— Нет… — замотала она головой. — Я, как начальник части, против этой авантюры и не позволю так рисковать. Даже не проси, я своего командира не отдам.

— Надо, Катюша, — пожал я плечами. — Надо… Вариантов всё равно нет, это действительно выгодный обмен.

— В каком месте он выгодный? — возмутилась она. — Нет, это бред. Надо придумать что-то другое. Ну нельзя же соглашаться на такие предложения!

— Почему нет? Предложение ведь неплохое, — я потянулся за бумажкой, но девушка прижала ее рукой к столу. — Катя! Готовь самолет, я вылетаю сегодня же.

Нет, от таких предложений отказываться нельзя. Тем более, что там сплошная выгода!

Сирийский хан решил выслужиться перед османским султаном и потому отправил письмо с предложением обмена. Разумеется, он хочет получить меня, причем живьем, а взамен обещает отпустить двести сорок пять человек. Все они — военнослужащие Российской Империи, и среди них есть двое очень даже важных офицеров.

Пленили их пару месяцев назад в результате крайне неудачной операции в тылу врага, и вот, с тех пор о них не было никакой точной информации. Только слухи, что их заточили в катакомбах под дворцом хана и постоянно пытают, стараясь выведать как можно больше информации. А еще, все знают, что из катакомб выхода нет. По крайней мере, живыми оттуда еще никого не выпускали.

Так вот, всех этих пленников хан готов обменять на меня одного. Но это вполне справедливый обмен, ведь из пленников можно добыть только информацию, которая уже давно устарела, а меня можно выгодно подарить султану и получить его хорошее расположение. А там, глядишь, и ханство может вырасти, и финансирование из казны империи увеличится. Да и на приемы будут звать чаще, а это тоже дорогого стоит. Ведь именно на приемах можно завести немало полезных знакомств.

Вообще, звучит довольно безопасно. Меня туда привезут имперским военным бортом, там уже встретят представители хана и проводят в катакомбы. Вроде ничего особенного, так почему бы не согласиться? Главное, что пленных отпустят в ту же минуту, как я выйду из самолета, и отправят тем же бортом на родину.

Был ли какой-то выбор у Кати? Разумеется, нет. Я бы всё равно полетел, как минимум, ради развлечения. Спасти пленных тоже полезно, но я уверен, что попасть к ним в катакомбы будет занятно. А потом буду весело выбираться оттуда, но это полбеды. После надо будет каким-то образом пройти через почти всю территорию Османской империи, прорваться к своим, и только тогда я смогу вернуться домой.

Нет, выбраться из катакомб и пройти весь этот путь не проблема. Но это если двигаться налегке, а ведь мне каким-то образом надо будет утащить всё трофейное золото! Есть у этого металла один минус — вес. Тяжелое оно, неудобно таскать.

— Костя… — Катя некоторое время укоризненно смотрела на меня, пытаясь таким образом переубедить. Вот только я невозмутимо сидел напротив и делал вид, что совершенно не понимаю этого. — Эх, ладно, — вздохнула она и взяла телефон в руки. — Это Екатерина. Да… Подготовьте борт для дальнего перелета… Да, на триста человек. В Османскую империю и обратно, — она завершила звонок и снова посмотрела на меня.

— Ну всё, мне пора! — пожал я плечами. — Сильно не скучайте тут, надолго там задерживаться не планирую.

— Даже не знаю, — помотала головой Катя. — Ты так уверен в успехе, что мне даже немного жаль бедного хана. Хотя даже по твоим меркам эта операция кажется слишком рискованной. Они будут готовы, Костя. Продумают всё до мелочей и подберут артефакты специально против таких, как ты…

— Ой, всё! После твоих слов еще сильнее захотелось поскорее туда добраться! — махнул на нее рукой. — Всё, побежал…

Катя хотела проводить, но ее отвлекли звонками поставщики, затем пришли докладывать об успешном выполнении миссии бойцы, так что я отправился на аэродром в одиночку.

Там меня уже ждал пузатый самолет, готовый к взлету, и сопровождение из пары десятков бойцов и медиков. Разумеется, медики не для меня, а для пленных. Ведь мы не знаем, в каком они сейчас состоянии.

Да и хан даже не подозревает, что от состояния пленных будет зависеть и его состояние. Если их там действительно пытали и калечили, очень не завидую всему его ханству.

Вскоре самолет поднялся в небо, а бойцы всё так же странно смотрели на меня и даже перешептывались между собой. Ладно, пусть обсуждают. Обычное задание, просто далековато добираться, а в остальном ничего особенного.

По пути смог в спокойной обстановке обсудить примерные планы с Рембо, передал приказы бесам на случай, если у меня там возникнут проблемы.

— Аварийное открытие люка! — заверещали в какой-то момент бойцы и стали закрывать боковую дверцу. — Что произошло?

— Неисправность, наверное, — развел руками техник. — До конца пути держите люк, на всякий случай.

Ага, аварийное. А как вы прикажете бесу-разведчику попасть в самолет? Мы уже летим над османской империей, рядом два вражеских истребителя сопровождения. И раз уж мы тут, к нам забрался разведчик, чтобы доложить о нанесенном врагу ущербе.

Посмеялся над историей про фасоль в подводных лодках, выслушал, какие еще хулиганства они успели натворить и приказал продолжать в том же духе.

— Костя, — ко мне подошел помощник пилота и некоторое время просто стоял, не в силах выдавить из себя ни слова. — Это… Мы начинаем снижение и через полчаса совершим посадку.

— Ну хорошо, — пожал я плечами, — уже не терпится.

— Освободить пленных? — удивился тот.

— Ну, это тоже, да, — но главное — это посмотреть на их катакомбы и узнать наконец, чем они хотят меня удивить. Катя говорит, что они очень готовились, а бесы-разведчики пока этого не наблюдают. Разве что хан выставил усиленную охрану на аэродроме, ну и пару противодемонических артефактов достал из сокровищницы.

— Я чего пришел-то… — замялся тем временем помощник пилота. — С нами связались сирийцы и приказали забрать у тебя все артефакты и оружие. Ты не против сдать всё это? Иначе, говорят, никакого обмена не будет.

— А я должен был взять с собой оружие и артефакты? — захлопал себя по карманам. — У меня и так ничего нет, так что и сдавать нечего, — всё у бесов, мне-то какой смысл что-то с собой таскать?

Пилот в ответ еще больше удивился и на этом отправился обратно в кабину, а я продолжил дискутировать со своими подчиненными и обсуждать дальнейшие планы.

Как раз спустя полчаса самолет коснулся земли, остановился, и задний люк с мерным басовитым гулом начал медленно раскрываться. В трюм сразу хлынул поток горячего воздуха и, по мере раскрытия люка, я видел все больше хмурых бородатых мужиков, замотанных в белые тряпки. Лишь у некоторых можно увидеть лицо, остальные оставили открытыми только глаза.

— Это личная гвардия хана, — пояснил мне Рембо. — У них в руках копья, а под этими одеяниями каждый прячет оружие посерьезней.

— А пленные где? На месте? — уточнил я. А то без пленных сдаваться не собираюсь.

— Вон два автобуса, — указал Рембо куда-то за спины гвардейцев. — Все пленные на месте, они не соврали.

— Ну и ладненько! — обрадовался я и бодро зашагал сдаваться. Гвардейцы даже удивились, когда я спокойно вышел из самолета и протянул руки, чтобы на них нацепили антимагические наручники. И с улыбкой на лице уселся в кузов броневика, безошибочно определив, на чем меня должны везти.

Далее броневик сорвался с места, попетлял по узким дорогам, покачался на кочках, и минут через сорок мы остановились уже на территории дворца хана, где он лично решил меня встретить.

— Вот ты и попался, Константин! — заулыбался бородатый пузатый низкорослый мужик, облаченный в свободные одеяния и с намотанным на голову полотенцем. — Не знаю, как тебя заставили явиться сюда. Видимо, твое командование считает двух аристократов куда более ценными, чем ты!

Да, в записке было указано, что меня информировать не обязательно. Мол, прикажите отправиться на задание, а дальше гвардейцы сами произведут захват, и о каком-то обмене мне знать совсем не обязательно.