В первые мгновения я даже оторопел. И представить не мог, что среди такого сплоченного экипажа, каковой был на «Икаре», могли возникнуть какие-то разногласия и склоки. Да их тут всего с дюжину, включая капитана, и все уже давным-давно друг дружку знают! Как же так?.. Стоп. Сплоченный экипаж? Ну, до относительно недавнего времени он таким и был. Пока обязанности корабельного мага исполнял чародей Гашек, жарь его в аду демоны во все дыры. А теперь…

Теперь вакантную должность занимал зелёный необстрелянный новичок Михаил Твардовский. И на ссору с его участием я невольно и натолкнулся. Вот же блин. Никогда бы не подумал, что кому-то взбредёт в голову наехать на мага!

Чтобы добраться до гальюна, нужно было пройти мимо ответвления, ведущего в машинный отсек, где располагалась питаемая энергокристаллами корабельная силовая установка. И где всегда находился кто-нибудь из членов команды. Один дежурный сменял другого и так на всей протяженности полета. Технологически сложный агрегат, соединяющий в себе сплав науки и магии, был сердцем воздушного судна. И ни один капитан не относился к его состоянию спустя рукава.

Вот проходя мимо этого ответвления, я и услышал доносящиеся из машинного отделения звучащие на повышенных тонах голоса. И в памяти сразу же всплыли воспоминания, как мои же сокурсники по Академии Часовых во время нашего совместного перелета в Лютоград пытались устроить мне небольшой несчастный случай, в таком же самом месте. Что это — просто совпадение или же нечто, похожее на знак свыше? Я невольно замедлил шаг, прислушиваясь к внутренним ощущениям. И к своему Родовому символу. Однако же мифический зверь продолжал беспробудно дрыхнуть, ничем не выдавая своего присутствия. Ну и ладно…

Возможно, мне всё-таки стоило пройти мимо. Сделать вид, что ничего не заметил. В конце концов, это не мое дело. Внутренние дрязги среди команды корабля. Всякое ведь бывает. Мало ли, что там могло случиться. А люди везде одинаковые. Что они там меж собой не поделили, уж точно не мое дело, как говорится. Но вот что-то все же дёрнуло меня, заставило замедлиться и остановиться. А следом повернуло налево к неплотно прикрытым железным дверям машинного отсека. За которыми на фоне мерного шума силовой установки теперь уже отчётливо различались два голоса. Один звучал грубо, жестко и на повышенных тонах, второй был сбивчивым, растерянным и будто принадлежал провинившемуся мальчишке.

Точно, Твардовский и кто-то из старожилов корабля. Я не ошибся. И что-то все же погнало меня на звуки этих голосов. Как будто от моего решения зависела чья-то жизнь. Или же просто мне нужно было действительно вмешаться, или что иное… Судьба повела меня, провидение? Не знаю. Но внезапно во мне появилась абсолютная, несокрушимая уверенность, что если я не вмешаюсь, то потом буду жалеть о своем малодушии до конца отведённых мне дней.

Ну что ж, поглядим, что там местные моряки за дебош средь ночи решили устроить. И, крадучись, как огромный, неслышно ступающий тигр, я приблизился к покрытой защитными магическими рунами толстенной проклепанной железной двери. Если бы она была полностью закрыта, я бы гарантированно ничего не услышал. А так… Словно сам бог посоветовал сунуть туда нос. Ну, прежде чем войти, я замер, прислушиваясь. Авось и услышу что не только любопытное, но и полезное.

— … понимаешь ты или нет? Я тебе говорю уже в который раз, тупица, что с Гашеком никаких проблем не было. А ты мне тут дурочку валяешь! Нехорошо, Мишаня, нехорошо. Ты без году неделя на корабле, а уже ведёшь себя неправильно. А тебе ведь тут ещё служить и служить.

— И я буду служить! Для меня присяга не пустой звук!.. Но я не собираюсь делать ничего сверх того, что обязан по занимаемой должности… И никто не сможет меня заставить…

— Все демоны ада и трахнутые ведьмы! Ты или на самом деле так туп, или же просто еще мозги не отрастил! Ты чё мне тут зенки заливаешь своими детскими россказнями? Школа ещё в жопе играет, Мишань? Я ж тебе по-хорошему, по-деловому предлагаю, дурья твоя башка. Гашек, упокой господь его славную душу, никогда не кочевряжился. Да он сам это предлагал! И не говори, что ты не можешь делать того же, что и он. Ты ж колдун!

О чем он талдычит? Определённо, голос был мне знакомым. И, кажется, я понял, кому из членов команды он принадлежал. Но какого рожна он докопался до бедняги? Что ему нужно от Твардовского и при чем тут застреленный капитаном Кречетом паскудник Гашек?

— Я чародей, а не торгаш дурью!.. Я не знаю, что у вас за шашни были с вашим прежним колдуном, но я в такие игры не играю…

— Ты-ы-ы… Ах ты, маленький сучонок… Ты так и не понимаешь своими куцыми мозгами, да? Мне нужна алхимическая пыльца, понимаешь или нет?.. У меня ещё на той седмице запасы закончились! А тут ты стоишь и свои бараньи бельмеса только таращишь! Ну, раз не понимаешь по-доброму, по человечьи…

Опаньки, да тут на лицо серьезнейшее нарушение закона, как я погляжу. Точнее, насколько я пока слышу. Оказывается, мой старый знакомый милейший Гашек не только предоставлял сомнительным личностям свои услуги как факира от мира магии, но еще и снабжал неким зельем всех страждущих. Проще говоря, толкал местный аналог наркоты тем, кто в ней нуждался и готов был за это платить. Разумеется, втихаря и только по определённой строгой договорённости. Алхимическая пыль, пыльца, насколько я уже успел понять, была разновидностью довольно мощного наркотика, вызывающего очень сильные галлюцинации и фантазии. Сильнодействующий, легко принимаемый организмом, он лишь со временем вызывал привыкание. Был недешёв и довольно высоко ценился на черном рынке запрещённых товаров.

И конечно, кто как не действующий колдун, принадлежащий к чародейской Гильдии, мог иметь более широкий доступ к нему, нежели прочие? Этот наркотик изготовлялся из побочных продуктов алхимических препаратов, создаваемых в магических лабораториях. И то и дело всплывал на рынке, как не старались бороться с его распространением. Ну, жрать-то все хотят. Тут, я думаю, как раз ничего странного и нет. В очередной раз убеждаюсь, что люди везде и всегда одинаковы. В любом из миров и в любом времени. Теперь я это знаю точно.

И конечно, этот мальчишка, Твардовский, искренне недоумевал, столкнувшись с несколько иной реальностью, нежели он себе рисовал до выпуска из Чародейской школы. Откуда ему было знать, что его предшественник был нечист на лапу и наладил в Цитадели Часовых небольшой, особенный бизнес? Предприятие, которое, судя по всему, приносило ему изрядный стабильный доход. Иначе вся игра не стоила бы свеч и риска. Если бы капитан Кречет узнал, чем занимается один из служащих на приписанном к Корпусу воздушных судов волшебников, он бы его лично сбросил с «Икара» вниз, заставив Ланского поднять корабль на максимально допустимую высоту.

В наполненном гулом и приглушенным шумом исправно работающей силовой установки и обеспечивающих движение корабля механизмов помещении вдруг раздался посторонний звук. Более всего напоминающий глухой удар по чему-то мягкому и податливому. И резкий негодующий вскрик, перешедший в полный искреннего недоумения и боли возглас:

— Забар, какого чёрта⁈ Я же сказал, что не занимаюсь подобной чернухой!.. Убери руки!

— А то что, настучишь на меня капитану, мелкий сучонок? Тебя уже предупреждали? Предупреждали… Ты что, из непонятливых? Я тебе грю — мне нужна пыль и ты мне ее будешь доставать! Понял⁈ И мне насрать как, хоть в заднице ее на корабль приноси, но чтобы в следующий раз, когда я тебя о ней спрошу, ты не делал такие непонимающие глазки! Понял меня⁈

И снова звук смачного удара. И новый вскрик.

— А узнаю, что ты решил меня заложить, гадом буду, но успею тебя придушить прежде, чем меня вышвырнут со службы!

Звенящий от едва сдерживаемой злости и обиды голос Твардовского:

— Говорю в последний раз — я не буду делать то, о чем ты просишь. Я маг, и мой долг…

— Твою мать, ты совсем, что ли тупой⁈ — уже не сдерживаясь, взревел невидимый мне Забар. Но, услышав его имя, я сразу вспомнил этого моряка из команды корабля. С виду обычный воздушный волк, поставь его в толпу подобных и не отличишь от остальных. Лет сорока, светловолосый, цепкий взгляд маленьких глазок, крючковатый нос, крупный и рослый. Явно не из пугливых. И конечно только выпустившийся из Школы магов юнец выглядел против него неоперившимся воробушком.