Собственно, возражать никто не стал и мы открыли двери кузова. Лена сразу начала готовить рабочее место, а я вышел наружу и встал у входа, ожидая первых посетителей. Игнат тоже выбрался из машины и с интересом разглядывал окрестности, хотя смотреть тут было особо не на что.

— Это и есть та самая клиника? — он кивнул на обгоревшее здание.

— Была клиника. Теперь просто памятник человеческой подлости и жадности. Но мы её восстановим, когда будет время и ресурсы.

— Могу помочь с восстановлением, — он задумчиво потёр подбородок. — Есть несколько артефактов, которые ускоряют строительные работы и укрепляют конструкции. Правда, материалы для них довольно дорогие, но если найдём нужные ингредиенты…

Договорить он не успел, потому что из-за угла показалась первая посетительница, пожилая женщина с усталым лицом и потухшим взглядом. Она шла медленно, опираясь на палку, и явно искала что-то взглядом. Когда увидела наш грузовик и меня рядом с ним, её лицо просветлело.

— Доктор! Вы всё-таки работаете! А я уж боялась, что после пожара вы уехали из города насовсем…

— Работаю, — я улыбнулся ей и указал на открытые двери кузова. — Проходите, сейчас посмотрим, что вас беспокоит.

Георгий Аксаков сидел в своём кабинете и пытался понять, правильно ли он прочитал сообщение от системы. Перечитал ещё раз, потом ещё, и с каждым разом его брови поднимались всё выше и выше, пока не доползли почти до затылка.

Задание: Приобрети не менее двадцати подержанных грузовиков. Нанеси на борта красный крест и номер телефона 8–800–555−35–35. Расставь транспортные средства у всех крупных клиник города. Если охрана будет препятствовать размещению транспорта, сделай это с привлечением сотрудников госавтоинспеции.

Награда: будет забавно.

— Будет забавно… — повторил он и тяжело вздохнул. — Серьёзно?

Аксаков всё никак не мог привыкнуть к тому, что система ведет себя совершенно иначе, чем раньше. Светлая до этого давала ему вполне осмысленные и логичные задания, каждое из которых было направлено на усиление ее власти. А тут что? Будет забавно?

Или это какой-то хитрый план, смысл которого он пока не понимает? Впрочем, размышлять над этим особо некогда, потому что на повестке дня стояли куда более важные вопросы.

Эвакуация шла полным ходом, и до назначенного срока оставалось всего два дня. Примерно так они с отцом и договорились, когда обсуждали план действий после того памятного разговора.

Аксаков не стал задавать лишних вопросов, просто принял информацию к сведению и начал действовать, как и полагается опытному политику и управленцу. Людей выводили из города небольшими группами, стараясь не привлекать внимания, и размещали в специальном лагере за пределами потенциальной зоны обнаружения.

На данный момент в лагере собралось уже больше тысячи человек, и это были далеко не все. Слуги, охрана, дальние родственники, доверенные партнёры по бизнесу и их семьи, список рос с каждым днём и казалось, что ему не будет конца. А ведь ещё предстояла эвакуация служащих из других регионов, и с ними тоже легко и просто не будет, потому что каждого надо предупредить, убедить, организовать транспорт и проживание.

Георгий потёр виски и снова посмотрел на сообщение системы. Грузовики с красными крестами. Ладно, почему бы и нет? Денег у семьи Аксаковых хватает, покупка пары десятков старых машин не пробьёт брешь в бюджете. Да и задание системы игнорировать не хочется, мало ли что она там задумала.

Он вызвал помощника и отдал соответствующие распоряжения. Тот выслушал с каменным лицом, хотя в глазах явно читалось недоумение, но переспрашивать не стал. За годы службы у Аксаковых он научился не удивляться странным приказам и просто выполнять то, что велено.

Когда помощник вышел, Георгий откинулся в кресле и позволил себе короткую усмешку. Интересно, что скажет коллегия целителей, когда обнаружит у своих клиник целый автопарк конкурентов? Впрочем, это уже не его забота. Его забота сейчас в том, чтобы вывести как можно больше людей из города.

А слежка… Да, наверняка за ним следят. После всего того, что натворил отец, было бы странно, если бы соответствующие службы не проявили интереса к семье. Но пока никто не предъявлял обвинений и не пытался арестовать, а значит доказательств у них нет, или же они выжидают более удобного момента. В любом случае, Георгий старался не появляться на публике без крайней необходимости и действовал максимально скрытно, благо опыт подпольной работы у него уже имелся.

Два дня. Всего два дня, и можно будет выдохнуть. А пока надо заняться грузовиками.

Я сидел в кузове, осматривал очередного пациента и не мог сдержать улыбки, которая то и дело появлялась на моём лице. Пациент, пожилой мужчина с хронической болью в суставах, косился на меня с подозрением, явно не понимая, чему я так радуюсь.

Причина моей радости была проста и незатейлива. Буквально час назад я отправил Георгию Аксакову небольшое задание через систему, и сейчас с удовольствием представлял его реакцию. Как-никак, денег у него куры не клюют, так что покупка пары десятков машин для него не проблема, а вот недоумение на его лице наверняка было знатным. Интересно, он уже догадался, зачем это нужно, или до сих пор ломает голову?

Идея была простой, но эффективной. Коллегия перекрыла все парковки у своих клиник? Отлично, теперь там будут стоять грузовики с моим номером телефона, и каждый потенциальный пациент увидит альтернативу прямо у дверей официального заведения. Бесплатная реклама в самых выгодных местах города, причём снять эти машины будет не так-то просто, ведь формально они никому не мешают и ничего не нарушают.

Закончил с суставами, выписал рекомендации, отпустил довольного пациента и принял следующего. Работа шла своим чередом, поток посетителей не иссякал, и это не могло не радовать. Каждый вылеченный человек означал ещё один голос в мою пользу, ещё одну историю, которую перескажут знакомым, ещё один кирпичик в фундаменте моей репутации.

Прошло около часа, и в кабинет заглянул Кравцов с выпученными глазами и совершенно ошалевшим выражением лица. Выглядел он так, будто увидел призрака или получил известие о конце света, и я даже на секунду напрягся, подумав, что случилось что-то серьёзное.

— Владимир Сергеевич, — он запнулся и сглотнул, пытаясь собраться с мыслями, — у нас проблема. Точнее, не знаю даже, проблема это или нет, но звонков стало слишком много. Я физически не успеваю на них отвечать, телефон разрывается постоянно, а запись по самым скромным прикидкам уже перевалила за два месяца вперёд. Что делать?

Два месяца вперёд? Эмм… А почему так много? Думал, что после размещения грузовиков будет пара-тройка звонков, не более того. Ведь основная цель — это позлить коллегию, а не найти толпу пациентов.

Грузовики начали работать быстрее, чем я ожидала… — прозвучал в голове знакомый голос Тёмной системы с отчётливыми нотками веселья. — Люди видят номер, звонят, узнают цены и записываются. Сарафанное радио тоже делает своё дело. Поздравляю, ты стал популярным.

Я мысленно хмыкнул и покачал головой.

— Смешно тебе? — недовольно буркнул я, стараясь говорить тихо, чтобы Кравцов не подумал, что я разговариваю сам с собой. Хотя он уже наверняка привык к моим странностям.

Ну а что такого? — система явно наслаждалась ситуацией. Ладно, не буду издеваться. Много пациентов это хорошо, это именно то, чего ты хотел. Просто хочу напомнить, что теперь у тебя есть запасной аэродром, и ты можешь заняться отключением от системы поплотнее. Просто работать для этого лучше не из города.

Запасной аэродром. Она имела в виду тот городок в диких землях, куда Аксаковы эвакуируют своих людей?

— Владимир? — голос Кравцова вернул меня к реальности. — Так что мне делать со звонками?

Я посмотрел на него и улыбнулся, хотя в голове уже крутились совсем другие мысли.