Да и он сам уцелел лишь чудом, а точнее «милостью» колдуна, поручившего Вольфгангу доставить послание его собственному начальству. «Слушай меня внимательно, Вольфи Хубертус, — зловеще прошипел колдун ему на ухо, — передай своему рейхсфюреру и старине Вили, что я обязательно приду за ними и уволоку их чёрные душонки прямиком в ад! Запомни это и передай слово в слово!»

Его голос до сих пор стоял у Вольфганга в ушах, заставляя ёжить и вздрагивать от страха, когда он оставался один. Унтерштурмфюреру СС казалось, что чертов колдун до сих пор стоит за его спиной. И стоит обернуться, как он вновь столкнётся с этим дьяволом во плоти нос к носу, который с него обязательно спросит за невыполнение данного «поручения».

Да, Вольфи не нашел в себе смелости передать послание по назначению, хотя он старался побороть этот страх. Но едва он представлял, что будет, если он действительно передаст слова колдуна самому рейхсфюреру СС… Нет, гнева всесильного шефа «Черного ордена СС» Хубертус опасался еще сильнее, чем гнева проклятого русского ведьмака.

Он надеялся, что малефик никогда не доберётся до столицы Третьего рейха, а уж тем более не сумеет справиться с их собственным грозным и могучим чудотворцем — бригадефюрером СС Карлом Вайстором, который уже как-то пару раз сумел дотянуться до русского колдуна через чудовищные расстояния. Жаль, что не сумел уничтожить — чёртов ведьмак сумел как-то выкрутиться.

А ведь поначалу миссия Хубертуса шла как по маслу — буквально на вторые сутки братьям-инквизиторам удалось пленить «духовного помощника» колдуна — весьма сильную и зловредную нечисть, о которой их с Зигмундом инструктировал бригадефюрер СС Вайстор перед самой заброской на оккупированную их войсками территорию Советского Союза.

Используя помощника как наживку (это операцию уже разрабатывал майор Кранке совестно с братьями-монахами), им удалось выманить ведьмака из его логова, расположенного где-то «в диких лесах», окружающих весьма неказистую деревеньку русских крестьян со всех сторон. Мало того, что колдуна удалось выманить, так его еще и пленить удалось!

И если бы не «ошибка» гауптаманна-танкиста, притащившегося вместе с начальником штаба 13-ой танковой дивизии поглазеть на пойманного малефика в самый неподходящий момент, Вольфи бы мог прибыть в Берлин настоящим победителем ведьмака.

Но что-то пошло не так, и тупой вояка-гауптманн, попав под магнетическое влияние русского колдуна, невольно поспособствовал его освобождению и был смертельно ранен майором Кранке при попытке освободиться. Сам же майор погиб от руки колдуна, который благодаря артефакту инквизиторов так и не сумел воспользоваться своими магическими силами. Однако его «природный магнетический гипноз», похоже, в них не особо нуждался.

Гипнотическая сила русского колдуна была настолько велика, что даже смертельно раненный гауптманн продолжал прикрывать отход малефика. Так что взять его во второй раз не получилось — он вновь укрылся в своём дремучем лесу, и выманить его оттуда еще раз Вольфи даже и пробовать не стал. Он предпочёл смыться побыстрее из этой ужасной страны и спасти собственную жизнь, а, возможно, и душу.

Однако судьбе было угодно подсластить унтерштурмфюреру СС горькую пилюлю, и он обнаружил в уже практически мёртвом гауптманне настоящий магический дар! Перстень, врученный Хубертусу престарелым генералом Вайстором, для определения магических способностей, неожиданно среагировал и на смертельно раненного Кюхмайстера, как будто он сам был колдуном.

А вот тут уже дело принимало интересный оборот, из которого вытекал закономерный вопрос: а откуда взялся колдовской дар у этого самого гауптманна? Возможно, он проявился после воздействия на разум Кюхмайстера русского малефика.

И этот факт открывал такой простор в научных исследованиях изначального пробуждения дара у абсолютно «простых» людей, что у Вольфи от возможных перспектив захватывало дух. Честно признаться, он и сам был не прочь стать настоящим волшебником, о которых в древности слагали настоящие легенды. Таким, как Великий Мерлин, например.

Однако, могло быть и совсем иначе — раненный гауптманн Кюхмайстер и не Кюхмайстер на самом деле, а тот самый русский колдун, лишь натянувший личину бедолаги гауптманна, и тем самым пытающийся обмануть Вльфганга. Как он сумел это проделать, находясь в радиусе действия артефакта — не ясно.

Но сумел же он как-то залезть в голову настоящего гауптманна, несмотря на артефакт? Может, и здесь есть какая-то лазейка? Ведь это же, по сути, даже не «внешнее» магического воздействие, а внутренние изменения организма. Артефакт же, насколько понял принцип его работы Хубертус, не дает колдуну плести свои чары, запечатывая его силу внутри.

В общем, от всего этого у него голова реально распухла и «шла кру̀гом» всю дорогу в Берлин. А здесь его, естественно, ждал жесткий разнос начальства за проваленную операцию. Но просто так сдаваться унтерштурмфюрер СС не собирался. Ведь у него был какой-никакой, а результат. Пусть, и весьма негативный, но был. А наличие обнаруженных при помощи перстня способностей гауптманна и вовсе давало ему шанс перевернуть с ног на голову результаты проваленной миссии.

— Прошу прощения, герр профессор, но это не падаль! — неожиданно для Левина возмутился молодой унтерштурмфюрер СС. — Во-первых — он офицер вермахта, чуть не погибший во время нашей боевой операции, а не какой-нибудь русский унтерменш! Во-вторых — он еще жив! Так что имейте уважение, герр оберштурмбаннфюрер СС!

Левин в первый момент даже опешил от такого мощного напора — мало кто из сотрудников зондеркоманды позволял себе оспаривать утверждения профессора. Но Хубертус был переведен в отдел «Н» перед самой заброской и, вероятно, понятия не имел, как вести себя с новым начальством.

Однако, подумав, Рудольф решил, что новенький сотрудник прав — не стоило так пренебрежительно относиться к своим же соотечественникам, не жалеющим своих жизней на фронтах дикой Русландии. Ведь делают-то они, как никак, одно дело. Только Левин так и не понял, зачем Хубертус притащил сюда этого помирающего от ранений гауптамана.

— Приношу свои извинения, Вольфганг! — Не стал тянуть профессор с признанием своих ошибок. — Погорячился, был не прав! Но я жду объяснений, отчего это достойный офицер находится не в госпитале, а у нас в отделе?

Хубертус признательно качнул головой, что извинения приняты, и произнёс:

— С ним всё не так просто, герр профессор. Он попал под влияние русского ведьмака…

— А сам ведьмак, я так понимаю, оказался неуловим? — Скептически прищурился руководитель оккультной зондеркоманды.

— В ближайшее время я подготовлю подробный доклад обо всём произошедшем… — слегка потупился Вольфи. — Но, в общем, вы правы — поймать его не удалось… и… погибли все, кроме меня…

— Ведьмак угробил даже инквизиторов? — Брови Рудольфа удивленно взлетели.

— Да, их он уничтожил в первую очередь, — ответил Хубертус.

— А ведь это были самые опытные европейские «магодавы», отправившие на костёр не одну ведьму…

— Они их до сих пор сжигают? — Теперь уже удивленно воскликнул молодой человек. — Но это же чистейшей воды варварство!

— Со своей библией не лезь в чужой монастырь, — произнес Левин по-русски. — Так, кажется, говорят наши враги?

— Со своим уставом, — поправил начальника Вольфганг, который специализировался на изучении дикой России.

И это был один из фактов по которому ему досталось это престижное, но опасное место в зондеркоманде «Н». Но это был реальный шанс сделать себе ошеломительную карьеру, о которой он раньше не мог и мечтать.

— Да, верно, Вольфганг, уставом, — согласился Рудольф. — Давно не практиковался в русском. Так что «не так» с этим гауптманном? Зачем он здесь?

— С ним всё не так, герр профессор… Смотрите! — И Хубертус поднес перстень-определитель к неподвижному телу Кюхмайстера.

— У него есть дар? — взволнованно воскликнул Рудольф, забирая у подчиненного перстень и поднося его поближе к телу гауптманна. — И, судя по интенсивности свечения — инициированный, с уже сформировавшимся резервом!