Посыльный сразу убежал передавать приказ, и вот, уже спустя минут пятнадцать у главных ворот участка выстроилось пятьдесят бойцов в сверкающих доспехах. Все как на подбор, лучшие из лучших. Взгляды полные решимости, прекрасная артефактная экипировка, лучшее оснащение и невероятная сила. Одним словом, настоящие стражи. Когда такие охраняют твой покой — можно спать спокойно.

— Красавцы… — оскалился Командал, — За мной, мои верные воины! Сметем врага, накажем наглецов! Пусть они познают тяжесть своих ошибок и больше никогда даже не подумают идти против светлой воли серафимов!

— Да-а-а! — рыкнули воины, и взмахнув крыльями, рванули в небо.

На дорогу до пещер ушли считанные минуты. Да, побег из тюрьмы произошел несколько часов назад, но ведь нарушители передвигались по земле, тогда как серафимы — жители неба. Невозможно скрыться или убежать, светлые воины все равно настигнут любого врага.

И вот, вскоре отряд приземлился у черного провала внутрь скалы, а Командал решил раздать подчиненным последние указания и еще раз полюбоваться на своих красавцев.

— Там, внизу прячутся наши враги, — проговорил он, — Мне же не надо напоминать, что никто не заслуживает пощады? Конечно, вы и сами это знаете. Так что ломайте их, унижайте, заставьте страдать! Бейте без капли сожаления, калечьте, а если кто-то будет молить о пощаде…

— Бить еще сильнее! — хором ответили бойцы.

— Вы мои умнички! — Командал не смог сдержаться, — Нет, ну какие же милые! Все, идите, разрешаю любое насилие. И помните, это во имя добра!

— Да! — рыкнули стражники, и выхватив сверкающие мечи, забежали в пещеру.

Пару минут все было тихо, но вскоре послышались крики, визги, вопли и звуки ударов. Все это продолжалось еще некоторое время и звуков вопли были настолько истошными, что даже сам Командал удивился эффективности своих бойцов.

— Хотя чего я удивляюсь? — задумался он, — Лучшие ведь, как-никак. Но все равно как-то слишком жестоко, даже по нашим меркам…

— Нет ничего более страшного, чем добро, — пожал плечами один из помощников Командала, — И враг только что это понял. Добро ведь всегда побеждает, верно, господин?

— Да, это факт, — вздохнул тот. — Как хорошо быть добрым, конечно.

Он так и продолжил наблюдать за входом в пещеру, и вскоре оттуда выбежал первый стражник. Броню с него сорвали, а сам он выглядел убитым.

— Что случилось? — удивился начальник.

— Там… Там… — боец так и не смог сказать ничего вразумительного.

— Ладно, потом расскажешь. Видимо, люди оказывают бессмысленное сопротивление, — нахмурился Командал, — Отнесите его к лекарям, срочно! И прошу вас, скорее выдайте ему новую чистую одежду! Нет сил смотреть на это…

Вскоре выскочил еще один серафим, затем еще и еще. Все они растеряли свое оружие и выглядели избитыми, глаза их были расширены от ужаса и никто не мог ничего толком рассказать.

— А ну все назад! — возмутился Командал, — Это же дезертирство! Не позорьте меня! Приказываю, всем назад в пещеры, вы должны закончить начатое!

Никто назад уже не собирался и серафимы продолжали в панике выбегать из пещеры, а лекари сбивались с ног, пытаясь оказать всем помощь.

— Если стоите на ногах, значит еще можете сражаться! — верещал начальник, — Вот ты, — он указал на одного относительно целого стражника. — Можешь ходить? Значит возвращайся в бой! Или хочешь под трибунал?

Серафим подумал пару секунд, взял камень и ударил себя по голове, после чего уже стоять на ногах не смог.

— Да что там такое? Лекари! — воскликнул Командал, — Чем их так? Магия? Артефакты? Что случилось, почему они все избиты?

— Честно сказать, есть у нас заключение… — замялся старший лекарь, — но я пока не знаю, как его сформулировать.

— Говори как есть!

— Ладно, я скажу, но вы не ругайтесь, — поднял он руки в примирительном жесте, — Судя по многочисленным маленьким гематомам на всей поверхности тела каждого пациента… В общем, их били маленькими ручками. Скорее всего ваш отряд был побит детьми, господин.

— Нет… Как это? Не могли же дети… — нахмурился тот, вспомнив, какие масштабные операции проводил он со своим отрядом в других мирах. В основном это были карательные операции, конечно, ведь этот отряд звали туда, где нужна особая жестокость по отношению к беззащитным. — Кажется, вы ошиблись. Эту информацию необходимо перепроверить.

— Ну так спуститесь в пещеры сами и посмотрите своими глазами. Нам тоже интересно, по правде говоря, — пожал плечами лекарь.

— Не, давайте еще отряд туда лучше зашлем, — замотал головой Командал. — Всё-таки я легендарный воин и могу случайно не сдержать свои силы. Сами понимаете, даже мой взгляд можно использовать как оружие…

Да уж, отдых у шибзиков немного затянулся… Мы успели попробовать местную медовуху, продегустировали бутерброды с самым разным вареньем и нас даже угостили самым ценным, что у них есть. Вскрыли сокровищницу и достали немного шоколадной пасты.

На самом деле эти мелкие существа живут не только войной, как это может показаться на первый взгляд. Да, у каждого шибзика всегда при себе какое-то оружие, а под подушкой топор. Да, мобилизовать войска они могут за пару секунд. Просто воинам надо дожевать что-то сладкое, и все, они готовы к бою.

Но война для них — это лишь одно из многих развлечений. У них тут есть гольф, теннис, футбол, настольные игры и много чего еще. Постоянно проводятся соревнования, олимпиады, и победителей знает каждый уважающий себя шибзик. Эти ребята довольно активные, постоянно любят двигаться и достигать новых высот.

Разве что к магии и науке относятся довольно холодно. Но только если эта магия или наука не касается кулинарии, а в частности приготовления десертов. Что-что, а сладкое здесь — это святое.

Собственно, на волне обсуждения самых разных десертов, шибзики постепенно подружились с людьми и теперь сами люди не захотели отсюда уходить. Мы ведь сюда просто переночевать пришли, а теперь тюрьма серафимов опустела.

Поэтому я тоже решил не возвращаться в свою камеру. А то какой смысл? Буду там сидеть один и скучать? А что рассказать надзирателям, которые прибудут на смену нынешнему?

Да и наплевать, не очень-то и хотелось в тюрьму. Как итог, мне пришлось раздобыть накладные крылья, надежно закрепить их на спине при помощи клейкой ленты и отправиться гулять по городу. Клейкая лента нашлась у одного из заключенных, а я даже не стал спрашивать, зачем он ее взял с собой. После красок, ракетки и латексной маски я твердо решил не задавать лишних вопросов. Очень уж странный в этой тюрьме собрался контингент.

Долго разгуливать по городу не пришлось, так как мне на глаза случайно попалась вывеска какого-то местного бара под названием «светлое добро». В этом городе так называются почти все заведения и даже улицы, но вывеска ярко светилась и потому стало интересно, чем они тут угощают. Да и поговорить с серафимами иногда бывает интересно. Как-никак, не все они такие ущербные, есть среди них единицы адекватных существ.

По аналогии с Северной Кореей, когда я при помощи скотча замаскировался под местного, фокус с накладными крыльями тоже прекрасно сработал в этом мире. Никто меня никак не задевал, и я спокойно примостился за одним из столиков.

Мне налили какой-то нектар, сделанный светлыми бабочками, и как-то незаметно у нас со случайным посетителем заведения начался спор.

— И всё-таки, — помотал я головой, — Свет ведь не обязан быть добрым! В чем смысл? Это ведь свет, а он должен только освещать! Понимаешь меня?

— Понимаю, но ты не прав. Где свет — там и добро, — улыбнулся тот. Кстати, на удивление спокойный парень, надо сказать. Обычно они сразу переходят к угрозам. Хотя о чем это я? Они грубы только с представителями других рас, а со своими умеют общаться на удивление сносно. — Может, еще по нектарчику?

— Да, давай повторим, — кивнул ему, — И все же, я пытаюсь донести до тебя свою мысль. Добро — это добро, и оно никак не связано с уровнем освещения. Можно по темной улице перевести через дорогу бабушку, и это тоже будет добром! Или под светом сотни прожекторов отобрать у этой бабули сумочку и сбежать! Рзаве это не будет злом?