Рогволд, единственный из всех заранее посвящённый в настоящую суть нашего рейда, явился на «Икар» даже раньше необходимого. С Корнедубом тоже особых проблем не возникло. Ветеран, конечно, пошумел, повозмущался, поорал, да и успокоился. Заминка возникла с Тархом. Точнее, с его отсутствием в Цитадели. Сутки назад Корнедуб отправил его на одном из кораблей в облёт восточной границы. Вроде как там приметили зарождающееся свежее Пятно. Вместе с Тархом на корабль взошли еще несколько Часовых и Трофим. Который, засидевшись в своей лаборатории, решил проветриться.

Так что пришлось капитану несколько корректировать планы и назначать в команду нового воина. Точнее, воительницу. Я до последнего не видел среди всех служивших Часовыми в Цитадели солдат ни одной женщины. Думал, что здесь, на северном фронтире, их и нет в составе Тринадцатой Стражи. Ан нет, ошибался я. Одна все ж таки нашлась.

Вернулась два дня назад из одного юго-западного форта под названием Шелест, где несла временную вахту. Вот ее Кречет сразу же и впихнул в нашу боевую команду. К моему немалому удивлению. Лишь позже я понял, что капитан знал, что делает.

Да, на всю Тринадцатую Стражу среди бойцов была только одна женщина. Зато какая.

К следующему утру «Икар» был полностью готов к вылету в сторону западной границы. Опять этот загнивающий, хм, запад. Наверно, даже в этом мире и в этом году, в этом была определённая ирония… Нам предстояло опаснейшее, граничащее с безумием задание. И подготовка к операции хоть и была проведена в самые сжатые сроки, прошла под строжайшим контролем и соответствовала всем запросам командующего Тринадцатой Стражей. Кречет лично проверил корабль, обойдя все трюмные помещения, включая подзорную палубу, машинное отделение, десантный отсек. Проверил доставленное на корабль дополнительное снаряжение для подъёма тяжелых грузов. Наш эксперт Лиднер сказал, что предполагаемая масса хранящегося в яроградской шахте запаса алхимических камней составляет около полутонны. Там же, на месте, должна быть и специальная тара для подъёма уже добытых минералов на поверхность. Нам останется затем только зацепить ее и поднять на корабль.

Во время проверки Кречет до смерти напугал Твардовского и в заключение предупредил, что если с его боевыми доспехами и молотом за все время пути что-нибудь произойдёт, он виновного лично выбросит в открытое небо. Добрая душа наш капитан, что и говорить.

Также помимо брони капитана, в десантном отсеке на специальных рамах закрепили доспехи Ростоцкого и заменившей Тарха воительницы. Я до последнего сокрушался, что мы не можем залететь в мое имение и забрать изготовленные Игнатом мои латы. Но Кречет был непреклонен. И не собирался более терять ни одной минуты.

Рогволд, взявший с собой кучу магического скарба, был традиционно скептичен и угрюм. Он явно не одобрял задуманное, но держал язык за зубами. Отбыли без лишних расставаний и проводов. Поднялись над взлетным полем и, на постепенно наращиваемой мощными движителями скорости устремились на запад, навстречу новому дню и маячившим на горизонте проблемам. А в том, что они будут, я даже не сомневался. Рогволд, судя по его хмурой физиономии, тоже.

Перед тем, как скрыться в своей каюте, Кречет попросил Ланского, как только будем подходить к границе, замедлить ход, подняться на предельно допустимую высоту и доложиться. Ланской выглядел несколько обеспокоенным, но ничего не сказал. Я же поднялся с нашим чародеем на смотровую верхнюю палубу и наслаждался свежим воздухом, ветром и открывающимися видами. А затем спросил у него, каким образом добытые в земле, похожие на стекляшки камни приобретают свои уникальные свойства.

— Некоторые считают, что энергокристаллы это наследие давнего прошлого, — с охотой начал отвечать на мой вопрос Рогволд, отвлёкшись от своих мрачных мыслей. — Наследство, доставшееся нам от наших далеких и неразумных прародителей, разрушивших прошлый мир. Понятно объясняю? Я читал, что Катаклизм был не просто войной на взаимное уничтожение, которая в итоге едва и не погубила все на свете… Это действительно был сущий ад, сошедший на землю. После него изменился сам облик нашего мира. И никто уже не знает, каким он был ранее, три тысячи лет назад. Так вот, некоторые учёные и маги считают, что найденные чуть более сотни лет назад в земляных отложениях, почти у самой поверхности, камни — это последствия Катаклизма. Тех изменений, что произошли тогда. Камни — это плод всемирной катастрофы. Новое отложение в земной коре, минерализация чего-то, что раньше, возможно, было известно под другим именем и обладало иными свойствами.

Сами по себе камни не способны творить то, для чего мы их используем. Это просто кристаллы, похожие на стекло или алмазы, куски минералов. Но у них есть уникальнейшее свойство. Они способны накапливать энергию, многократно увеличивать ее, а затем, в результате сложной, алхимической реакции, отдавать. И для того, чтобы кристаллы приобрели эти свойства, их в специальных лабораториях под контролем обученных людей должным образом обрабатывают.

Рассказ Рогволда невольно захватил меня.

— Каким же образом?

Чародей усмехнулся.

— А это знает только ограниченный круг лиц. Это одна из самых охраняемых тайн в Империи. Процесс создания энергокристаллов происходит в строжайшей секретности. Конечно, я знаю некоторые из предположений. И наиболее верным мне кажется одно. Камни погружают в специальный алхимический раствор, и зачаровывают определёнными заклинаниями. И на выходе получатся не просто стеклянная безделушка, а полный овеществленной энергии продукт. В зависимости от размера и качества камня, разный по мощности.

— И скоро запасам этих камней придёт конец, — подытожил я.

Рогволд раздраженно сплюнул за опоясывающие верхнюю палубу стальные перила, его балахон трепали порывы холодного ветра.

— Кто бы мог подумать, что все настолько плохо… Если я скажу, что вы с Кречетом влезли в очередную сумасшедшую авантюру, разве я не буду прав?

— А разве у нас есть выбор?

Волшебник поморщился и буркнул:

— Вообще то я рассчитываю дожить до возраста этого трухлявого пня, Леонида, но вы всячески мне препятствуете…

Я вспомнил самого старого чародея Цитадели, по словам Кречета не способного и свечку зажечь, и невольно рассмеялся. Леонид, как говорили, и по молодости особыми талантами не отличался. Хотя гонору у него было хоть отбавляй.

— Кстати, пока ты в Стуже геройствовал, я в твоем Имении побывал, — внезапно огорошил меня Рогволд, с непонятной улыбкой посмотрев на меня. — Пришлось отложить дела и смотаться. Ну, тут-то и расстояния всего ничего. За сутки обернулся верхом туда да обратно.

— А что за оказия такая? — разбираемый жадным любопытством, насел я на колдуна. — Неужто чего случилось дома?

Рогволд, закатив глаза, почесал лысую голову.

— Да сплюнь три раза, Алексей. Ты ж получил уже известие от своего управляющего, что твои доспехи Часового готовы? А кто, по-твоему, последний штрих наводил? Руны охранные на панцире вытравливал да заговаривал? Тетка Марфа?

Вон оно что! С новым пылом я возбуждено спросил:

— Ну и как тебе? Хороши? Черт, как же хочется их наконец увидеть… На пару с Игнатом вдвоём кумекали над их внешним видом.

— То-то мне показалось, что у проектировщика того, малость мозги набекрень, — задумчиво протянул Рогволд. — Точно, только в твою голову могло взбрести нечто подобное!

Я с возмущением уставился на засмеявшегося колдуна.

Оставив Рогволда и дальше дышать свежим утренним воздухом, я вернулся на вторую палубу гондолы. Думал заскочить к капитану, но все-таки решил спуститься вниз и покемарить в общей каюте. И когда уже думал, что благополучно туда доберусь, снова встретился с нею…

Ах да, я же еще не рассказал вам о прикомандированной к нам мудрым решением капитана единственной в рядах Часовых женщины. Ну… Кажется, я ей не особо понравился. Так-то.