— Нет, конечно, не так, — ответила Арна. Вид у неё тоже был изрядно потрясённый. — Ты же сам видел, что не так.

— Что я видел? — возразил я. — Мы только в Мерадии хоть на сколько-то останавливались. Но Мерадия место специфическое, вершку там не затеряться.

— Нет, я про такое даже не слышала, — покрутила головой она. — У нас в Корусе ничего такого точно нет — приезжай, останавливайся, живи. Если лавку откроешь, то в управе надо зарегистрироваться, конечно, с лавки ведь налоги положено платить. А если просто живёшь, то никому до тебя дела нет.

— А ты заметила, что они пришли именно из-за нас? Кто-то здесь заподозрил, что мы приезжие, и вызвал стражу.

— Да, ты прав, Тим, насчёт того, что с Дельфором что-то не так, — задумчиво сказала Арна. — Очень необычное место. Очень странное.

— Привет, Тим, Рина, — услышали мы. — Гуляете?

Обернувшись, мы увидели за невысокой оградкой нашу соседку Тенку, которая возилась со своими цветами. Такие цветы мне приходилось видеть часто, даже не знаю, как они называются, как бы мохнатые такие. С огородом мне приходилось возиться много, но цветов я там никогда не сажал, исключительно полезные растения вроде картошки и прочего такого.

— Привет, Тенка, — откликнулся я, а Арна просто кивнула. — Да, решили вечерок отдохнуть. Погуляли немного, да поужинали в хорошем трактире.

— Молодцы, — одобрительно сказала Тенка. — Надо отдыхать хоть изредка, а то вы всё занимаетесь.

— Да когда нам отдыхать, — с грустью сказал я, вспомнив о тренировках.

— Хорошие у тебя цветы, Тенка, — заметила Арна с оттенком зависти в голосе.

— У меня лучшие георгины в нашем квартале, — с гордостью объявила та.

— Мне тоже хочется цветы посадить, вот только непонятно, как с занятиями сложится, — вздохнула Арна. — Боюсь, времени совсем не будет, когда занятия начнутся.

— Ну, это тебе решать, — пожала плечами Тенка. — В Обители обязательных предметов не так много, обычно берут дополнительные, кто сколько хочет. Хотя, конечно, с вашей целеустремлённостью… В общем, если всё-таки надумаешь цветы посадить, дам тебе несколько клубней.

— Спасибо, — с чувством поблагодарила Арна. — Если у меня найдётся время на цветы, обязательно попрошу у тебя клубни.

— Слушай, Тенка, — вмешался в разговор я, — к нам тут стражники подходили. Сказали, надо зарегистрироваться по месту жительства.

— Надо, конечно, — кивнула она. — Без регистрации у нас можно только под мостом жить. Только совсем недолго.

— А почему нам Адила ничего об этом не сказала? — удивился я.

— Боится, наверное, — презрительно фыркнула Тенка. — Ну, получила она предостережение от квартального комитета, так что теперь? Надо самой осторожнее себя вести, а не подставлять жильцов. К вам бы стражники не подошли, так вы бы, наверное, и не узнали про регистрацию. Я, конечно, сказала бы, если бы вспомнила, так я ведь тоже не слежу, когда у вас срок регистрации заканчивается.

— Боится? — переспросил я, уже окончательно перестав понимать, о чём речь. — А чего она боится?

— Вы же знаете историю с её прошлыми жильцами?

— Она только говорила, что ей надоело терпеть оргии и пьянки, — припомнил я. — То есть, насколько я понял, это как раз про её прошлых жильцов.

— Верно, поселилась здесь такая весёлая компания из какой-то дальней секторали, — подтвердила Тенка. — Приехали в Обитель и решили отметить поступление. Перепились все, песни орали, драку устроили. Девки у них голыми по двору бегали, сиськами трясли, — осуждающе добавила она. — Соседи вызвали стражу, та их всех увезла проспаться. Ну жильцы ладно, их мы больше и не видели, а вот с Адилой было разбирательство в квартальном комитете. Она там плакала и клялась, что больше никогда, и мы решили ограничиться вынесением предостережения. Не стали передавать дело в Управление благонравия.

— А если бы передали? — с любопытством спросил я. — Тогда что?

— Сложно сказать, — она пожала плечами. — Там же всё смотрят. Выносились ли предостережения, какие, когда, за что… Вообще, вина Адилы была небольшая, не сама же она голой по двору бегала, но здесь ведь как попадёшь. В принципе, могли даже предупреждение вынести.

— А предупреждение — это плохо?

— Предупреждение выносится только раз, — усмехнулась она. — Второго предупреждения не бывает, так что сам прикинь, плохо это или не очень.

— Понятно, — озадаченно сказал я. — Значит, голым здесь бегать не стоит.

— Нет, не стоит, — засмеялась Тенка. — Бегай одетым. А вообще, вот вам совет: если случится общаться со стражей, ведите себя очень вежливо и выполняйте все их распоряжения. Помните, что в страже слабых магиков нет. У нас здесь вообще слабых магиков немного, но в стражу берут только самых сильных. Даже если считаете, что стража превысила свои полномочия, всё равно выполняйте их требования, потом просто подайте жалобу в надзорную комиссию.

— Извини, Тенка, но я всё-таки так и не понял, почему Адила ничего не сказала нам насчёт регистрации, — я всё же решил вернуться к теме разговора. — Регистрироваться нам ведь всё равно надо.

— Потому что у неё уже предостережение есть, потому и не сказала, — объяснила та. — Видимо, без согласия квартального комитета не хотела регистрировать. Наверняка решила сначала посмотреть, как вас соседи примут.

— То есть нам надо ещё и у квартального комитета согласия спрашивать? — закатил глаза я.

— Так оно у вас есть, — заявила Тенка. — Завтра с утра оформлю и занесу. Я секретарь комитета, — улыбнулась она при виде моего непонимающего лица. — Соседи к вам присмотрелись и не возражают, чтобы вы здесь жили, так что квартальный комитет насчёт вас уже решил. С этим согласием и заявлением Адилы идите в управу и регистрируйтесь.

Что-то Дельфор меня всё больше удивляет. Я никогда не слышал о подобных порядках — да что там не слышал, я даже представить себе такое не мог. А больше всего меня удивляет то, что всех здесь такие порядки, похоже, устраивают, и никто не находит их чем-то необычным. Как-то не так представлял я себе общество могучих магиков в волшебном мире. Хотя положа руку на сердце, что-то в этом всё-таки есть. Не всем это понравится, конечно, да и мне не очень нравится, но я уверен, что многие согласились бы пожертвовать кусочком свободы за спокойствие и безопасность. У нас в Рифейске уж точно многие. Когда тебе проламывают голову прямо у собственного дома, неизбежно начинаешь оценивать свободу немного по-другому.

Как оказалось, в управе нас уже ждали. Когда я робко постучал в дверь отдела регистраций… почему робко? Признаться, бюрократия пугает меня больше, чем бандиты или какие-нибудь скорпионы ростом с телёнка. Особенно такая развитая бюрократия, как в Дельфоре. Начинаешь ощущать себя стоящим перед какой-то бездушной машиной, которая тебя переедет и безо всяких эмоций поедет дальше. А больше всего меня удивляет то, как обычные доброжелательные и приветливые люди, приходя на службу, превращаются в винтики этой самой машины и становятся уже не людьми, а просто частями механизма. Вот как здесь.

— Войдите, — крикнули из-за двери.

В комнате обнаружились два письменных стола, за которыми сидели две молодые женщины — впрочем, старых мы в Дельфоре не встречали. Они встретили нас улыбками.

— А, вот и они, наконец! Тим Браст и Рина Стаб, — сразу опознала нас одна из них. — Долго же мы вас дожидались!

Я промямлил что-то невразумительное.

— А мы уже начали готовить документы на вынесение предупреждения, — укоризненно сказала она. — Что же вы так? Нехорошо нарушать, вы ведь так можете всю жизнь себе испортить.

— Нам никто не сообщил о том, что нужно регистрироваться, — попытался оправдаться я.

— Да как же так! — всплеснула руками она. — Как можно без регистрации⁈ Где такое слыхано⁈ Вам надо было сразу прийти в управу и выяснить процедуру, а не тратить время на развлечения!

— Мы не развлекались! — здесь я уже возмутился.