Виктор присвистнул, Паша молча открыл и закрыл рот, Архип затянулся своей трубкой и одобрительно кивнул, а Митяй вообще куда-то исчез, видимо, сработали рефлексы разведчика на громкие звуки и яркие вспышки. Разве что Грач остался неподвижен, но даже на его обычно бесстрастном лице промелькнуло что-то похожее на уважение.

— Во! — Феофан довольно ухмыльнулся, явно наслаждаясь произведённым эффектом. — Видали?

Мира только закатила глаза и покачала головой, всем своим видом демонстрируя, что насмотрелась на подобные представления уже достаточно и ничего нового для себя не увидела. Впрочем, для девушки, выросшей рядом с этим дедом, такая реакция была вполне объяснима.

— Впечатляет, — признал я. — А можете ещё раз, помедленнее? Я хочу посмотреть, как именно вы формируете заклинание.

— Можно и помедленнее, — кивнул Феофан. — Но сначала пару слов о теории.

Следующий час превратился в самую необычную лекцию по магии, которую я когда-либо слышал. Феофан объяснял принципы работы с энергией так, словно это была самая обычная вещь в мире, попутно демонстрируя всё на практике. Цепная молния, пущенная между деревьями и аккуратно огибающая стволы. Электрическая дуга, зависшая в воздухе и светящаяся ровным голубоватым светом. Разряд, бьющий точно в подброшенный камешек и превращающий его в облачко пыли.

Контроль у старика был поистине ювелирным. Он мог направить молнию с точностью до миллиметра, мог дозировать мощность от лёгкого покалывания до полноценного разрушительного удара, мог поддерживать разряд сколько угодно долго или выдать всю энергию за долю секунды.

— Тренировки позволяют не только увеличивать контроль, — объяснял он, формируя очередной электрический шарик между ладонями. — Со временем энергетические каналы разрабатываются и позволяют пропускать через себя больше силы за единицу времени. Представь, что твой организм — это водопровод. Чем шире трубы, тем больше воды можешь прокачать. То же самое с магией.

— И насколько можно расширить эти каналы? — заинтересовался я.

— Предела нет, — Феофан погасил шарик и посмотрел на меня. — Ну, теоретически. На практике всё упирается в продолжительность жизни и усердие. За двести лет я достиг того уровня, когда могу буквально взорваться силой, выбросить разом всю доступную энергию. Это полезно, когда нужно гарантированно уничтожить что-то очень большое и очень опасное.

Я мысленно примерил эту концепцию к своим способностям и понял, что открываются интересные перспективы. Нет, на самом деле это было известно и без Феофана, но то были лишь догадки, а теперь получилось увидеть все своими глазами.

Будь у меня столько же энергии, сколько у этого деда, я мог бы лечить десятки людей одновременно, регенерировать самые тяжёлые повреждения за секунды. А если использовать эту мощь в другом направлении… Например, мой фирменный вечный понос при соответствующей прокачке мог бы отправлять противников в стратосферу на реактивной тяге. Причем буквально.

Эта мысль была настолько прекрасна, что я даже улыбнулся.

— О чём задумался? — подозрительно прищурился Феофан, заметив моё выражение лица.

— О светлом будущем, — честно ответил я. — И о его побочных эффектах для врагов.

— Ты пугаешь меня иногда, целитель, — хмыкнул старик, но в его голосе слышалось скорее одобрение, чем осуждение.

Потом настала очередь практики. Феофан заставил меня повторять простейшие упражнения на концентрацию и направление энергии, которые я, в общем-то, уже освоил самостоятельно. Но старик показал несколько тонкостей, до которых я бы сам додумывался ещё очень долго. Например, как правильно формировать энергетические потоки, чтобы они не рассеивались на выходе. Или как использовать дыхание для усиления концентрации.

Паша тоже не остался без внимания. Мира взяла его под свою опеку и принялась обучать тому, как направлять энергию в стрелы, чтобы те летели дальше и били сильнее. Оказалось, что при правильном подходе можно накладывать на болты временное зачарование, используя кристаллы, добытые из тварей прорыва! Причём зачарование могло быть самым разным: огненное, ледяное, пробивающее броню, взрывающееся при попадании.

К концу дня я чувствовал себя одновременно уставшим и воодушевлённым. Уставшим потому, что тренировки вытянули изрядно сил. Воодушевлённым потому, что увидел, каких высот можно достичь при должном упорстве. Феофан за двести лет превратился в настоящую машину уничтожения, способную вызывать молнии с неба и испепелять целые армии. И это при том, что он был самоучкой, набиравшимся опыта методом проб и ошибок.

У меня тоже есть шанс достичь подобного уровня. Может, не за двести лет, всё-таки у меня есть преимущество в виде медицинских знаний и системных бонусов, но рано или поздно я смогу. Главное не останавливаться и продолжать развиваться.

Вечером мы снова собрались за столом у Феофана. Хозяин дома раздобыл откуда-то кувшин крепкой настойки, и атмосфера стала более расслабленной. Разговоры потекли свободнее, темы перескакивали с одной на другую, кто-то травил байки, кто-то делился воспоминаниями.

И именно в этот момент Архип задал вопрос, который, видимо, мучил его весь день.

— Скажи мне вот что, Феофан, — он отставил кружку и посмотрел на хозяина дома серьёзным взглядом. — Ты рассказал нам много интересного о системах, об их истории, о том, как Светлая уничтожила конкурентов. Но у меня теперь в голове не укладывается кое-что.

— Спрашивай, — Феофан кивнул.

— Если всё это правда, то что делать с людьми в нашем поселении? Теми, кого мы подключили к Тёмной системе?

Повисла неловкая тишина. Я понял, к чему клонит Архип, и мне эта мысль тоже не давала покоя, просто я не решался озвучить её вслух.

— Они ведь верят, — продолжил Архип. — Верят, что Тёмная это спасение от Светлой. Что она лучше, добрее, справедливее. А ты говоришь, что все системы одинаковые. Что Тёмная творила такие же зверства, как и Светлая. Получается, мы дали людям надежду на ложь?

Я молчал, потому что не знал ответа. Действительно, что сказать тем людям, которые добровольно перешли к Тёмной, поверив моим словам о лучшей жизни? Что они просто сменили одного паразита на другого? Что вся разница лишь в том, какая именно система будет выкачивать из них энергию?

Феофан тоже не спешил с ответом. Он долго смотрел в свою кружку, словно надеясь найти там мудрость, потом вздохнул.

— А ты думаешь, есть простой ответ на такие вопросы? — наконец произнёс он. — Правда в том, что люди всегда ищут, во что верить. Если не Светлая, то Тёмная. Если не система, то какой-нибудь пророк или идея. Такова человеческая природа. Может быть, ваша Тёмная и правда станет лучше Светлой. Может быть, нет. Будущее покажет.

Не самый утешительный ответ, но хотя бы честный.

Спать я лёг с тяжёлыми мыслями, которые крутились в голове, не давая провалиться в сон. Вопрос Архипа разбередил то, о чём я старался не думать.

Ответов на многие вопросы попросту нет, и от этого становилось только хуже. Но ладно системы, с ними как-нибудь разберемся. Еще больше меня волновали другие вопросы, которые появились во время тренировок с Феофаном.

Обратная перистальтика… Почему я раньше этого не придумал? Это же гениальное оружие массового унижения! Вопрос только, на ком тренироваться в использовании такой тёмной запретной магии… Просто пока не могу придумать, насколько должен провиниться человек, чтобы применить на нем такое. Может, на мышах попробовать? Но их тоже жалко…

Не знаю, сколько я провалялся в этих размышлениях, но в какой-то момент ночную тишину разорвал протяжный вой. Не волчий и не звериный, а какой-то механический, явно рукотворный. Сигнал тревоги.

Я вскочил с кровати раньше, чем успел толком проснуться, тело действовало на автомате, вбитых рефлексах. Схватил молот, проверил, что нож на поясе, и выскочил в коридор, где уже толпились остальные.

— Что происходит? — Виктор стоял в семейниках и с мечом в руках.

Ответ пришёл в лице Феофана, который спускался по лестнице с выражением скорее раздражённым, чем встревоженным.