— Города? — я удивленно приподнял бровь.

— Перед нашим городом были уничтожены еще два, — пояснил младший Саграси: — Ланц и Тангар.

Новость вызвала изумление. Я этого не знал. Похоже лорд-протектор Закатных Островов устанавливал новую власть с размахом, заранее подавляя любые очаги возможного сопротивления. Вольные города всегда будут служить источником вольнодумства и раздражения, а также очагом потенциального мятежа. Видно, лорд решил не рисковать и просто уничтожить помеху, наперед просчитав количество сил, необходимых для удержания в повиновении буйной вольницы вкусивших свободу торговцев. Плюс, стертые с лица земли города, станут отличным примером для остальных, подчиниться и не дергаться, когда к ним заявятся отряд воинов в черной имперской броне.

Черное с золотом, мда…

Это были не просто случайные нападения, это была хорошо спланированная атака. А точнее целая военная кампания, призванная создать плацдарм для дальнейших завоеваний.

Неужели кто-то действительно решил восстановить Старую империю? Но тогда парочкой разрушенных вольных городов не обойтись. Речь шла о целых королевствах, появившихся на месте прежних имперских провинциях. В отличие от одиночных полисов, там могли оказать серьезное сопротивление. И даже больше — в случае необходимости устроить ответный визит вежливости на Закатные острова в составе объединенной эскадры. Мало тогда островитянам не покажется, несмотря ни на какую магию.

Впрочем, все это дело будущих месяцев или даже лет. Вряд ли прямо сейчас начнется глобальная заварушка.

Хотя, если подумать, по сути, она уже началась.

— Я понимаю ваш интерес, и согласен, что у вас есть право узнать все, — я кивнул и помедлил: — Но тем не менее, это мой пленник, и первым с ним буду разговаривать я.

Братья неохотно кивнули. Священное право трофеев, взятых с поля боя, — даже маги признавали его.

Кстати о трофеях, доспехи и оружие убитых воинов по закону принадлежали победителю, то есть мне. Пойти и забрать что ли? Только куда девать всю эту кучу железа?

Словно догадавшись, о чем думаю, Саймон Саграси вдруг предложил:

— Город готов выкупить броню мертвых воинов за приличествующую сумму золотом.

— Город? — я слегка удивился.

С моей стороны последовал красноречивый взгляд в сторону Одинокой Горы с гигантским провалом по центру откуда до сих пор поднимались то ли клубы дыма, то ли пыли.

— Город, — твердо подтвердил чародей.

Брат поддержал его резким кивком. Я удивился еще больше, приподнял бровь.

— Вы собираетесь его восстанавливать?

Коротка пауза и уверенный ответ:

— Разумеется. Это наш дом, и никому не удаться нас из него выгнать.

И такая убежденность прозвучала в голосе Саймона Саграси, что не поверить ему было нельзя. Они действительно собирались восстанавливать разрушенный город под горой, хотя сейчас это и выглядело полным безумием.

С другой стороны, это и правда их дом, и другого нет.

— Кстати, а как вы с братом выжили? Если правильно понимаю, Чародейский квартал находился довольно глубоко под горными склонами и имел несколько высоких ярусов, которые в момент удара должны были сложиться, погребая под собой всех.

Саймон передернул плечом.

— Повезло, мы с братом в этот момент находились на самом верху, очень близко к поверхности. Когда начали падать обломки, мы смогли удержать некоторые из них, создав вокруг себя пустую область.

— Может так же кто-то поступил еще, — задумчиво заметил я. — А где-то могли образоваться даже естественные пустоты, где до сих пор находятся живые люди.

— Мы тоже об этом подумали и теперь активно ищем их, используя магию, — ответил Феликс.

Я кивнул. Похоже маги из Чародейского действовали в лучших традициях спасателей технологического мира применяя свои колдовские способности. Что-же, можно лишь пожелать им в этом удачи. Работа предстояла титаническая, Последний Приют был большим городом и занимал огромное пространство под горой. Возможно, выживших действительно намного больше, чем показалось на первый взгляд.

— Я обязательно сообщу вам, что поведал пленник, — сказал я, намекая на прощание.

Братья Саграси неуверенно переглянулись, однако настаивать не решились, последовали короткие кивки. Чародеи встали, развернулись и направились к основной массе выживших, где уже разбили палаточный лагерь.

Мне же предстоял разговор с пленником.

4.

Опыт приходит с годами.

Когда тебя совсем еще сопливого мальчишку забирают у родителей в рекруты в обмен за горсть серебра, ты еще не думаешь об этом, в уме ты готовый ко всему бывалый воин, но первое понимание, что это не так, приходит в тренировочном лагере, когда вас толпу новобранцев бросают в проверочный бой против десятков инструкторов-ветеранов.

Опыт приходит с годами.

Когда получив первые навыки, впервые сталкиваешься с пиратами Южного Бисера — архипелага из множества мелких островов, где так удобно уходить от погони на мелководье на узких «акулах», становится ясно, что пролить первую кровь далеко не то же самое, что разбить стену щитов соперников-рекрутов, как и ты, прошедших полный курс обучения.

Опыт приходит с годами.

Когда тебя уже вполне бывалого воина, хотя на губах едва появился пушок, выделяют из общей массы солдат и дают рекомендацию в столичную гвардию, ты понимаешь, что хоть и научился владеть клинком на неплохом уровне, но в интригах ты новичок, которого обведет вокруг пальца любой столичный проныра, собаку съевший на обмане таких провинциальных юнцов.

Опыт приходит с годами.

И только тогда приходит осознание и начинает вырабатываться инстинкт, а через него закаляться характер, делая из тебя того, кто ты есть — офицера, способного не только грамотно спланировать атаку, но и убедить начальство, что ты для этого самый подходящий кандидат. Ведь мало быть умелым бойцом, надо знать лазейки в штабных играх, где каждый норовит урвать кусок послаще, иногда играя не против чужих, а против своих. И это дает новые знания.

Опыт приходит с годами.

И вот тогда ты действительно начинаешь понимать эту суку жизнь. И командующие полками для тебя становятся не заботливыми отцами, как для пригнанных после курса обучения новобранцев, прослушавших прочувственную речь перед строем, а всего лишь хитрыми змеями, готовыми предать, лишь бы выслужиться в очередной раз перед вышестоящим начальством.

Опыт приходит с годами.

В этот момент ты становишься мудрее, и окончательно осознаешь одну простую истину, которую не видел, или не хотел видеть до сих пор — что абсолютно все солдаты для командования расходный материал, который можно использовать для достижения собственных целей. И неважно обычная это пехота из общевойсковых полков или элитные части восстановленной гвардии, разница лишь в сложности задачи, на которую бросают солдат.

Опыт приходит с годами.

И ты становишься таким же циничным, смотришь на мир по-другому. Изредка в голове мелькают мысли уйти, но ничего другого ты не умеешь, а осваивать другую профессию поздно. Зато ты хорошо делаешь свое дело и уверенно продвигаешься по службе вперед, получая лычку за лычкой, пока не становишься командиром собственного отряда из состава передовых сил частей первой волны высадки.

Опыт приходит с годами.

Ты вызываешься на опасное задание, рассчитывая получить за успешное выполнение благодарность и возможность продвинуться еще выше и не рассчитываешь на провал. Но судьба в очередной раз делает финт и отправляет тебя навстречу с ожившим кошмаром, в схватке с которым погибает половина отряда.

И что хуже всего, ты сам попадаешь в плен…

Мешок сорвали с головы грубо и резко, в глаза ударили отблески костра, Сорен машинально заморгал, давая глазам время адаптироваться к свету после кромешной тьмы. До этого он не слышал, чтобы пленным закрывали голову, лишая возможности понять, где находишься. Надо сказать, метод оказался достаточно хорош, вызывая не только дезориентацию, но и оказывая давящий эффект на сознание, заставляя переживать, что происходит.