Внезапно едущие впереди Берг и Дитрих вскрикнули, руки наемников метнулись к поясам, сверкнули выхваченные клинки. Я быстро огляделся, даже привстал в стременах, пытаясь понять, что происходит, но ничего не увидел.

— Какого черта они делают? — я недоуменно ругнулся и машинально дал коню шенкеля. Рядом прибавил ход Сорен, рука воина в кольчужной перчатке уже лежала на рукояти тяжелого полуторного меча, но в отличие от наемников выхватывать он его не спешил, как и я, не видя угрозы.

Берг и Дитрих оставались на месте, головы повернуты вправо, туда же смотрят кончики мечей, но ничего кроме уходящей за горизонт белой равнины там не видно.

У них глюки что ли? Хлебнули из фляги прихваченную в дорогу забористую дурь и теперь словили приход? В лагере беженцев какую-то только гадость не пили, делая упор на деревенский самогон, который еще неизвестно из чего селяне гнали.

Однако стоило нам приблизиться к замершей парочке, как мы с Сореном почти одинаково охнули:

— Твою мать! — вырвалось у меня.

— Во имя матери бездны, — рядом ругнулся Сорен.

Руки сами натянули поводья, заставляя лошадей остановиться. Мы словно пересекли невидимую черту, и стоило это сделать, как справа открылась совершенно иная картина. Словно марево горячего воздуха разошлось, открывая другой вид. Заснеженное поле исчезло, вместо него появился холм с покатой вершиной, где стояло приземистое сооружение прямоугольной формы.

Нахлынуло дежавю, кажется, я такое уже видел. Только нет ступени от подножья наверх, и форма здания другая, не похожая на святилище, посвященное одному из божеств.

Мозг быстро анализировал видимые отличия, каменной лестницы нет, как и выстроенных полукругом столбов. Не похоже на алтарь Самайи, покровительнице путников и дорог. Другое божество? Или вообще не святилище. Внешне холм напоминал погребальный курган, слишком гладко выровнены склоны, одинаковые по всем сторонам света. Природа не любит подобной симметрии.

— Предлагаю ехать дальше, — деревянным голосом проронил Берг. Судя по реакции, появление из пустоты целого холма произвело на наемника впечатление.

Я же подумал, что все это напоминает действие прерывистого заклинания, локально привязанного к местности. Визуальное искажение спадает, чем ближе наблюдатель оказывается к скрываемому предмету. Скорее всего в плетении заканчивается энергия или структура контура нарушена, не работая в полную силу.

— Как думаете, что там? — в голосе Дитриха скользнуло напряжение.

Берг и Сорен промолчали. Я бросил рассеянный взгляд на небо и по сторонам. Непогода усиливалась, темное пятно леса, куда вела дорога, практически скрылся за бело-серой пеленой падающего снега.

— Узнать можно только одним способом, — сказал я, соскальзывая с седла. — Сходить и посмотреть.

И не слушая сказавшего что-то Берга, решительно двинулся через сугроб вверх по холму, ведя за собой на поводу лошадь.

8.

Это действительно оказался курган, а не просто холм со скошенными краями, угадываемыми даже под толстым снежными покровом, сверху это стало особенно видно.

Вершина срезана, образует площадку тридцать на тридцать шагов. В центре приземистая постройка прямоугольной формы с плоской крышей. И нет, это явно не святилище, посвященное одному из божеств. Это склеп. Самый натуральный склеп, какой только можно представить. Я понял это внезапно, соотнеся внешний вид строения и возникшие в голове ассоциации, и нахмурился, застигнутый врасплох неожиданной догадкой.

Похожие мысли пришли в голову не только мне, остановившийся рядом Берг буркнул:

— Гробница, — и смачно сплюнул, тем самым выражая свое отношение к мрачному строению.

Облаченная в перчатку рука наемника потянула поводья, лошадь вдруг заржала, не желая идти дальше.

— Даже животное чуют, что с этим домиком что-то не то, — добавил Берг и оглянулся через плечо, Дитрих и Сорен еще поднимались по склону.

Снег пошел еще гуще, хотя казалось, что это уже невозможно. Зона видимости упала до пары десятков шагов — сплошной покров, сквозь который виделись лишь общие очертания. Небо превратилось в непроглядную серую хмарь. Потемнело, хотя времени должно быть в районе пяти пополудни.

— Лучше ночевать здесь, чем посреди поля, — заметил я, глядя вниз, где заметало дорогу.

Лес, выбранный в качестве следующего привала, окончательно пропал. Даже окружающая равнина едва виднелась сквозь непрерывно идущий снегопад.

— Могли бы успеть, — буркнул Берг, намекая, что достичь деревьев была вполне решаемая задача, если бы прибавили ходу. С учетом, что ехали верхом, это и правда могло сработать. Пусть деревья зимой голые, но среди них всегда проще найти удобное место для ночевки. Плюс дрова под рукой, а с костром всегда веселей. О чем не замедлил поведать наемник.

— У нас есть запас хвороста, — указал я и кивнул на лошадь Дитриха, с боку которой свешивалась вполне приличная вязанка срубленных в пути веток. Не так много, но огонь развести хватит, погреться и приготовить ужин.

— Вы же не хотите ночевать внутри этого страшилища? — пробормотал Берг, кивком указывая на здание перед нами.

Не понимаю почему он назвал его страшным, обычная каменная коробка прямоугольной формы, закрытая плоской крышей. И лишь приглядевшись понял, что на стенах вырезаны барельефы, вызывающие холодок, а по углам стоят статуи в готическом стиле. Сарайчик и правда выглядел немного зловещим.

— Надеюсь там не живет какой-нибудь кровосос, — хмыкнул я. — Иначе придется выгнать бедолагу на улицу.

Но Берг не поддержал шутки, хмуро оглядывая строение, от которого буквально веяло древностью.

— Зато под крышей, — повторил я и велел: — Скажи, чтобы поторапливались.

Наемник обернулся назад, я шагнул к массивной двери, запирающей вход в склеп-гробницу. Взгляд машинально пробежался по украшающими поверхность барельефам. Какие-то животные, фигурки людей, сценки из жизни. Обычная ерунда без особого смысла. Точнее какой-то смысл, разумеется, есть, и допускаю довольно важный, но надо разбираться чтобы понять, не исключено обложившись старинными книгами.

Плечо надавило на дверь, больше похожую на каменную плиту. Мышцы затрещали от напряжения, но проклятая каменюка едва сдвинулась с места. Пришлось надавить сильней, наваливаясь всем телом. Ноги утонули в снегу, проваливаясь, как в зыбучий песок. Среди белого что-то мелькнуло. Я остановился, наклоняясь.

— А это еще что за хрень?

Ногой расшвыряв в сторону комья снега, я оглядел находку. Разбитая каменная табличка, осколки валялись прямо у двери, на шершавой поверхности выбиты руны. А вот это уже не просто картинки с людскими фигурками, здесь определенно есть смысл.

— Занятно, — я хмыкнул, приподнимая одну половинку. — Похоже на запирающую печать.

Освободившись от перчаток, кончиками пальцев коснулись камня. Раздался легкий треск, в воздух выбросило мелкие искры. Остаточные явления защитных чар, на последнем издыхании, сразу исчезнувшие.

Не только маскирующие заклятья дали трещину, защитные тоже почти испарились. Даже если приглядеться через колдовской взор видна лишь легкая дымка.

Почему выдохлись, когда мы проезжали мимо? Слишком уж вовремя. Или это я спровоцировал? Моя аура энергетической оболочки пожирала текущую вокруг энергию, постоянно пополняя резервы. Это было обычное явление для развитого Сумеречного Круга любого достаточно сильного колдуна. Тянуло не сильно, но для ослабленного заклятья видимо оказалось достаточно. Напитанное в полной мере оно даже бы не заметило такого воздействия. Но холму видимо много лет, случайное появление поблизости мага спровоцировало снятие остатков защитных чар. Через пару тройку лет это произошло бы и без меня.

— Время убивает почище любого клинка, — я покачал головой.

Но тут же подумал о разбитой табличке. Кто-то ведь ее расколол, и тем самым нарушил систему подпитки магической защиты, которая изначально стояла. Иначе какой смысл возводить курган, если через несколько лет его увидят простые люди и непременно разграбят, подчиняясь своей хищной натуре.