повезло со вторым вариантом.

Первыми на нас налетели взрывные синички. Маленькие, размером с воробья, но набитые нестабильной энергией под завязку. При контакте с целью они детонировали, разнося всё в радиусе пары метров. Вроде поначалу выглядит не так страшно, но это только если встретить одну такую тварь. Вот только по одной они не летают… На нас выскочило сразу штук сто, не меньше, и все они неслись на нас сплошной визжащей волной.

— В укрытие! — заорал кто-то, и мы бросились к груде каменных валунов.

Синички врезались в камни, взрываясь фейерверком перьев и ударных волн. Грохот стоял такой, словно мы попали под артобстрел, осколки камней летели во все стороны, и мне пришлось постоянно применять исцеление на тех, кого задевало.

— Не могу прицелиться! — крикнул Паша, пытаясь поймать хоть одну птицу в перекрестье арбалета. — Слишком быстрые!

Маг решил проблему радикально — создал сферу огненного вакуума, в которую затянуло добрую половину стаи. Без воздуха синички не могли лететь и не могли взрываться, так что просто падали вниз безвольными комочками перьев.

Оставшихся добили стрелки, снимая по одной точными выстрелами. Я считал взрывы и поражался тому, как этим ребятам удаётся попадать в такие мелкие и быстрые цели.

Ну а после синичек появилась крылатая корова. Действительно, что еще можно ожидать от прорыва воздуха? Обычная с виду Бурёнка, с рогами, выменем и всем прочим, только с огромными белыми крыльями и способностью летать. И это довольно злая Бурёнка, видимо, кто-то из синичек был её другом.

Корова пикировала на нас сверху, пытаясь затоптать копытами, и при каждом пролёте создавала мощные воздушные потоки, которые сбивали с ног и швыряли о камни.

Виктор попытался достать её мечом, но промахнулся — корова оказалась на удивление маневренной для своих габаритов. Один из танков схватил здоровенный булыжник и швырнул в тварь со всей дури, попав прямо в крыло. Корова потеряла равновесие, закувыркалась в воздухе и рухнула на землю.

Добивали её всей группой, и это было… странно. Убивать корову, пусть даже летающую и злобную, казалось каким-то неправильным. Но когда она попыталась откусить магу голову, сентиментальность быстро прошла.