— Да тебе уж точно полезно, — заявила она с видом чистюли-принцессы, вынужденной общаться с грязным бродягой.

Скандалить я не стал — если ей хочется верить, что она чище меня, пусть верит. Мне, в общем-то, её заскоки безразличны.

— Так кем мы будем? — спросил я, полностью проигнорировав её тон.

— Можно, например, сказать, что мы из гильдии Стального Танца, — задумалась Арна.

— Танцор из меня так себе, — признался я.

— Это я уже давно поняла, — снисходительно усмехнулась она, и я, наконец, потерял терпение.

— Мне не нравится твой тон, Арна, — заявил я подчёркнуто спокойно. — Ты, видимо, решила, что все твои проблемы уже позади, и что сейчас подходящий момент, чтобы прояснить наши отношения. Которые ты почему-то видишь именно таким образом. Меня это не устраивает, потому что я вижу их совсем иначе. Уж точно не как отношения княжны и её слуги.

— Да нет, ты не так понял… — смутилась она, но я продолжил:

— По всей видимости, ты считаешь, что уже практически добралась до Обители, и я тебе больше не нужен. Я, конечно, не собираюсь тебе навязываться, но замечу, что ничего ещё не закончилось. Твои враги тебя по-прежнему ищут, а сейчас к ним добавились и бандиты, которые считают, что мы их ограбили на серьёзную сумму. В Облачном нас будут искать обязательно, и деться с этих островов особо некуда.

— Прошу простить меня, Артём, — она всё-таки восприняла мои слова достаточно серьёзно и подобралась. — Я и в самом деле разговаривала с тобой непозволительным тоном. Но, разумеется, не потому, что считаю тебя слугой, просто сказалось напряжение последнего времени. Если моё поведение показалось тебе оскорбительным, приношу свои извинения.

Ну, когда доберёмся до Обители, тогда и будет видно, насколько это извинение было искренним. На данный момент я предпочёл им удовлетвориться.

— Хорошо, оставим это в прошлом и попробуем начать разговор сначала. Что это за гильдия, и почему ты считаешь, что танцы для нас подойдут лучше всего?

— Гильдия Стального Танца к танцам никакого отношения не имеет, — объяснила Арна. — В ней три направления: Путь Копья — это охотники на зверей, Путь Меча — это воины, прежде всего наёмники, и Путь Кинжала — это охотники за головами и наёмные убийцы. Нам лучше всего подойдёт Путь Копья — воин из тебя никакой, извини, а в убийцы я сама не хочу.

— Но мы же на самом деле не члены гильдии, и это не так трудно проверить.

— Действительных членов в гильдии не так уж много, большинство членов там ассоциированные. То есть свободные охотники и воины, которые время от времени берут у гильдии заказы и просто платят ей комиссионные. Полные взносы не все хотят платить, а преимуществ у полного членства не так уж много. Основное преимущество в том, что гильдия предоставляет своим членам неплохих наставников, поэтому вступают туда большей частью новички. Опытные бойцы чаще предпочитают ассоциированное членство, оно выгоднее.

— То есть ты предлагаешь назваться свободными охотниками?

— Почти во всех секторалях главная проблема — это звери, поэтому охотников много, они везде, и глаз на них вообще не задерживается. Да и кем ещё мы можем назваться? На торговцев мы не похожи, а на искателей мудрости тем более. А кто ещё может странствовать? Больше никто в голову не приходит.

— Мне, может быть, тоже стоит вступить в эту гильдию, если там хорошие наставники? — заметил я.

— Может быть, — пожала плечами она. — Но не здесь же. В Дельфоре и вступишь, если захочешь.

— Кстати, о Дельфоре, — перевёл разговор я. — Ты уверена, что все твои проблемы кончатся, когда ты доберёшься до Обители? Я так понимаю, ты хочешь поступить в их магическую школу — и что, они достаточно защищают своих учеников?

— Проблемы никогда не кончаются, — философски ответила Арна. — Но да, добраться до меня там будет гораздо сложнее. А после того как я инициируюсь и получу полное образование магика, меня будет очень сложно убить или захватить. Я смогу даже вернуться и принять домен.

— Понятно, — кивнул я. — Ну, надеюсь, что там и мне смогут помочь. Значит, так и порешим: мы брат с сестрой, свободные бойцы Пути Копья.

Вблизи город оказался не таким уж белым. Белый камень местами был заметно грязноватым, а встречающиеся кое-где трещины и выбоины были замазаны каким-то цементным или гипсовым раствором — очень светлым, но всё-таки не белым. Сам камень тоже был разным: если богатые дома были сложены из искристого белоснежного мрамора, то бедные жилища обходились известняком — впрочем, исключительно белым; жёлтых и розовых оттенков доломита я нигде не заметил.

— Не озирайся так по сторонам, пожалуйста, — негромко попросил я Арну. — Ты сейчас похожа на деревенщину, впервые попавшую в город, и привлекаешь слишком много внимания. Хорошо, что сейчас раннее утро, а то на нас обязательно навелись бы воры или бандиты. Они любят приезжих с ароматом свежего навоза.

— Не буду озираться, — вздохнула Арна, приходя в себя.

Вряд ли она в самом деле деревенская — скорее всего, просто домашняя девочка, которую не особенно выпускали гулять. Она, правда, упоминала про путешествие в другую сектораль, но кто знает, что это было за путешествие.

— Смотри перед собой и иди уверенно, — посоветовал я. — Если тебя что-то заинтересовало в стороне, посматривай на это быстрыми взглядами искоса. И не открывая рта! Раз мы охотники, то по определению опытные путешественники, которых трудно чем-то удивить. Кстати, ты обратила внимание на вывески?

— Вывески как вывески, — с удивлением посмотрела на меня Арна. — Что с ними не так?

— На каждой вывеске указано имя владельца.

— Это по закону положено. Имя владельца всегда указывается на вывеске.

— В Мерадии не указывалось.

— Да? — удивилась она. — Я не заметила. Ну, возможно, у них такого закона и нет. Но вообще владелец везде указывается.

— В Вольности тоже имена на вывесках не писали.

— В Вольности, — презрительно фыркнула она. — Там даже не подозревают, что на свете есть такая вещь, как регулирование торговли. Хотя у того кузнеца, Берса Синицы, на вывеске было изображение синицы.

— Изображение тоже вариант, наверное, — согласился я.

— Но к чему ты вообще заговорил про вывески? И заодно скажи, пожалуйста — куда мы идём и что мы ищем?

— Заговорил про вывески, потому что это важный момент, — немного туманно ответил я. — А ищем мы подходящую гостиницу.

— Мы прошли уже две гостиницы, — заметила Арна. — Чем они тебя не устроили?

— Первая гостиница была слишком дешёвой. Хозяева таких гостиниц обычно охотно сотрудничают с разной швалью, а нас ведь могут искать. Мы ищем что-то среднего уровня — не дешёвое, но и не слишком дорогое.

— Вторая гостиница выглядела вполне приличной, — указала она.

— Да, но имя владельца на вывеске было явно мужским, — ответил я. — Нам нужна хорошая гостиница, которой владеет женщина.

— Женщина? — поразилась Арна. — Зачем?

— Затем, что говорить с ней буду я.

Арна выглядела совершенно непонимающей, и я решил объяснить:

— Вот скажи: если ты улыбнёшься и состроишь глазки мужчине, как он отреагирует?

— Резко поглупеет, — усмехнулась она.

— Хм. Ну, пусть так. А если ты состроишь глазки женщине?

— Всё, я поняла, — кивнула Арна. — Ты имеешь в виду, что женщин у тебя получается охмурять гораздо успешнее.

— Как-то слишком уж грубо ты это сформулировала, — недовольно сказал я. — Но да, для меня сложнее убедить в чём-то мужчин. Охмурять их проще выйдет как раз у тебя, и, похоже, ты вполне знакома с процессом.

Она улыбнулась с загадочным видом, но на меня такие штучки совершенно не действуют. У нас в университете таких записных сердцеедок с загадочными улыбками был целый филологический факультет в соседней общаге, так что иммунитет я приобрёл ещё там.

Мы неторопливо шли по довольно широкой улице, которая постепенно становилась всё более оживлённой. Арна больше не вертела головой, и местные перестали обращать на нас внимание — скользили равнодушными взглядами и, скорее всего, забывали нас сразу же, как только теряли из виду. Дома постепенно становились богаче — всё меньше известняка и всё больше мрамора. Подходящей гостиницы всё не попадалось, и я немного забеспокоился — для нас лучше, конечно, гостиница подороже, в которой нас вряд ли станут искать, но она не должна быть слишком дорогой для охотников, пусть даже и удачливых. Для слишком дорогой гостиницы надо придумывать другую легенду, но как правильно заметила Арна, кем ещё мы можем представиться, кроме как охотниками?