— Не армию, а скорее толпу растерянных людей, которые ещё сами не понимают, что с ними произошло, — пожал я плечами и кивнул в сторону бредущих за мной рыцарей. — Двести уже подключились к Тёмной, ещё сотня решила пока остаться бессистемными. Нужно будет их как-то разместить, накормить, объяснить правила и всё такое.

— Этим займёмся, — Твердлов хлопнул меня по плечу так, что я едва удержался на ногах. — А пока пошли, герцог хочет поговорить. Много чего обсудить надо.

Новоприбывших быстро и организованно распределили по нескольким направлениям, и я невольно восхитился слаженностью действий местных командиров. Тех, кто подключился к Тёмной, сразу повели в сторону столовой, где уже дымились котлы с горячей похлёбкой и громоздились горы свежего хлеба.

Бессистемных же проводили в отдельное здание на краю поселения, выделив охрану и объяснив, что проверка займёт некоторое время, но при этом голодными их тоже не оставят. Никакого рукоприкладства, никаких унижений, всё цивилизованно и почти гуманно, если не считать того факта, что они фактически являлись пленниками.

По дороге к дому Аксаковых я краем глаза наблюдал за реакцией подключившихся рыцарей, которые с удивлением обнаруживали, что интерфейс Тёмной системы работает практически так же, как и Светлой, с теми же привычными навыками и способностями. Кто-то уже пробовал активировать боевые умения, кто-то листал характеристики, кто-то просто стоял с остекленевшим взглядом, пытаясь осмыслить происходящее.

И это им еще не рассказали о том, насколько много энергии забирала себе Светлая. Даже у первосортных, насколько я знаю, она забирала около десяти-двадцати процентов, что тоже довольно существенно. Впрочем, скоро они сами всё поймут, не буду портить сюрприз и что-то рассказывать. Тем более, уже дошел до дома Аксаковых.

Кабинет герцога встретил меня привычным полумраком и запахом старой бумаги. Максим сидел за массивным столом, разглядывая какую-то карту, а при моём появлении поднял голову и устало улыбнулся. Рядом с ним расположился Твердлов, уже успевший каким-то образом обогнать нас по дороге, а у окна стоял Георгий, скрестив руки на груди.

— Присаживайся, Владимир, — герцог указал на свободное кресло напротив себя. — Рассказывай, как тебе удалось обработать столько народу за раз?

Я вкратце изложил события последних часов, не вдаваясь в лишние подробности, и когда закончил, в кабинете на некоторое время воцарилась задумчивая тишина. Аксаков барабанил пальцами по столу, Твердлов поглаживал рукоять меча, Георгий хмурился, глядя куда-то в пространство за окном.

— Хорошо, — наконец произнес герцог и откинулся на спинку кресла. — Триста новых бойцов это серьёзное подспорье, даже если сотня из них бессистемные. Но что дальше? Какие планы?

— А вот с этим сложнее, — я честно признал очевидное. — Светлые могут вернуться в любой момент, и в следующий раз это будет не разведка, а полноценная карательная экспедиция. Ресурсов у них более чем достаточно.

Твердлов мрачно кивнул, соглашаясь с моей оценкой ситуации, а Георгий негромко выругался себе под нос. Только герцог сохранял внешнее спокойствие, хотя по напряжённой линии его плеч было видно, что он тоже прекрасно понимает серьёзность положения.

— Планировать сейчас практически бесполезно, — Максим произнёс это таким тоном, будто констатировал медицинский диагноз. — Слишком много неизвестных переменных. Мы не знаем, когда они ударят, какими силами, с какого направления. Остаётся только готовиться к обороне и надеяться, что нам хватит времени укрепить позиции.

— Есть ещё один вариант, — я вспомнил о бессистемном городке в аномальной зоне, — Если всё пойдёт совсем плохо, можно эвакуироваться в Убежище. Там Светлая точно не дотянется, никакие системы там вообще не работают, а значит и они вряд ли полезут. Да и если полезут — там с ними справиться будет куда проще.

Герцог и Твердлов переглянулись, и по этому взгляду я понял, что они уже обсуждали подобную возможность между собой.

— Запасной план, — кивнул Максим. — На самый крайний случай, когда других вариантов не останется. Там можно относительно спокойно жить, восстановить силы, подготовить контрудар.

Я мысленно поморщился от этой перспективы, хотя вслух ничего не высказал. Бессистемная жизнь это, конечно, безопасно, но без Тёмной мой прогресс остановится полностью. Сейчас я расту в уровнях практически каждый день, получая опыт от тысяч подключённых пользователей, которые зачищают прорывы по всей территории влияния Аксаковых. В Убежище же придётся развиваться по-старинке, личными усилиями и потом, как делали это делают все остальные. Не то чтобы я боялся тяжёлой работы, но терять такое преимущество было бы глупо.

С другой стороны, именно так и должно быть в идеале. Честный труд, честная награда, никаких паразитических сущностей, забирающих часть твоей жизненной силы в обмен на сомнительные бонусы. Если когда-нибудь удастся победить Светлую и избавить этот мир от её влияния, люди будут жить именно так, и это будет правильно.

Совещание затянулось ещё на час, но ничего принципиально нового мы не решили. Обсудили расстановку постов, распределение ресурсов, план эвакуации на случай прорыва обороны, после чего разошлись каждый по своим делам. Я вышел из дома Аксаковых и медленно побрёл по улицам поселения, разглядывая суету вокруг.

Люди занимались обычными делами, и в этой повседневности было что-то успокаивающее. Кузнец ковал подковы, женщины развешивали бельё, дети гоняли мяч на небольшой площадке между домами. Никто из них даже не задумывался о том, что в любой момент на горизонте может появиться армия инквизиторов, готовая стереть это место с лица земли. Или задумывались, но предпочитали не обращать на это внимание, сосредоточившись на том, что можно контролировать здесь и сейчас.

Правильный подход, если задуматься. Переживать о том, чего ты не можешь изменить, это верный путь к нервному истощению и параноидальному расстройству, а у нас и без того хватает проблем посерьёзнее.

Ну так что будешь делать дальше? — решила расшевелить меня Тёмная.

А вот это на самом деле хороший вопрос, на который у меня пока нет однозначного ответа. С одной стороны, я делаю благое дело, освобождаю людей от паразитической системы, даю им шанс на нормальную жизнь без постоянного контроля и эксплуатации. С другой стороны, я же сам подключаю их к другой системе, которая тоже забирает часть их энергии, пусть и значительно меньшую. Менять одного хозяина на другого это не совсем свобода, как ни крути.

И при этом я прекрасно понимаю, что действую в том числе в своих интересах. Каждый новый пользователь Тёмной это дополнительный опыт для меня, дополнительная сила, дополнительные возможности. Альтруизм альтруизмом, но выгоду свою я тоже не упускаю.

Ноги сами принесли меня к стоянке, где рядами выстроились вездеходы и бронетранспортёры. Охранник кивнул мне, узнав в лицо, и я остановился возле одной из машин, разглядывая её приземистый силуэт. В голове вертелась шальная мысль, которая не давала покоя с самого утра, и чем больше я о ней думал, тем более привлекательной она казалась.

Сидеть здесь и ждать удара это не моё. Готовить оборону тоже важно, но куда важнее лишить врага ресурсов ещё до того, как он соберёт достаточно сил для атаки. А главный ресурс Светлой это люди, миллионы подключённых пользователей, которые каждый день кормят систему своей жизненной энергией, даже не подозревая об этом.

Что если лишить её этого ресурса? Не здесь, в диких землях, где и без того почти все уже отключены или перешли под крыло Тёмной, а там, в империи, в самом сердце её влияния. В городах, где живут сотни тысяч ничего не подозревающих людей.

— Дай мне вон тот вездеход, — обратился я к охраннику, указывая на неприметную машину тёмно-зелёного цвета. — Мне нужно кое-куда съездить.

Охранник не стал задавать лишних вопросов, только молча кивнул и отошёл в сторону. Минуту спустя я уже выруливал со стоянки, направляясь к воротам поселения, и в груди разгоралось странное чувство, смесь азарта и тревоги.