И вот, уже в сумерках, мы прибыли на место. Прорыв четвёртого ранга выглядел именно так, как и описывал Паша — гигантское болото, простирающееся насколько хватало глаз, с торчащими тут и там мёртвыми деревьями и клубами тумана, который медленно полз над поверхностью воды. Пахло тиной, гнилью и чем-то ещё, чему я не мог подобрать названия, но что вызывало инстинктивное желание оказаться как можно дальше отсюда.

— Фу, какая мерзость, — поморщилась Лена, прикрывая нос рукавом.

— Привыкай, — усмехнулся Глеб. — Завтра будем в этом купаться по самые уши.

Разбили лагерь на небольшом холме, который возвышался над болотом метров на десять и давал хороший обзор во все стороны. Выставили караулы, потому что ночью из прорыва могло вылезти что угодно, и завалились спать прямо в машинах, чтобы не тратить время на палатки.

Утро встретило нас моросящим дождём и ещё более отвратительным запахом от болота, который усилился раза в три. Позавтракали на скорую руку, проверили снаряжение и приступили к подготовке.

— Жилеты надеваем все без исключения, — командовал Паша, раздавая оранжевые спасательные жилеты из багажника. — Если кто-то увязнет — тащим за лямки, не за руки, иначе суставы повыдёргиваем.

— Тяжёлую броню снимаем, — добавил Глеб, обращаясь к своим. — Лёгкая кожанка или вообще без ничего, кому как удобнее.

— Без ничего — это перебор, — возразил Виктор, снимая нагрудник и с сожалением откладывая его в сторону. — Там же твари всякие…

— Лучше тварь укусит, чем утонешь в броне, — философски заметил Паша.

— Ну не знаю, смотря за что укусит… — буркнул Витя.

Пока все переодевались и подгоняли снаряжение, я достал справочник по монстрам болотных прорывов и принялся освежать память, хотя большую часть этой информации и так знал наизусть.

Самый частый обитатель — болотный бобр, причём бобры эти бывают самых разных размеров и степеней агрессивности. Мелкие, размером с собаку, просто кусачие и надоедливые. Средние, размером с телёнка, уже опасны своими зубами, которые способны перекусить бедренную кость за один укус. Ну, или гигантские, по размеру больше бизона. При этом мясо у них на вкус как осина, горькое и волокнистое, так что даже в качестве трофея они не особо ценятся.

Также тут может попасться гигантская гипнотическая жаба. Размером с крупного кабана, покрытая бородавчатой кожей, которая выделяет ядовитую слизь. В глаза лучше не смотреть, потому что загипнотизирует и сожрёт, пока будешь стоять столбом с глупой улыбкой на лице. Воюет при помощи языка, который может выстреливать на несколько метров, и своей массы, прыгает неожиданно быстро для такой туши и сбивает с ног. Ну а потом уже жрет, челюсти у нее тоже довольно мощные.

Мурлоки, полуразумные земноводные стайные существа, болотные пиявки размером от ладони до полуметра, которые присасываются и высасывают кровь с пугающей скоростью. Хищные водомерки, насекомые размером с кошку, которые скользят по поверхности воды и атакуют острыми как бритва лапками.

И самое главное — тинный монстр. Полугуманоидная тварь, которая состоит будто бы из самой болотной тины, с едва различимыми чертами лица и конечностями, которые могут вытягиваться на несколько метров. Пользуется магией воды, может создавать водовороты, топить жертв или швыряться сгустками грязи, которые бьют как камни.

— Ну что, все готовы? — Паша оглядел нашу разношёрстную компанию.

Двенадцать человек в спасательных жилетах, вооружённые кто чем, с шестами для прощупывания дна и решимостью в глазах. Выглядели мы, наверное, довольно нелепо, но это было не важно. Важно было вернуться живыми и желательно с добычей.

— Готовы, — за всех ответил Глеб.

— Тогда пошли, — Паша первым ступил в болото, и мутная вода сразу поднялась ему до колен.

Мы двинулись вслед за ним, выстроившись цепочкой и тщательно прощупывая дно перед каждым шагом. Вода была холодной, несмотря на летнюю жару, и пахла так, что хотелось перестать дышать. Туман обволакивал нас со всех сторон, скрывая берег уже через несколько минут, и казалось, что весь мир сжался до размеров этого проклятого болота.

Первая стычка случилась минут через двадцать. Из-за поваленного дерева выскочила стая болотных бобров, штук семь или восемь, средних размеров, с горящими злобой глазками и оскаленными зубами. Они бросились на нас без всякого предупреждения, видимо надеясь застать врасплох.

— Бобры слева! — заорал кто-то из людей Гоши.

Но мы уже и сами видели. Виктор выступил вперёд, принимая на себя первую волну, его щит загудел от ударов, а меч замелькал, отсекая головы и лапы. Архип зашёл с фланга, его клинок со свистом рассекал воздух, и каждый удар заканчивался чавкающим звуком и визгом умирающих тварей.

Я держался позади, готовый в любой момент подлечить раненых, но всё прошло настолько гладко, что работы для меня не нашлось. Минута, может полторы, и последний бобр издох, исходя кровью и болотной водой.

— Неплохо, — констатировал Глеб, вытирая лезвие своего клинка о шкуру ближайшей туши. — Давно так легко не было.

— Это только начало, — мрачно заметил Паша. — Дальше будет хуже.

И он оказался прав. Минут через сорок, когда мы уже изрядно углубились в болото и вода доходила до пояса, мурлоки устроили засаду. Они выскочили из-под воды одновременно со всех сторон, их было не меньше двадцати, и в руках у каждого поблёскивало самодельное оружие из заточенных ракушек и костей.

Визг, который они издавали, бил по ушам как физический удар. Я едва успел увернуться от ножа, который метили мне в горло, и ответил ударом молота, отправляя нападавшего в короткий полёт. Вокруг закипела схватка, мутная вода вспенилась от ударов и тел, и в какой-то момент я потерял из виду остальных.

— Целитель, сюда! — раздался крик справа.

Пробился сквозь толпу сражающихся и увидел двоих из группы Гоши, которые корчились в воде, хватаясь за раны на руках и ногах. Кровь смешивалась с болотной жижей, и по тому, как быстро бледнели их лица, я понял — яд.

— Лена, помогай! — рявкнул я и бросился к раненым.

Девушка сразу ударила малым исцеление по первому из них, совершенно позабыв про особенности работы с ядом. Но малое исцеление тоже сойдет, хуже точно не будет.

Я присел рядом с первым пострадавшим, быстро оценивая состояние. Порез на предплечье, неглубокий, но яд уже начал действовать — вены вокруг раны почернели, распространяясь под кожей как паутина.

Влил целительскую энергию, одновременно нейтрализуя токсин и закрывая рану. Яд мурлоков — это смесь нейротоксина и гемолитического агента, парализует мышцы и одновременно разрушает эритроциты, вызывая внутренние кровоизлияния. Не зря же я справочник читал, как раз эта информация в основном меня и интересовала. Всё-таки при своевременном лечении нейтрализуется полностью, без долгосрочных последствий.

— Терпи, сейчас пройдёт, — бросил я, уже переключаясь на второго.

У этого было хуже, глубокая рана на бедре, артериальное кровотечение, которое Лена едва успела остановить. Плюс всё тот же яд, который уже добрался до паховых лимфоузлов. Пришлось работать быстро и грубо, без той тонкости, которую я обычно предпочитаю. Залить рану энергией, выжечь заразу, восстановить повреждённые ткани, проверить, что ничего не упустил.

— Жить будут, — выдохнул я, поднимаясь на ноги.

К этому моменту схватка уже закончилась. Мурлоки частично были перебиты, частично разбежались, оставив на поле боя с десяток трупов и одного подранка, который пытался уползти, загребая перепончатыми лапами.

— Добей, — бросил Паша Архипу, и подранок замолк навсегда.

Передохнули буквально пять минут, чтобы я успел проверить всех на предмет скрытых ран и отравлений, и двинулись дальше. Болото становилось всё глубже и опаснее, несколько раз мы едва не провалились в какие-то подводные ямы, и только шесты и спасательные жилеты уберегли от беды.

А потом появилась жаба…

Точнее, сначала я почувствовал движение воздуха — что-то огромное и быстрое промелькнуло на периферии зрения. Потом раздался характерный звук, нечто среднее между кваканьем и рёвом, от которого завибрировали барабанные перепонки.