Близость к своему повелителю, пусть и весьма недолгая — день в году (но у других ведьм и такого не было), возможность фильтровать доступ к его телу, и обладание местом силы, позволило фон Штольбергам возвыситься в весьма кратчайшие сроки и подмять под себя большую часть сначала немецких, а затем и все остальные ковены ведьм Европы.

Некоторое время Старый свет сотрясали колдовские войны, но фон Штольберги не сдали своих позиций, возвысившись еще больше. Их враги либо погибали, либо бежали за море — в Америку, либо подчинялись правилам, установленным новыми хозяевами жизни.

Лишь единожды хозяева Вернигероде были вынуждены покинуть свои владения, когда едва не пали от рук инквизиции, сумевшей взбунтовать целый город во время тридцатилетней войны[4]. Почти полвека фон Штольцы были лишены доступа к горе Броккен и вынуждены обитать в Ильзенбурге.

За это время они едва не растеряли все свои ранее завоеванные позиции на «колдовском Олимпе». Но, вернувшись назад в 1710-ом году, они сумели вновь укрепить своё пошатнувшееся могущество. Сумеречный мир темных сил потрясла еще одна, наверное, самая кровавая война ведьм, в которой фон Штольберги доказали, что они по праву являются сильнейшими малефиками Европы.

Из многочисленных ведьмовских ковенов остался лишь один, который возглавляли хозяева Вернигероде. И с того времени по сегодняшний день вся «магическая политика» была сосредоточена в их руках. И именно по этой причине пожилой господин и появился в этом городе — ему нужно было решить с ведьмами кое-какие вопросы, появившиеся за его длительное отсутствие.

— Приятного аппетита! — Вновь появившийся официант поставил перед клиентом тарелку с большим куском слегка обжаренного мяса, сочившегося красной жидкостью.

— Данке! — произнёс старик, берясь за нож с вилкой.

Если бы имелась возможность, пожилой господин с удовольствием бы хлебнул свежей и еще горячей крови, вонзив клыки в шею официанта. Но господин был весьма стар, опытен и умел сдерживать свои желания. К тому же запас крови во фляге еще имелся.

Он неторопливо отрезал кусочек мяса, истекающий кровавым соком, полюбовался на практически не прожаренное красное нутро, и с удовольствием отправил отрезанную порцию в рот. Радоваться даже таким маленьким удовольствиям он научился уже давно. Тем, кто живёт долго, даже очень и очень долго, что невозможно даже вспомнить насколько долго — это весьма необходимый навык.

Иначе, очень быстро можно потерять вкус к жизни, погрузиться в уныние или, в конце концов попросту сдохнуть от скуки. Господин знал немалое количество «долгожителей», кто именно подобным способом и закончил свои дни. Как сказал лет триста назад один поэт из смертных, переосмысливая еще более древнее изречение:

'Ничто не ново под луною:

Что есть, то было, будет ввек.

И прежде кровь лилась рекою,

И прежде плакал человек…'[5]

Неторопливо отрезав второй кусочек мяса, пожилой господин не успел отправить его в рот, когда к нему за столик подсел довольно моложавый мужчина в строгой, но элегантной форме гауптштурмфюрера СС.

— Гутен абент, герр Костич! — вежливо поприветствовал он пожилого господина, с удовольствием поглощающего кровавый бифштекс. — Приятного аппетита!

Эсэсовец прекрасно понимал, что с еще большим удовольствием этот господин присосался бы сейчас к чьей-нибудь шее, но не стал акцентироваться на этой мысли. Иначе, можно было бы и немного двинуться умом. После всего увиденного и пережитого в недавней экспедиции в Сербию, гауптштурмфюрер СС иногда сомневался в собственной адекватности.

— Присоединишься ко мне, Матиас? — поинтересовался у Грейса вурдалак, отправляя в рот очередной истекающий кровью кусочек. — Мясо свежее, — сообщил он, — еще с утра бегало по лужайке. Можешь поверить — уж я в этом разбираюсь, — ехидно прищурясь, заверил он археолога.

— Нет, спасибо! — Мотнул головой Грейс, перед глазами которого промелькнули алебастровые лица его мертвых подчиненных, высушенные досуха этим милым старичком-вурдалаком. — Я плотно пообедал и еще не проголодался. А вот от чашечки кофе не откажусь… — произнёс он, подзывая к себе официанта, выглянувшего на уличную площадку. — Я привёз вам новые документы, герр Костич, — произнёс профессор, после того как, сделал заказ. — Теперь вы настоящий ариец…

— Ты думаешь, Матиас, — усмехнувшись, произнёс старик, — такому, как я, нужны какие-то документы?

— Ну, а как же без них? — Оторопел гауптштурмфюрер СС.

— Как обычно… — Пожал плечами вурдалак, вынул из кармана картонную карточку и протянул её Грейсу. — Легко и непринужденно.

— «Führer Ausweis»⁈ — Лицо Грейса вытянулось, когда он взглянул на «удостоверение личности лидера».

Стандартная карточка размером 12 × 9 см имела все необходимые атрибуты идентификации члена СС с офицерским званием: содержала штампованную фотографию Костича, его имя, звание, подразделение, дату рождения и идентификационный номер.

Правда, дата рождения была указаны в нескольких тысячелетиях, да еще и до « н.э.»! Так же имелся учетный партийный номер НСДАП, как будто старый вампир был её членом. Чернильные штампы и выпуклые печати выглядели абсолютно настоящими! Такими же, как и на документе, принесенном самим Матиасом. На оборотной стороне карты была указана дата выдачи документа, факсимильная подпись рейхсфюрера СС Гиммлера, подпись уполномоченного подразделения и подтверждающий штамп.

— Но как? Как⁈

— А так! — Старый упырь прищелкнул пальцами и предъявленный стариком «аусвайс» превратился в потрепанный обрывок старой газеты. — Самая примитивнейшая магия, мой юный друг.

— А зачем мы здесь, в Вернигероде, герр Костич? — поинтересовался Матиас, которого куратором прикрепил к вурдалаку лично рейхсфюрер СС.

— Зови меня лучше Мастером, мой юный друг, — неожиданно попросил вампир. — Личность старого серба мне весьма приелась. А прибыли мы в этот весьма примечательный город по одной лишь простой причине — хочу встретиться с одной своей старой приятельницей…

— Приятельницей? — не поверил в услышанное профессор. — Но при чем здесь какая-то баба?

— Баба? — громогласно расхохотался Мастер. — Да это баба держит в своём сухом морщинистом кулачке яйца всех колдунишек Старого света, хоть что-нибудь представляющих из себя! А на остальных она просто плюёт. Эта баба — Верховная ведьма Европейского ковена! И никто из одарённых не смеет без её приказа или одобрения даже воздух испортить, нажравшись квашенной капусты, а не то что пальчиком активировать простейший конструкт…

— И⁈ — Гауптштурмфюрер СС подвинулся поближе к старику, чтобы не упустить ни единого его слова.

— И сдаётся мне, Матиас, — забросив в рот еще кусочек мяса и лениво жуя, продолжил вурдалак, — что весь этот балаган с неожиданным обретением магии ущербным потомком Вилиготенов, с раскрытием тайн дивного мира обычным простакам, с неожиданным открытием так называемой сыворотки Левина, и прочего-прочего-прочего не обошлось без участия этой беспринципной старой стервы. Не удивлюсь, что и весь ваш нынешний «дранг нах остен» — всецело какая-то её хитрая игра, а не заслуга этого вашего фюрера…

[1] Название Анхальт (нем. Anhalt) впервые упоминается в 1212 году во времена правления асканийских князей. Единое название «Саксония-Анхальт» появилось только в 1947 году.

[2] Летом в городах и селах германии открываются биргартен (Biergarten). Чаще всего эти «пивные на пленере». Первоначально в биргартенах подавали лишь пиво, закуску гости всегда приносили с собой. В современных «пивных садах» и накормят, и напоят, и со своей едой не выгоняют.

[3] Своим названием Вальпургиева ночь обязана монахине Вальбурге, причисленной к лику святых 1 мая. В Средние Века люди верили, что в ночь с 30 апреля на 1 мая ведьмы всего мира слетаются на вершины лысых гор, пируют и хвалятся, сколько пакостей они успели натворить за прошедший год.

[4] «Тридцатилетняя война» — историографическое название ряда военных конфликтов в Священной Римской империи германской нации и Европе вообще, продолжавшихся с 1618 года по 1648 год, и затронувших в той или иной степени практически все европейские страны (регионы) и государства.